Препод под прикрытием - Ульяна Николаевна Романова

Ульяна Романова

Препод под прикрытием

Глава 1

Дамир

— Алиев, к начальству на ковер, — гаркнул Серега на весь коридор. — Вазелину дать, али так справишься?

— И так могу, и так могу, — заржал я, — к начальству так к начальству.

Поднялся, расправил плечи и пошел, куда послали.

Заместителя начальника по оперативной работе мы за глаза звали Чехов. Потому что по протоколу он был Антон Палыч. Грызлов. Но «Чехов» было поэтичней, и не так обидно сказать, что мозг тебе имел сам Чехов, а не среднестатистический Грызлов.

Дошел до кабинета большого босса, постучал в дверь костяшками пальцев и вошел.

Антон Палыч хмурил брови, сидя за столом.

— Вызывали? — радостно уточнил я, вызывая у начальства зубную боль.

— Вызывал, Алиев, садись.

— Не за что пока, — вежливо ответил я, но сел.

Чехов скрипнул зубами, но промолчал. А когда я удобно устроился за столом и вытянул ноги, швырнул в мою сторону папку.

Та прокатилась по столешнице и остановилась в двадцати сантиметрах от меня.

— Что там? — заинтересовался я.

Открыл папку, и на столешницу высыпалась горстка фотографий молодых девчонок. Всем было лет от восемнадцати до девятнадцати, блондинки с длинными волосами и внешностью, словно всех на конкурс «Мисс Мира» подбирали.

— На конкурсе красоты нужна бдительная и обаятельная охрана? — обрадовался я.

— Алиев!

— Понял, молчу. Что это?

— Пропавшие без вести за последние пару лет девушки. Ничего общего не находишь?

— Да как на конкурс красоты отбирают, сволочи, — сплюнул я, уже по-другому рассматривая фото.

— Угу. И типаж один — блондинки, из хороших семей, хорошо учились, приличные, в плохих компаниях замечены не были. Чистые и невинные.

— Дальше, — жестко потребовал я, — что еще общего?

Девушек я любил. Особенно красивых. И никогда не обижал.

Зато любил обижать тех, кто обижал девушек. Дарил на день взятия Бастилии сломанные челюсти и другие важные части тела. Эдакий Робин Гуд на защите чести и достоинства красавиц.

— То, что все они учились в одном университете, Алиев. Первый и второй курсы, старше не брали. Копать нужно там, кто-то из преподавательского состава крыса. Пропадали по пути с занятий, среди белого дня, в слепых от городских камер зонах.

— Есть конкретные подозреваемые?

— Пока нет. Поэтому ты идешь работать в тот универ под прикрытием. Ты у нас бывший криминалист, парень толковый, умный, мелкие детали подмечаешь. Ты у нас умный и одаренный без меры. Пойдешь туда работать преподом по криминалистике. — с сарказмом протянуло начальство.

— Я такой, — согласился я.

А к чему ложная скромность?

— Документы мы тебе сделали, место работы освободили. Найди его, Алиев. Девчонки же совсем молодые, жить и жить. Вся документация в папке и на флешке внутри, — сквозь зубы процедил Чехов. — Включи артистизм, как ты умеешь. Отчитываться будешь мне лично, понял? Парни прикроют по надобности, но бо́льшую часть времени работаешь один. Справишься?

— Так точно! — отрапортовал я. — Что по легенде?

— Все в папке. Ключи от корпоративной квартиры и машины. Новые документы и биография, мобильный. Соседи там тихие, все проверенные, в основном старушки живут.

— Старушки — это же ценнейший источник информации, — обрадовался я и сунул нос в папку.

Открыл свой новый паспорт. Делиев Самир Муратович. Сойдет. Рожден, взращен и обучен в Воронеже. Тоже неплохо.

Я изучал легенду, параллельно доставая новый рабочий телефон.

— Нормально так, — присвистнул я, — а машина какая? Не «запорожец»?

— «Приора». Чем богаты, — хмыкнул Чехов.

— Антон Палыч, скажите честно, «приора» — это потому, что я приемный и темненький, да? А если я механику водить не умею?

— Врубай смекалку, — посоветовал мне Антон Палыч. — Головой отвечаешь за казенное имущество!

— Дык он же кнопочный, — протянул я, рассматривая аппарат.

— Я тебе по-грузински отвечу, поймешь?

— Давайте.

— Беричедали и невыпендривайся.

— Епта, я грузинский знаю, — снова развеселился я.

— Алиев, давно хотел спросить: а ты вот чего из криминалистов-то в опера ушел?

— Скучно стало, — выдохнул я, — адреналин уважаю очень. До свиданьица.

— Иди уже! — гаркнул Антон Павлович. — И давай там посерьезнее.

— Есть быть посерьезнее, — гаркнул я.

Подкинул в ладони ключи от машины, спрятал казенный мобильный в карман и поехал к себе домой.

Адреналина хапнул — на неделю хватит! Машина дергалась, фыркала и только что по-грузински со мной не разговаривала. Пару раз заглохла прямо посреди дороги, добавляя остроты в наши с ней отношения.

Надо будет ей заняться на досуге. Надеюсь, мне не прилетит за починку казенного транспорта.

По дороге заехал в строительный и прикупил себе инструментов для ремонта.

Я эту квартиру купил две недели назад. Пришлось ждать, пока старые хозяева вывезут из нее свои вещи и съедут, и новоселье я отметил только вчера.

С ремонтом тоже была проблема — времени, чтобы его делать, у меня не хватало, а знакомая бригада зимы была занята.

Я подъехал к нужному дому, припарковал машину в тени, достал из багажника тяжелую коробку, переставил на землю, матом и честным словом закрыл чертов багажник, подхватил коробку с земли, выпрямился и…

У подъезда стояла ангелочек. Настоящий такой белокурый ангел, только глазки карие. С двумя косичками на голове, пухлыми губами и фигурой — умри и не вставай. Подол белого сарафана ласкал ветер, будоража мою фантазию, а я даже завис немного от такой красоты и обаяния.

И девчонка смотрела на меня пристально, с явным интересом. Глазки прищурила и взгляд не отводила. Явно заинтересованный во мне как в мужчине. Я такие вещи чувствовал.

— Привет, малышка, — пропел я, подходя поближе, — подержишь дверь?

Она сильнее сощурила глаза и подалась ближе.

— Оу, прости, красивая, я немного занят, — галантно просветил я девчонку.

И не то чтобы она мне не понравилась, просто в ближайшее время я буду очень занят.

— В каком смысле? — не поняла она.

— Не готов к серьезным отношениям, — пояснил я, — но если еще пару минут так посмотришь, то могу пересмотреть свои принципы.

— Не льстите себе, вы не в моем вкусе, а смотрю я так потому, что линзы не надела, а очки сломались, — вспыхнула девчонка.

А я наконец понял, почему на меня смотрели так пристально! Меня не видели без очков!

Я хмыкнул, покачал головой, а блондиночка зло засопела, но дверь мне открыла и даже придержала.

Я легко поднялся на четвертый этаж, открыл дверь, занес коробку и поставил ее в прихожей. Насвистывая себе под нос, осмотрел свой честно заработанный геморрой на двадцать лет в виде ипотеки.

Жил я почти по-спартански. Из мебели —