Русско-американское общество: первые шаги - Дмитрий Владимирович Бабаев

Дмитрий Бабаев

Русско-американское общество: первые шаги

Граница России нигде не заканчивается.

В.В. Путин

От автора

Признаюсь, читая книги, я почти всегда пролистывал раздел «От автора», не считая его важным. Полагаю, многие поступят так же и с моей книгой. Однако эта часть написана для тех читателей, которым всё же интересны причины, побудившие меня его написать, и сама история создания романа.

Сегодня вы начнете читать первый роман из серии «Русско-Американское общество». Изначально я запланировал десять романов, где бо́льшая часть событий будет происходить на Аляске, в Америке, называемой Русской. Цикл романов затронет события в историческом промежутке с 1824 года по 1867 год.

Благодаря своей работе я объехал две трети нашей страны, видел города, людей, местность, природу. Проблемы с засыпанием из-за смены часовых поясов я решал чтением перед сном разного рода материалов. Помогало. Иногда. В какой-то момент, а это было в ноябре 2017 года в г. Муравленко, я подумал, что все полученные знания я могу объединить одной историей или одним персонажем, который, пройдя сквозь реальные исторические события страны, встретив реально существовавших людей, совершит увлекательные приключения. Я уснул, но мысль осталась. Поутру я ее записал, и с тех пор стал сохранять полезные материалы, которые читал без остановки. В 2019 году в пригороде г. Ялта мне впервые удалось рассказать о своей идее, показав скелет всей серии от первой до десятой книги. Но тогда я был еще не готов. В 2023 году, в очередной командировке, в тундре, где кроме просмотра первого телевизионного мультиплекса заняться было нечем, я начал писать. Неистово, с азартом. Затем мне пришлось прерваться, потому что я заболел другой, не художественной книгой, которая стала моей пробой пера, и решил понаблюдать за платформой, на которой публиковался, чтобы понять, как она работает. В конце концов я вернулся к этой книге и продолжил её. И в процессе написания, а читать разного рода материалы я не перестал, стали вырисовываться интереснейшие векторы моего творчества.

В нашей истории государства Российского фигурирует огромное количество людей с иностранными корнями, которые, коснувшись нашей земли, стали русскими. Я не берусь утверждать, что сами они себя считали таковыми, так как читал не все мемуары, но их вклад в прославление нашей Великой страны бесконечен. В.И. Беринг, И.Ф. Крузенштерн, Ф.Ф. Беллинсгаузен и множество других. В Тюмени я был на могиле натуралиста Г.В. Стеллера, который мне известен со школьной скамьи за описание ныне вымершего морского млекопитающего – стеллеровой коровы, но в действительности трудов у него значительно больше. О нем тоже будет рассказ в одной из книг, несмотря на то что ко времени действия в романе его уже не было в живых. И о Витусе Беринге будет. А реально существовавший этнический немец Карл Федорович Фукс предстанет второстепенным героем на страницах этой книги. Известный мне со скамьи строительного университета Леонард Эйлер, который создал одну из основ сопромата, – формулу Эйлера для критической силы сжатого стержня,– родился в Базеле, а жил и работал в Санкт-Петербурге, где и похоронен. Другой величайший русский человек с датскими корнями В.И. Даль создал «Толковый словарь живого великорусского языка», из которого я почерпнул множество красивых и старинных слов, в том числе – «епилог», и вы встретите это слово в конце повествования.

Разбирая историю России, можно найти много интересного; поищите сами. Я не могу рассказать обо всех людях, внесших вклад в историю России, но в завершение мысли скажу, что человек, который создал современный русский язык, вообще имел африканские корни. Вы, конечно, знаете, что это Александр Сергеевич Пушкин, ученик Жуковского В.А.. И есть многие другие достойнейшие люди того времени.

Сам я считаю так: чтобы человек стал Александром Македонским, воспитывать его должен Аристотель, учителем которого должен быть Платон.

Другим вектором моего творчества является мысль, что русский язык – самое сильное оружие в мире, но при этом – величайшее богатство русского народа и человечества. И под русским народом я понимаю не носителей какой-то конкретной гаплогруппы или людей, родившихся в определенной местности, а любого человека из любой точки мира, кто разговаривает и думает по-русски. Если китайская, индийская, персидская и африканские культуры признаны колыбелью цивилизации, то русскую культуру я считаю хранителем цивилизации.

Это и есть движущие мной силы.

Приятного прочтения.

Дмитрий Бабаев.

Шаг первый. Звуки дома

Ночь постепенно рассеивалась, уступая место сумеркам. Здесь, в Беженском, усадьба начала материализовываться из темноты. В окне второго этажа дома горел неяркий свет. Позабыв о времени, в своем кресле сидел молодой человек, с упоением читавший журнал «Сын отечества».

Звали его Андрей Владимирович Бежин.

«Это непостижимо! Камчатка, Формоза, Мадагаскар! Где это вообще?! Как такое возможно?!» – думал Андрей.

Но уже в следующее мгновенье молодой человек порывисто встал, сделал несколько шагов и сел за письменный стол, где среди прочих книг выбрал увесистый том с надписью «Атлас всех частей света». Перевернул несколько страниц и, остановившись на карте Азии, ткнул пальцем в полуостров Российской империи, о котором прочитал только что. Далее провел через Японское море и у берега Китая остановился, несколько раз прищурился и, бегая глазами, стал искать остров. Найдя, отвел взгляд, взял перо, обмакнул его в чернила и на листе сделал запись – цифра означала расстояние между первыми двумя точками. Снова вернувшись взглядом к атласу, Андрей пальцем провел от Формозы к гряде, ожерелью разбросанных у берегов Индии островов, посмотрел на масштаб карты и перевернул страницу. Затем долистал до карты Африки и на ней нашел название следующего острова. Снова записал на листе расстояние, закрыл книгу, положил на край стола.

«Каков авантюрист?! – думал Бежин, – сбежать из Российской империи, находясь под конвоем, на захваченном корабле, с полуострова Камчатка, заключить договор с императором Китая и в итоге стать правителем племени на далеком острове!»…

На таких малопонятных мыслях Андрей не заметил, как, положив руку на стол и опершись на нее щекой, провалился в сон. Снилось Андрею, что он управлял кораблем: ветер бил ему в лицо, но он не сводил взгляда с горизонта. В другом эпизоде быстро меняющихся картин вот уже он поднимается в горы, вершины которых покрыты никогда не тающим снегом, а после…

Что было после – он не увидел: сон был потревожен, грезы