По закону гор - Марина Анатольевна Кистяева
И натворит дел…
А нельзя. Потому что у него теперь есть она.
– Я люблю тебя, – прошептал он, прижимаясь губами к ее затылку и втягивая знакомый запах ягодного шампуня.
– Я тоже тебя люблю, – спросонья буркнула Янина, устраиваясь удобнее.
Она даже глаз не открыла!
А его тряхануло.
Любит?.. Серьезно? Вот так?..
Он откинул голову назад, силясь не засмеяться в голосину.
Первое признание Янины. И во сне…
Ну что, он его зачтет. Ему не до щепетильности сейчас.
А она пусть поспит еще немного.
глава 31
ГЛАВА 31
Терлоевы снова собирались в театр.
Янина с Касьяном оставались дома. На этот раз все было иначе, у Янины у самой подгорало от нетерпения, настолько сильно она хотела остаться наедине с Касьяном.
Даже не верилось, что за какую-то неделю атмосфера в доме кардинально изменилась. Нет, не в доме, это неправильное выражение. В доме как раз по-прежнему все было хорошо.
Изменилось между ней и Касьяном. Точно какая-то невидимая стена разрушилась, или ей так казалось, что между ними была стена.
Не важно.
Заранее были приготовлены овощное рагу и котлеты, чтобы было что поесть на ужин. Тетя Соня категорически не допускала в доме фастфуда.
Янина вместе с ноутбуком перебралась вниз и удобно расположилась на диване в гостиной. Касьян сидел за столом неподалеку от нее и поглядывал на лестницу. Он тоже ждал, когда родители уйдут.
Между собой они не переглядывались.
В воздухе звенело приятное напряжение. Янина даже не могла бы точно сказать, к чему она готовилась. Само присутствие Касьяна рядом по-прежнему сильно волновало ее. И то, что они наконец-то останутся вдвоем и именно в доме, придавало изюминку вечеру.
Была и еще одна особенность. Касьян на нее не смотрел. Такого же просто быть не могло! Это нереально...
Янина настолько привыкла, что Касьян постоянно на нее смотрит, а тут... Это тоже что-то да значило. Внизу живота росло напряжение. Оно было теплым и тревожным, как предчувствие грозы.
Она смотрела на экран ноутбука, на распахнутый учебник по клинической психологии, но буквы плыли перед глазами, складываясь в бессмысленные узоры. Все ее внимание было приковано к тому углу комнаты, где сидел он.
Она ловила ухом каждый его вздох, каждый шорох его одежды, когда он менял позу. А он менял! Касьяну что-то мешало спокойно сидеть.
В очередной раз поймав его перемену, Янина чуть не хихикнула вслух.
И вот наверху послышались шаги. Оживленные голоса. Янина инстинктивно выпрямилась, сделала вид, что глубоко погружена в работу.
Касьян тоже выпрямился.
В гостиную спустились Терлоевы. Тетя Соня в длинном элегантном платье цвета темной сливы, с легкой накидкой на плечах. Дядя Валид в строгих брюках и бежевом свитере. Янина в который раз мысленно восхитилась ими. Терлоевы были прекрасной, гармоничной парой.
А еще они до сих пор любили друг друга.
Постоянно обменивались взглядами и, когда думали, что на них никто не смотрит, дотрагивались. Мимолетно или более откровенно.
– Касьян…
Тетя Соня вздернула кверху бровь.
Кася, делая вид, что ничего не понимает, вскинул руки кверху.
– Я сама учтивость и спокойствие, – отшутился он.
Валид Адамович покачал головой.
– Мы поехали. Вернемся поздно.
– В ресторан потом заедем. Вы тоже поужинайте.
Янина и Касьян кивнули едва ли не синхронно.
Тетя Соня опустила голову вниз, пряча понимающую улыбку.
– Тетя Соня, вы очень красивая, – вернула Янина когда-то сделанный ей комплимент.
– Спасибо, дорогая.
Терлоевы-старшие ушли.
Ни Янина, ни Касьян не шевелились. Они оба прислушивались к звукам за стенами. Отъехала ли машина…
Отъехала.
Они остались в доме вдвоем.
По коже рассыпались мурашки. Но не холодные… Нет. Янину, наоборот, в жар кинуло.
– Помочь тебе?
Вот! Наконец!
– Помоги.
Сердце бухнуло в живот. Ожидание закручивалось спиралью в геометрической прогрессии.
Касьян медленно поднялся и направился к ней. Шаг. Еще один шаг. Янина внимательно за ним следила. Хотела бы и она не так ярко выражать свой интерес, а не выходило.
Он точно магнитом притягивал ее.
Особенно сегодня. Янина попросту не могла ничего с собой поделать.
Какой же он… Высокий, здоровенный. Мощный, она бы сказала. И в то же время от него исходили те самые решимость и спокойствие, которые она раньше принимала за невольное давление.
И, между тем, он такой ее. Ее же? Конечно. Больше не было сомнений. Он был здесь, он двигался к ней.
Касьян опустился рядом, так близко, что Янина почувствовала, как диван прогнулся под его весом и ее бедро почти коснулось его ноги. От этого легкого, почти призрачного соприкосновения по коже побежали мурашки.
– Что у тебя? – спросил он, наклоняясь к ноутбуку. Его плечо оказалось в сантиметрах от ее плеча.
Они честно пытались заниматься. Янина объясняла суть задачи. Касьян кивал, вникал, предлагал решения. Его пальцы иногда касались тачпада, и она замирала, следя за их движением. Он говорил четко, по делу, но голос его звучал приглушенно, будто из-под толщи воды. А она ловила аромат его кожи. Чистый, мужской.
Да-да, они честно пытались заниматься...
– Хорош на сегодня. – Наконец, не выдержав, Янина захлопнула ноутбук с таким звуком, что он громко щелкнул в тишине.
Тело реагировало на близость парня. Ее парня... Мысль все еще была новой, непривычной, оттого еще более головокружительной. Они вместе. Это был факт, который нужно было ощутить, проверить, утвердить.
– Тогда иди ко мне, – усмехнулся Касьян, а у самого глаза уже шальными были.
Они дома вдвоем…
– Хочешь я тебя поцелую? – шалея от собственной смелости, выдохнула Янина и, не дожидаясь ответа Касьяна, забралась к нему на колени верхом.
– Спрашиваешь.
Его руки тотчас легли на талию и сжали ее.
Янина действовала. На импульсе, на адреналине, на этой дикой, окрыляющей смелости, которая вдруг на нее нашла. Она оказалась выше него, теперь она смотрела на него сверху вниз. Видела, как расширились его зрачки, поглощая радужку, видела, как дрогнули его ноздри. Его дыхание стало частым и горячим.
Она положила руки ему на плечи, ощутила под ладонями твердые мышцы.
Не разрывая зрительного контакта, она склонила голову. Касьян и не думал перехватывать инициативу. А правильно… Нечего. Сама предложила.
Его губы были чуть шершавыми, обветренными. Но теплыми. Он, черт побери, всегда был теплым! Иногда ей казалось,
