Молох - Оксана Николаевна Сергеева

– Мм-м, – многозначительно кивнула Евгения Денисовна и бросила на дочь испытующий взгляд. – И где же ты отхватила этого сына профессора, совладельца «Бастиона»? Мне как-то неловко было спрашивать у него самого, как вы познакомились.

– Не поверишь. В магазине на кассе. Он стоял позади меня. У меня зависла карточка, и он за меня заплатил. Потом я попросила у него номер, чтобы вернуть деньги. Вот так и закрутилось.

– Весьма романтично, – немного скептично отозвалась Евгения Денисовна.

– А как ты думаешь, это случилось? Что я за то время, пока ты лежала в больнице, стала эскортницей и приехала к нему на вызов? – нервно засмеялась Ева.

– Ну и шуточки у тебя, – хмыкнула мать.

– Угу, – кивнула дочь. – Всё у нас банально. И не особо-то романтично.

– Зачем тогда было скрывать? Говорить, что к Лизе в гости ходишь…

– Мам, ты чего? Думаешь, я всё это время говорила, что хожу в подружке, а сама к нему на свидания бегала? – рассмеялась Ева, с облегчением говоря правду. – Мы не виделись всю неделю, ему некогда было. Вчера встречались, но я попросила отвезти меня к Лизке и ночевала у нее.

– Понятно. И насколько близкие у вас отношения? – деликатно поинтересовалась Евгения Денисовна и принялась аккуратно укладывать вещи в чемодан.

Понятно было, о чем конкретно тревожилась мама, и Ева могла бы отделаться округлыми словечками, но не стала, прямо заявив:

– Если тебя интересует, была ли у нас близость, то да. Мы спали. Спим.

Мама вздохнула и сказала, не поднимая глаз:

– Как-то у вас всё… быстро.

– Влюбились мы, мама. Кто бы думал, быстро оно или не быстро.

До этого момента Ева даже себе не признавалась, что влюбилась, но матери пришлось признаться, и от этого осознания по ее телу прошла странная дрожь.

Не стала она сообщать, что рассталась с Киром. Это новость вызовет новую волну вопросов, с которой она, вполне вероятно, не справится. Тогда мама точно откажется от подарка Скальского. Пусть лучше едет спокойно отдыхать, а к тому времени, как вернется, Ева расскажет, что отношения с Киром не заладились, и они разбежались. Так ведь бывает.

– Ну и прекрасно, что влюбились. Потому что секс должен быть по любви. Первый так точно. Да и все последующие желательно тоже.

– Угу, – мрачно кивнула Ева. – Пойду позвоню ему, поблагодарю еще раз от себя. А потом помогу тебе. Может, нам еще по магазинам придется пробежаться и что-нибудь купить.

Ева ушла в свою комнату и плотно прикрыла дверь. С минуту она смотрела на экран телефона, на имя, состоящее из трех букв, которое вызывало в ее душе столько волнения.

Глубоко вздохнув, она нажала на вызов.

Кир сразу ответил.

– Спасибо за подарок маме, – мягко сказала Ева. – И спасибо, что услал ее всего лишь в Сочи, а не на другую планету.

Скальский засмеялся.

– Я надеюсь, всё в порядке?

– В полном. Я сказала, что ей не нужно ни о чем беспокоиться. Мама заслуживает отдыха. Но все-таки ты должен был со мной посоветоваться, прежде чем делать такие вещи.

– И слушать твои возмущенные вопли?

– Тебе их всё равно придется выслушать.

– Так я один раз послушаю, а в ином случае пришлось бы два: когда советовался и когда путевки прислал. Что бы ты ни думала, у меня самые искренние намерения. Я бы хотел что-то такое сделать для своей матери, но не могу.

Ева помолчала, почему-то у нее перекрыло дыхание.

– Потому я и не возмущаюсь, – тихо ответила она. – Знаю, что ты не будешь играть такими вещами.

– Не буду. Это слишком даже для меня. Но ты же понимаешь, что второй человек, который может с ней поехать, это не ты. Пусть возьмет с собой друга или подругу, чтобы веселее было.

– Я и не сомневалась. Ты же тоже понимаешь, что моего решения это не изменит.

– Ты все-таки собралась завершить начатое. Хочешь, чтобы я умер от тоски по тебе? – снова рассмеялся Кир.

– Ты хоть бы для виду расстроился, погрустил, что ли. Притворился, что тебе не всё равно.

– Я перестал грустить с тех пор, как с тобой познакомился.

– Радуйся теперь в одиночестве.

– Ева, что ты хочешь от меня? – резко спросил он, и от его тона повеяло холодком.

– Ничего. Хочу, чтобы ты оставил меня в покое. Жаль, что ты не воспринимаешь мои слова всерьез.

Она повесила трубку, и снова в груди заломило от чувства какой-то безысходности.

Глава 18

Глава 18

Проводив Евгению Денисовну в аэропорт, Ева с Лизой вспомнили, что они безработные, беззаботные, совершенно свободные и могут отдохнуть по-человечески. Поводов накопилось достаточно. Один развод с Молохом чего стоил.

Предаться безудержному веселью решено было во «Фридрихе». Не «Бастион», конечно, но вполне себе приличное заведение, в котором они не раз бывали. Лизка, правда, выбор Евы не одобрила, но выхода у нее не было. Понимала, что, если упрется, подружка может и одна на танцы рвануть, а этого точно допускать нельзя.

– Чего мы в этой дыре делаем? – недовольно сказала Лиза, всё еще надеясь сменить место дислокации.

– С каких пор «Фридрих» стал для тебя дырой?

– С тех пор, как у меня появилась безлимитка «Бастиона». Ты там была? Я была пару раз. Там туалеты круче, чем весь этот зал. Другой уровень. Почему наш праздник не в самом лучшем месте?

– Праздновать развод с Молохом в заведении Молоха как-то странно, не находишь?

– Вот именно, что нет. Мне кажется, Кир был бы только рад и устроил нам крутую вечеринку, – засмеялась Лиза. – А ты, мало того, что у конкурентов развлекаешься, так еще и на звонки не отвечаешь. Понятно, что тебе ничего не будет. А мне за этот праздник, чувствую, тоже путевку оформят. Но только не в Сочи. Куда-нибудь в другое место… в один конец…

– Чего? – не расслышала Ева и пригнулась к подруге.

– Ничего!

Ева оглядела публику. Люди выпивали, танцевали, развлекались. От одного взгляда на хмельную танцующую толпу можно было опьянеть. Всеобщее веселье будоражило и заражало.

– Я правда хочу отдохнуть и расслабиться, – сказала она, снова повернувшись к подруге. – Можно я хотя бы тут не