Птицелов - Алексей Юрьевич Пехов

— И всё же я попытаюсь, — сказал я.

Я бы не бросил Иду, даже если бы не было и такого маленького шанса, как сейчас.

— Отрадно знать, что времена рыцарства из старых новелл всё ещё с нами, — Август чуть устало потёр кулаком левый глаз. — Но, по правде, Медуница, твой план, и правда, не стоит даже павлиньего помёта. Слишком высоки риски.

— Я с радостью приму любой более подходящий вариант. У тебя есть мысли?

Он сунул руку в карман и вытащил три бугристых камня, едва умещающихся на его ладони. Один был тусклым, серо-голубого оттенка. Два других — ярко-лазоревые, с искрами внутри, похожими на далёкие звёзды, так испугавшие Элфи в улье.

— Долби меня дятлы, — Болохов подался вперёд, чтобы быть уверенным. — Портальные камни. Как ты их добыл?

— Поймал, — последовал лаконичный ответ.

Мы все переглянулись. Заявление из рода: я дал пинок Рабу Ароматов, и он отблагодарил меня коробкой конфет.

То есть довольно нелепо и совершенно невозможно.

— И тебе не оторвало руки, — из уст Болохова это не звучало вопросом. Очевидная констатация факта, так как не только руки, но и пальцы у Августа были на месте.

— Как видишь.

Я вспомнил, что заметил, когда мы неслись по порталу, прежде, чем нас начало выбрасывать в разные участки пространства: как Капитан хватает руками обломки льда. Не льда. Саму суть портала — его основу, камни.

— В чём фокус? — росс хмурился. Он, и вправду, не понимал. Как и я.

— Если раскрыть секрет фокуса, то будет не так интересно, — Август подкинул камни на ладони. — Вот наше решение.

Тут, друзья мои, мне, пожалуй, стоит упомянуть азы любой портальной магии, которая не является ни секретом, ни фокусом, а общеизвестна любому образованному человеку, в особенности, если он бродит по Илу.

Портальное колдовство — часть умений Серебряной ветви, утраченное в войне Светозарных. Ну, как… утраченное. Я уже говорил, что лишь Светозарные со своими прихвостнями умеют создавать порталы, в отличие от Школы Ветвей. Но базовые принципы творения этих штук, перекидывающих человека на очень большие расстояния, известны.

Все порталы растят, точно цветы. Точно ульи. Принцип везде одинаковый, хотя подход разный. Ну, и срок создания. Основа портала — семя, это его краеугольный камень, без которого сложная волшебная структура или схлопнется, или попросту рассеется. Чтобы «выстроить» некоторые переходы быстро — Светозарные используют муравьиных львов. Грубая работа, грубая сила, воронка, выплеск холодной зимы. Куда более сложные структуры требуют долгой работы и подготовки. Тогда портал можно спрятать в любом удобном месте и найти его будет очень непросто.

И возвращаясь к семени — это как раз портальный камень. Тот находится между двух входов. Где-то… там. Он вечно летает в ледяном пространстве, давая жизнь этой дороге. На нём подпись создателя. Все секреты и тропы. Точный адрес.

Обладая таким камнем, захваченным из чужого портала, ты обладаешь знанием. Проблема лишь в том, что поймать эту штуку можно только во время перемещения из точки А в точку Б. Поймать, да что там поймать, даже заметить, его очень сложно. Но если тебе всё же сопутствовала удача и это получилось, то выжить после контакта с ним — невозможно. В камне, пока тот плавает в теле портала, заключена такая мощь, что она враз превратит человека в кусок льда, если только тот не колдун Зелёной ветви.

Эти ребята, благодаря их сильной защитной магии, если они ловки и внимательны, в состоянии выйти из портала на своих двоих вместе с камнем.

Капитан как раз из Зелёной ветви. Но он бывший колдун, лишившийся дара. А вместе с тем я вижу на его ладони три портальных камня.

— Почему один из них тусклый? — спросил я.

— Это мой с Ларченковым, и погас, как только мы переместились. — А эти два — твой с Болоховым и ритессы Рефрейр. Погаснут, если окажутся на концах ваших переходов. Где чей — не имею понятия. Узнать истину можно только с помощью практики.

— Продолжай.

Август ухмыльнулся:

— У нас есть колдун, он сможет активировать камень и тот выкинет или туда, куда выбросили вас, или туда, где находится наша Кобальтовая колдунья. Шансы равны.

Я подумал о том, что будет весело загреметь обратно и снова пройти весь путь, если Рут обделит меня удачей. Посмотрите на Рауса Люнгенкраута, любезные риттеры и ритессы! Перед вами человек, обожающий бегать по кругу!

— Мне надо выбрать?

— Нам, Раус. Если идём, то все.

Август посмотрел на Ларченкова и тот сурово кивнул. Болохов же поджал губы. Шельф рядом, и рисковать снова он не хотел. Его руна и так слишком сильно потеряла форму.

— Нет, — вздохнул я. — Вы не идёте. Только я.

Болохов, к моему удивлению, ответил:

— Второй раз через кладбище без меня ты не пройдёшь.

— Ценю, — сказал я и после паузы добавил немыслимое: — Мой друг. Но в любом случае этот путь будет без тебя. Никакой разницы для меня, что ты останешься здесь, что пойдёшь со мной — нет. Второго прыжка на такое расстояние ты не переживёшь. Если не умрёшь сразу, то сойдёшь с ума. А если повезёт, то Шельф тебя не примет. Умрёшь, не дойдя до андерита. Все вы умрёте.

Ларченков зло сжал челюсти. Он бы рад возразить и пойти со мной, но понимал всю тщетность такой попытки.

— Но не ты, о носящий булыжники, — почти пропел Капитан, улыбаясь. — Давай-ка прогуляемся.

Мы отошли. И теперь смотрели на розовое озеро с выступившей по берегам солью и многочисленные врата, ведущие на кладбище Храбрых людей.

— Интересно всё поворачивается, а? — Август щёлкнул пальцем по рукоятке своей чёрной шпаги. — Я как чувствовал. Всё началось с Сонной Оделии и продолжается до сих пор. Считаю себя слабаком — стоило всё же убить её сразу.

— Мы уже это обсуждали, — напомнил я ему. — И ты сам себе привёл доводы, почему так поступать не стоило.

— Головная боль. Вечно я боюсь последствий головной боли, дружище. Но в итоге она меня всё равно настигает. В стократном размере, — он скривил губы, что бывало с ним довольно редко. — Я, конечно, не милая дочурка Болохова, но предсказывать умею так же ловко, как она. Клянусь всеми