По закону гор - Марина Анатольевна Кистяева
Она виновата в своей доверчивости. Но не виновата в преступном намерении Ленки.
Ей еще предстояло посмотреть в глаза Касьяну.
Он вернулся довольно быстро. И сразу к ней...
Стремительно подошел, нависнув всем своим ростом и всей своей массой.
Янина даже не успела открыть рот. Он обхватил ее лицо руками и порывисто прижался к губам. Он не пытался не пытался получить ответ. Нет, он просто прикасался. И от этого прикосновения у Янины подкосились ноги.
Так не бывает...
– Не винить себя, – строго сказал Касьян, заглядывая ей в глаза.
– Не буду.
– Вот и умница.
Он снова поцеловал ее. Нежно. Он не старался углубить поцелуй, выпустить ту жажду, что сто процентов терзала его.
Касьян последние дни был удивительно терпелив.
И Янина была ему за это благодарна.
Он на самом деле за ней ухаживал! Он старался. Не переходил черту.
Потому что они договорились. Тут уже ее начинало штормить. Внезапно пришло понимание, что простых объятий, обнимашек и поцелуев ей мало. Тело пробуждалось, пробуждалась чувственность.
На данный момент у нее были регулы. И это хорошо, правда же?
Но отчего-то прямо хотелось… С утра. Дичь какая-то. Соски постоянно съеживались, внизу живота приятное тепло разливалось.
И тут случился весь этот апокалипсис.
– Прости меня, – зашептала она, уже обхватывая его лицо ладонями. – Прости... пожалуйста... Там, в горах, в вашем коттедже, меня триггернуло. Флэшбэком накрыло. Прости...
Касьян сделал то, чего она никак не ожидала. Даже предположить не могла, что он так отреагирует. Он, как кошак, потерся скулой о ее ладонь.
– Ты можешь мне ничего не говорить. Ты имеешь полное право оставить прошлое в прошлом.
– Нет! Я хочу... Рассказать.
– И даже о том, какой флэшбэк тебя преследует?
– Да.
– Мне не нравится, что ты просишь прощения. И что ты бледная.
Господи... Она точно не выдержит...
Почему именно сейчас Касьян настолько... такой?
– Меня преследовал один парень, – быстро выдохнула Янина, продолжая держаться за Касьяна.
Ей нравилось, что их лица близки.
Нет, даже не так.
Ей была важна их близость.
– Преследовал? – Касьян настолько медленно произнес это слово, что Янина испугалась.
Но не за себя. Нет-нет.
– Можно я начну с самого начала? – Янина хапнула воздуха.
Касьян успокаивающе погладил большими пальцами по ее щеке.
– Нужно.
– Мы были обычной семьей. Каких миллионы. Папа, мама, я. Мама с папой часто говорили о том, что они хотели большую семью, но у мамы были сложные роды, и она больше не могла иметь детей. Мы были счастливой семьей, Касьян. Как у тебя. Как у вас. Папа работал, мама работала, все шло хорошо. Я училась тоже хорошо и искренне надеюсь, что не доставляла родителям трудностей. Когда все началось, я даже не могу точно сказать. Вагаев… – Она запнулась, точно само имя того человека, который прошелся по ее судьбе, давалось ей с трудом. – Он учился в нашей школе. Ну учился и учился. Что с того… А потом он начал ко мне приставать.
Она сделала паузу.
– Давай-ка мы сядем.
Касьян перетянул ее на диван. Янина готовилась сидеть, как в школе перед директором – а такое было несколько раз, когда она дралась с Вагаевым и их вызывали к директору. Стоило ли говорить, на чьей стороне был директор?
Вагаевы были спонсорами школы. Их мальчик шел на золотую медаль. И тут она… Пусть и она хорошо училась и никогда никому не доставляла проблем. Кого это волновало?
Касьян распорядился по-другому. Он сел, а ее усадил к себе на колени.
– Удобно?
Его серьезные глаза смотрели на нее спокойно и внимательно.
Она опасалась другого.
Но… Между ними же все изменилось, правда? Они вышли на другой уровень общения, ступили на другую тропу.
Где люди доверяют и поддерживают друг друга. Любят.
Любят же?
Да…
– Удобно.
Он не торопил ее, давал время. На его скулах лишь желваки дернулись.
Касьян максимально контролировал себя. И это очень хорошо.
– Его приставания мне не нравились. – Янина слегка поморщилась. – Я училась и про мальчиков как-то не думала. Да и маленькой была! Реально же маленькой…
– Постой, а когда это было? Ты говорила, что три года тебя травили… То есть три года назад?!
На последнем предложении он повысил голос.
Янина обняла его, уткнувшись в шею. Ей всего пару секунд надо. И ему, возможно, тоже.
– Все верно. Три года назад. Это не были ухаживания, Кася. Он зажимал меня в углах, запирал в классе, предварительно сговорившись, чтобы все вышли. Он лапал меня и…
Она содрогнулась, невольно переместившись в те времена. Касьян тотчас отреагировал, сильнее сжал ее. Но не так, чтобы до боли или чтобы затрещали суставы. Нет-нет, он точно вакуум теплоты вокруг нее создавал, закрывая своим телом ее от прошлого, от всего того, что она когда-то пережила и теперь приходилось вспоминать.
Янина была ему благодарна. Как и тете Соне, что та не вмешалась и оставила ее прошлое ей. Позволила Янине самой решать, что и кому рассказывать. Дядя Валид наверняка знал подробности, но тут другое. Тут муж и жена. Мама с папой тоже друг от друга ничего не скрывали. И часто обсуждали что-то и с ней вечерами на кухне.
Боль снова полоснула сердце. Как же мало прошло времени! Дня не проходило, чтобы Янина не вспомнила родителей. Очень хотелось на могилки к ним съездить… И съездит, но летом уже, наверное, когда учебный год закончится.
– Я пожаловалась папе. Как-то прибежала домой в слезах, а он на больничный как раз ушел и тоже был дома. Пришлось рассказать. Папа на следующий день пришел к школе, чтобы поговорить с Вагаевым. А тот… – Янина прикрыла глаза, грудь сдавило. – Тот полез драться. Точнее, толкнул папу. Представляешь? А папа толкнул в ответ…
Пальцы Касьяна вдавились ей в кожу. Всего на пару секунд.
– Он умер. На месте. Вагаев… Папу посадили, – продолжила говорить Янина уже на каком-то автомате. Она должна рассказать все. – Нам сразу сказали, что он не жилец, что не вернется с зоны. Нам много что говорили…
– Янин, хватит, – надсадно выдавил Касьян.
– Я хочу рассказать. Хочу, чтобы ты знал. Так и вышло. Его там убили, Кась. А мама… Мама ушла следом. Не смогла…
– И тебя начали травить. Кем был этот Вагаев?
