Однажды в сказке: Мрак над Златоградом - Алексей Дзюба
* * *
Настасья врубилась в ряды разбойников, ловко орудуя клинком. Её воинам, находившимся с внутренней стороны стен, было гораздо легче забираться на них по лестницам, но здесь и крылась главная ловушка. По ним подниматься можно было только вдвоём, что давало оборонявшимся преимущество. Конечно, большим подспорьем были лучники, которые прореживали противника, но, закрытые пристанью, они не могли теперь сюда стрелять прицельно, а навесом могли попасть по своим. Их замысел грозил если не провалом, то тем, что захват крепости затянется надолго и обернётся большими жертвами в рядах освободительниц. Настасья с горечью смотрела, как доблестно гибли её воительницы, выполняя приказ тысяцкого. Не в силах больше на это смотреть, она кинулась в бой, прорываясь в первые ряды.
Достигнув линии врага, Микулишна, умело орудуя мечом и щитом, начала медленно теснить противника к стене, прокладывая путь воинам, которые, воодушевлённые командиром, подпирали её сзади, не отставая ни на шаг.
Пробившись на стену, освободители опять замедлились, оказавшись зажатыми с двух сторон. С башни им в спину метили лучники: прикрывая своих товарищей, часть воинов развернула щиты в сторону ворот, тогда как передовой отряд во главе с Микулишной уничтожал врага, освобождая участок стены до старого арсенала.
Каждый шаг Настасье давался ценой жизней её ратниц, они продвигались очень медленно, будучи зажатыми с двух сторон. Как вдруг натиск противника ослабел, давая освободительницам немного вздохнуть.
* * *
— Вперёд! — дождавшись момента, Василиса вывела своих воинов из арсенала.
Они врубились в спины разбойников, увлечённых боем со златоградцами, неся им смерть и сумятицу. Вклиниваясь между врагом и зубцами стены, годинцы теснили разбойников к её краю. Многие, испугавшись, прыгали вниз, ломая руки и ноги, а многие пытались сдаться, но падали замертво, удушенные меткой. Теперь две волны стремительно двигались навстречу друг другу.
— Настасья!
— Василиса, жива!
Девушки, не удержавшись, обнялись, но на большее выражение чувств они не решились, ринувшись вместе на захват ворот.
Надо было спешить: волны разбойников в любой момент могли хлынуть в ворота, ударив в спину Муромцу. Тогда им точно было бы не устоять до подхода основных сил.
Девушки, соорудив из найденного бревна таран, выбили входную дверь, несмотря на потери от стрел, и потоком хлынули внутрь башни, прорубаясь к спусковому механизму решётки.
— Настасья, смотри! — Василиса указала на бойницу, выходящую в город. Там, на другом конце улицы, собиралась и текла чёрная масса людей, грозящая ворваться внутрь крепости.
— Закрыть ворота!
Но сделать это было не так просто. Огромный разбойник, укрывшись в тесном проходе, не подпускал к подъёмнику освободителей. Он ловко орудовал копьём, не давая зайти воительницам, также не удавалось поразить его из лука. Строители крепости продумали этот элемент ворот, но теперь он служил на пользу врагу.
— Надо срочно что-то придумать! — Василиса тревожно наблюдала за приближающейся рекой разбойников.
Не мешкая, Настасья, вынув свой арапник и выждав момент, зацепила разбойника за ноги, заставляя того рухнуть на пол. С разбега выпрыгнув в окно со стороны площади, она вытянула лиходея, не успевшего зацепиться, из его закутка своим весом, повиснув над воротами. Девушки, заняв помещение, смогли сбросить решётку на головы первому ряду врагов, ворвавшихся в открытые ворота. Залп из луков и самострелов заставил разбойников отхлынуть от башни, оставив множество подельников убитыми и ранеными.
Освободители, достигнув края разлома и выставив лучников, вскоре завершили захват одной части стены. Другая часть, находящаяся рядом с китом, была освобождена гораздо легче. Вскоре вся крепость перешла в руки освободителей, но радоваться было рано.
* * *
Муромец, выстроив по всем правилам оборону, смотрел на широкий провал в стене. Сил заделать его хоть как-то камнями сейчас не было. Он с надеждой поглядывал на небо, видя кипящий там бой и не понимая пока, на чьей стороне победа. Держаться сейчас приходилось теми силами, которые были под рукой. А были у него только неопытные женщины-ополченки, пусть и отлично обученные Микулишной. Он, воспитанный защищать женщин, теперь посылал их на смерть. Илья всматривался в их лица, закрытые масками, вспоминая ту воительницу и размышляя о том, смог ли он вот так послать в бой свою жену, будь она здесь.
Разбойники шли в провал молча, как тени. Ни криков, ни суеты. В них виделась какая-то звериная хищность. Одетые в шкуры зверей, они и в самом деле казались зверями. Муромец узнал их: это были матёрые разбойники Кудеяра.
— Ну здравствуй, Кудеяр, давно не виделись, — тихо сказал он сам себе.
Лица лиходеев выражали азарт и предвкушение, без тени сомнения в своей силе, когда они увидели, кто им противостоит. В душе витязя всё переворачивалось от мысли, что ждёт воительниц в случае поражения.
Кудеяровцы со свирепым криком ринулись в бой.
— Держать строй! — Муромец кричал, придавая уверенность своему войску. Но женщины и без его команд стояли не дрогнув. Засвистели первые стрелы, попадая разбойникам в шею, голову, ноги. Лучницы били правильно, стараясь попадать в слабые места и не тратя стрелы на толстые кожаные доспехи.
Не обладая достаточной силой, девушки не смогли сдержать натиск врага. Их строй был сметён в считаные мгновения.
Завязалась битва. Большое подспорье оказали лучницы, выставленные возле пролома и щедро поливавшие разбойников сверху. Но масса врага всё текла и текла в пролом, тесня защитниц к пристани. Огромная тень, мелькнувшая над головой, воодушевила воинов, давая понять, что подкрепление близко — но надо было выстоять.
— Ещё чуть-чуть, девочки, поднажмите! — приободрял их Муромец, отражая удары или уворачиваясь от них.
В пылу боя его взгляд скользнул по убитой молодой девушке, на веснушчатом лице которой застыла маска смерти. Шлем слетел с головы, и ветер теребил короткие рыжие волосы. Она была одной из тех, кто пожертвовал косу, а теперь — и свою жизнь.
— Да что же вы за нелюди такие! Она же совсем девочка! — кричал витязь, сокрушая врага.
Он видел, как к ним присоединились годинцы, чудом спасшиеся в осаде. Они действовали умело и слаженно, тесня противника. Но их было недостаточно. Враг напирал на них, прижимая к пристани. Лучницы на стенах уже не стреляли в проход, а уничтожали разбойников внутри крепости, не давая обойти защитников со спины.
Но вот послышался стройный ободряющий клич со стороны пристани. Муромец узнал боевой клич златоградской дружины, которую в бой вывел Попович.
— Молодец, Алёша, давай жми их!
Бой разгорелся с новой силой: сначала
