Избранное - Муса Мустафович Джалиль

бойцам,

Чтоб врага побеждать, —

А смог ли ты, друг,

                    работая в поле,

Вдоволь продуктов на фронт послать?

Конечно, ты хочешь победы,

                    ты веришь

В неё всею силой души и ума,

Но если сидеть —

                    только ждать да верить,

Подумай: придёт ли победа сама?

Упорным трудом

                    приближать ты должен

Победу в жестокой этой войне.

Весь труд – для фронта!

                    Лишь так докажешь

Любовь и верность родной стране.

Сейчас один только долг у нас:

Ускорить разгром фашистской орды!

А ты, товарищ?

                    Скажи нам честно:

Что сделал для фронта сегодня ты?

25 декабря, 1941

Перевод С. Северцева

Дед Мороз

Праздник у нас впереди,

Дед Мороз, к нам приходи,

Будем водить хоровод,

Песенки петь в Новый год.

В руках – серебристый топор,

Скорей выходи же на двор,

Тулуп кушаком из шёлка

Подвязан. Ты встретишь ёлку.

Сруби её, в сани брось

И к нам поспеши, Дед Мороз.

Нарядная пусть к нам придёт

Красавица-ель в Новый год.

Тебя мы хотим попросить:

Игрушек ты нам принеси.

Не шагом, галопом скачи,

Успей к новогодней ночи.

Ещё одна просьба у нас

К тебе, Дед Мороз, не сердись,

Всё яростней, звонче струна

Биения детских сердец.

Скачи, оседлав ураган,

Взяв холода лютого сталь,

Туда, где окопы врага,

Чтоб хвастаться враг перестал.

Их щёки, носы порази

Мороза калёным клинком,

Пусть немец трясётся, дрожит,

Свернувшись в окопе клубком.

Вдвоём с Красной Армией вы

Фашистскую бейте орду,

Врагам не сносить головы,

Их полчища к нам не пройдут.

Бураны, снега, холода —

Враги околеют зимой,

Сатрапов ждёт участь одна —

Лежать навсегда под землёй.

Добьём всех фашистов, народ

Начнёт в счастье-радости жить,

И мирный встречать Новый год,

Плясать, хороводы водить.

26 декабря, 1941

Перевод Н. Ишмухаметова

Слава

Разбив проклятых гитлеровцев,

Мы

Деревню на горе освободили.

Огнём победы

Посреди зимы

Мы жителей её воспламенили.

И вся деревня радостью кипит,

Дымки над каждой крышей забелели,

Одна старуха древняя

Навзрыд

Заплакала, припав к моей шинели.

И сердце переполнилось в ответ,

И слёзы навернулись на глаза мне:

Я самым гордым был!

Прекрасней нет

Для воина

Ни славы, ни призванья:

В тяжёлый

Для родного края

Час

Страдающему своему народу,

Солдатской красной звёздочкой лучась,

На острие штыка

Нести свободу!

Февраль, 1942

Перевод Гл. Семёнова

Победа

(Этюд)

С земли встаёт туман голубоватый,

Грохочут танки, вытянувшись в ряд.

Как соколы отважные, крылаты,

Над крышей флаги красные парят.

Старушка обняла бойца за шею,

От радости заплакала она,

И, улыбаясь, свежие трофеи

Подсчитывает строгий старшина.

Как тень судьбы Германии фашистской,

На всех путях, куда ни кинешь взгляд,

На глине развороченной и склизкой

Чернеют трупы вражеских солдат.

Февраль, 1942

Перевод Р. Морана

Весна

Палата утром проснулась,

Дыханьем весны полна.

Сестра вошла в палату,

Как ласковая весна.

В руках у неё мимозы,

Свежие, в росе.

С улыбкою ожиданья

На девушку смотрят все.

– Ребята! – она сказала. —

Весна вам подарок шлёт,

И жаворонок серый

О вас сегодня поёт.

С утра поёт сегодня

Ручьёв и птиц перезвон

О том, что весна прилетела

На крыльях наших знамён.

На землях освобождённых

Шумит весенний поток,

Мимоза над ним, улыбаясь,

Раскрыла первый цветок.

Летят журавли на север,

Веселье в их голосах,

Вернулись старый и малый,

Скрывавшиеся в лесах.

А вести какие, ребята!

Везде отступает враг.

Земля молодеет под солнцем,

Рассеивается мрак…

Глядят на сестру джигиты

И, радостью полны,

Смеются, дыша глубоко

Дыханьем чистым весны.

И девушки тёплую нежность

Почувствовал каждый в груди,

И счастье близкой победы,

И новую жизнь впереди.

Февраль, 1942

Перевод В. Державина

В Европе весна

Вы в крови утонули, под снегом заснули,

Оживайте же, страны, народы, края!

Вас враги истязали, пытали, топтали,

Так вставайте ж навстречу весне бытия!

Нет, подобной зимы никогда не бывало

Ни в истории мира, ни в сказке любой!

Никогда так глубоко ты не промерзала,

Грудь земли, окровавленной, полуживой.

Там, где ветер фашистский пронёсся мертвящий,

Там завяли цветы и иссякли ключи,

Смолкли певчие птицы, осыпались чащи,

Оскудели и выцвели солнца лучи.

В тех краях, где врага сапожищи шагали,

Смолкла жизнь, из горящих жилищ уходя,

По ночам лишь пожары вдали полыхали,

Но не пало на пашню ни капли дождя.

В дом фашист заходил – мертвеца выносили.

Шёл дорогой фашист – кровь дорогой текла.

Стариков и старух палачи не щадили,

И детей людоедская печь пожрала.

О таком исступленье гонителей злобных

В страшных сказках, в преданьях не сказано слов.

И в истории мира