Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

— Только не это снова.

— Боюсь, что так.

Она скулит и приваливается к открытой двери.

— Джейми, почему? Мне не нужны свечи, лепестки роз или шоколад для тела…

— Шоколад для тела?

Она пожимает плечами.

— Это из разряда сексуальных штучек. Которые мне не нужны, — отталкиваясь от двери, она впивается пальцами в мою рубашку и притягивает меня к себе. — Мне нужен ты, — её прикосновение скользит по моей талии, затем опускается все ниже и ниже

— Воу, стой, — я сжимаю её руки, затем соединяю их между нами, нежно целуя костяшки пальцев.

Би хнычет.

— Джейми. Я умру от сексуального неудовлетворения.

— Нет, ничего подобного. Ты умрёшь десятком маленьких смертей завтра вечером, когда у меня будет столько времени, сколько мне нужно и сколько ты заслуживаешь.

У неё отвисает челюсть.

— Подожди-ка. Как я там умру...?

Я тихо смеюсь, целуя её, и лёгкое касание языка заставляет её вздохнуть, прежде чем я прокладываю дорожку поцелуев вдоль её подбородка к ушной раковине.

— Ты сказала, что хотела услышать, как я говорю по-французски?

Она кивает, подставляя шею для новых поцелуев.

Я целую её в шею, за ухом, затем шепчу:

— En français, quand tu jouis, ça s'appelle la petite mort.

— П-переведи, пожалуйста, — хрипит она, когда я легонько провожу костяшками пальцев по её рёбрам, отчего её живот подпрыгивает, а дыхание перехватывает.

— Я сказал: «По-французски, когда ты кончаешь, это называется "маленькая смерть"».

Она отстраняется. Её глаза расширяются.

— Десяток, ты сказал?

Я улыбаюсь, когда она обвивает руками мою шею, широко раскрыв глаза и заворожившись.

— Если всё пойдёт по плану.

— Давай убедимся, что так и будет, — говорит она у моих губ, украдкой целуя меня. — Кстати, какой у нас план?

Смех вырывается из моего горла.

— Сегодня ты будешь спать.

Она надувает губы.

— Без тебя.

— Я тоже посплю.

Она ещё больше надувается.

— Без меня.

Я утешаю её поцелуем.

— А потом, ровно в пять, ты будешь готова, чтобы я мог встретиться с тобой прямо здесь.

Она улыбается.

— Продолжай.

— Ты соберёшь сумку с вещами на ночь.

— О-о-о, вот теперь мы переходим к интересному.

— И со всем, что тебе нужно, чтобы хорошо поспать в моей постели.

Она приподнимает брови.

— А что, если я скажу, что не планирую много спать?

Я целую её ещё раз, и это длится недолго.

— Я бы сказал, что очень рад это слышать.

Глава 31. Би

Оба наших временных сотрудника-студента, которые работают только на выходных, заболели гриппом, и только потому, что я люблю Тони, я вытаскиваю свою задницу из постели в десять утра и отрабатываю их смены в «Дерзком Конверте». Я выпила кофе и эспрессо, чтобы восполнить недостаток сна, но не уверена, что мне вообще нужен кофеин. Я — чистый адреналин, детское возбуждение перед Рождеством.

За две минуты до закрытия я стою у прилавка, выключаю айпад и постукиваю ногой в ритм плейлиста Тони в жанре электрик-фанк. Как только экран айпада гаснет, над дверью магазина звенит колокольчик. Я поднимаю взгляд, и моё сердце совершает пируэт в груди.

— Джейми.

Тони выскакивает из подсобного помещения и нетерпеливо переводит взгляд между нами. Это наименее беспалевая вещь, которую я когда-либо видела.

Мой окончательный план мести, может, и отложен в сторону, но у меня всё равно будут маленькие моменты мщения. Я бросаю взгляд на Тони через плечо.

— Ты его видел. Я ухожу. А теперь шоу окончено. Убирайся отсюда.

Тони серьёзно качает головой.

— Я даже испёк тебе печенье.

Я отправляю одно в рот, просто чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

— Я повысила цену. Теперь я требую кексы.

— Грубо! — кричит он, прежде чем скрыться в офисе.

Я поворачиваюсь к Джейми, который внимательно наблюдает за мной, и на его лице появляется лёгкая, загадочная улыбка.

— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я его.

Он пожимает плечами. Аккуратное пожатие одним плечом в манере Джейми.

— Ты сказала мне, что тебе всё же придётся выйти на работу. Так что я заехал к тебе домой, забрал твою сумку с вещами, потом покормил Корнелиуса и дал ему немного внимания и заботы. А теперь я здесь, чтобы проводить тебя домой.

— О, — моё сердце превращается в лужу. — Хорошо.

Когда я заканчиваю убирать со стола, моё волнение по поводу сегодняшнего вечера немного спадает, сменяясь нервозностью. Джейми такой аккуратный и превосходный во всём, что он делает — что, если ему не понравится, как я занимаюсь сексом? Что, если мы настолько подходим друг другу во всех отношениях, как я никогда не подходила никому другому, но в плане интима у нас всё окажется не так? Что, если у меня будет один из моих супер-неуклюжих дней, и я случайно ударю его локтем в нос, или коленом в пах, или...

— Я вижу, как крутятся твои шестерёнки, — Джейми внимательно наблюдает за мной, прислонившись бедром к стойке. Он угадывает мои мысли почти на том же уровне, что и Джульетта, и я не уверена, что мне это нравится.

— Прости. Я в порядке. Отлично. Абсолютно нормально.

Он улыбается, но, возможно, в этой улыбке есть и некоторая нервозность. Джейми протягивает руку и отталкивается от прилавка.

— Пошли.

Я обхожу стеклянную витрину, натягиваю куртку и прощаюсь с Тони, беря Джейми за руку, когда мы выходим из «Дерзкого Конверта».

Он настаивает на том, чтобы понести мою сумку, и, закинув её себе на плечо, снова сжимает мою руку. Мы идём в тишине, листья танцуют на тротуаре, прохладный октябрьский ветер треплет мою одежду. Я прижимаюсь к Джейми и наслаждаюсь нашей бессловесной непринуждённостью. Мне нравится, как сильно он любит тишину, как это молчание каким-то образом становится нашим, просто потому, что мы его разделяем.

— Как дела у тебя с Джульеттой? — спрашивает он.

Я хмуро смотрю на него.

— Что?

Он легонько подталкивает меня локтем.

— Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что вчера на вечеринке между вами были натянутые отношения, после того как Жан-Клод высоко задрал свой мудацкий флаг.

— Когда я проснулась, её уже не было. Очевидно, Жан-Клод «увёз её» на целый день.

Ветер усиливается, и Джейми плотнее запахивает воротник куртки.

— Мне жаль, что между вами сейчас такое напряжение.

— Я действительно ничего не могу сделать. Она велела мне отвалить и позволить ей самой разобраться с Жан-Клодом.

Джейми вздыхает.

— Жан-Клода я больше не узнаю. Не знаю, то ли это из-за работы, то ли из-за чего-то ещё, о чём я