Русско-американское общество: первые шаги - Дмитрий Владимирович Бабаев
Молодые люди лишь молча кивнули, сошлись в центре залы и слегка поклонились друг другу, изображая фразу «честь имею».
Вечер был окончен.
Скачки
– Господа, должен признаться, что устроить соревнования вместо дуэли было весьма недурно придумано, certainement un bon remplacement. ( фр. определенно хорошая замена).
Он помахал устроителям мероприятия и участникам, занятым последними приготовлениями перед битвой, которую среди присутствующих в шутку называли игрищами, и показал рукой, чтобы бокалы наполнили шампанским.
– Мсье Симон, отчего вы так угрюмы? Неужто бриз с Казанки и погоды Казани действуют на вас удручающе?! Да! Это вам не Париж, не Лондон, не Вена. Это Россия. Но нельзя же быть таким хмурым в такой день! Меня переполняет уверенность, что когда-нибудь подобные соревнования станут праздником и у нас, и в Европах для скучающей публики. «Panem et circenses!» (лат. хлеба и зрелищ) – как сказал Ювенал в Риме.
Молодой офицер, которого игриво называли Симоном, искоса посмотрел на оратора, сжал кулаки и отвернулся в сторону своего, как он считал, обидчика.
– Право, вы слишком сосредоточены, как ваш тезка Симон Боливар с далеких берегов Америки перед битвой у Карабобо, выпейте с нами за ваш успех.
Семен подошел, выхватил предложенный ему бокал и выпалил:
– За офицерскую честь!
И выпил залпом. А затем сказал еще кое-что:
– Надрать уши этому мальчишке, смыть обиду кровью – вот стезя истинного офицера!
Среди присутствующих послышалось:
– Но позвольте, Симон, императрица Ея императорского величия Екатери́на II Алексе́евна своим манифестом запретила дуэли, а для бескровных поединков – ссылка в Сибирь. Как вам будет угодно, mon ami (фр. мой друг): застрелить мальчишку и отправиться на каторгу? К тому же дуэль – это секунданты, это условности, последние слова, упрямство дуэлянтов, врач, думающий о том, как в случае смертельного исхода сохранить жизнь и ремесло. А тут, представьте себе, еще и шампанское, и театральное действие из первых рядов… Но не трагедия, тут вы, конечно, правы.
Присутствующие вспыхнули хохотом, до того им показалась уместной шутка.
И Семен ушел, все-таки подготовиться к первому испытанию ему предстояло так же, как и его vis-à-vis. Его нервозность чувствовалась во всем, особенно в том, что он задумал сделать.
В этот момент к Андрею подвели офицерскую лощадь, которую он видел впервые. В деревне у отца было множество разных лошадей на конюшне, Андрей часто бывал там и много ездил верхом. Теперь, видя новую лошадь и зная их повадки, он ждал, когда она сама покажет, что думает о нем. Она не стала ерепениться, видимо, была опытная. Мизансцену нарушили слова слуги:
– Не Буцефал, конечно, Мортира ее кличут, – сказал тот, держа под уздцы и подводя кобылу к Андрею. – У нас на конюшне конюх есть, Артиллеристом зовут, дает клички лошадям по названию орудий, не всем, конечно. Но кобыла хорошая, спокойная, без дикого норова. А ну, как тебе? Принимай!
Мортира подняла голову и повернула уши в сторону Андрея, затем понюхала его да и ткнулась мордой в стоящего перед ней. Он взял уздцы, погладил ее по шее, ощущая тепло и силу животного. Мортира вытянула верхнюю губу. Смотрины закончились.
Пока приготовления Андрея продолжались, Мортира отвела ухо назад, почувствовав приближение Семена, повернула голову, несколько раз нервно покачала ей.
–А, Мортира! Хорошая лошадь, – сказал Семен Андрею и похлопал ее по крупу, – образцовая лошадь от репицы до ноздрей и от холки до копыт. Состязание предстоит увлекательнейшее. Во избежание каких-либо недоразумений прошу осмотреть моего коня, а я покамест оценю Вашу.
Сказано – сделано. Андрей без лишних слов направился в сторону коня Семена. Осмотр, в общем, не дал никаких нареканий: вот конь, вот седло – животное даже почти не заметило Бежина-младшего, продолжило поедать траву у себя под ногами, до того ему не было интересно, что происходит вокруг.
А в этот момент Семен, который перестал гладить Мортиру по шее, воровато огляделся по сторонам и засунул одну руку под лошадь, потрогал снаряжение. Что-то щелкнуло, но никто ничего не услышал, лишь Мортира нервно заржала.
Наконец один из присутствующих прервал приготовления и во всеуслышание объявил:
– Господа! Дамы! Сегодня прекраснейший день, и нам всем предстоит увидеть действие из первого ряда импровизированной театральной проэдрии. Два молодых человека, коль скоро им дорога их честь, не на смерть, а на жизнь изволили сойтись лицом к лицу в состязании и показать свою удаль, силу, храбрость. Нас ожидают бега! Какой получается каламбур: ведь один из участников носит фамилию, связанную с бегами, – Бежин! Вы спросите, а что второй удалец?! Семен Казанцев – офицер, гусар, и именно ему отдают предпочтение среди присутствующих. Однако истинного победителя мы узнаем в конце гонки. Итак, вот платок, милостиво предоставленный Софией, идея которой провести третье соревнование в стихосложении нашла отклик в наших сердцах. Участники берутся за платок рукой и тянут на себя, гонка начинается, когда платок оказывается в руке у одного из них. Проскакать нужно до вон того одинокого дерева, помеченного заранее, и вернуться обратно. Весьма вероятно, что победителем станет тот, кто первым отпустит платок, и коль скоро он придет первым, в награду второму останется хотя бы девичий платок. Господа! Вам понятны условия состязания?
Оба молодых человека ответили согласием и поспешили взобраться на своих лошадей. Затем подошел слуга, поднес платок, Семен и Андрей взялись за его края. Чтобы не пугать лошадей, стрелять не стали, раздался крик «Пли!» – это и был сигнал к началу.
Со стороны это выглядело довольно забавно: двое всадников держат одной рукой поводи, а другой тянут в разные стороны платок.
Зрители успели налить по очередному бокалу, произнесли тост в сторону всадников – «за настойчивость», и в этот момент Семен рванул платок на себя. Поскакали!
Проехав некоторое расстояние от стартового места, Андрей почувствовал какое-то движение седла под собой. Еще несколько прыжков лошади, седло покосилось, и Андрей вылетел из него в кювет, больно ударился о землю и потерял сознание.
Лошадь инстинктивно пробежала еще несколько шагов, потом встала на дыбы, оскалила зубы и остановилась. Агрессивно размахивая хвостом, развернулась и рысцой доскакала до места, где лежал без сознания Бежин-младший. Мортира пофыркала, обошла вокруг Андрея, а затем наклонила к нему голову, понюхала, и только когда
