Хочу от вас ребенка - Ана Сакру

– Постираю – заберешь, – едва уловимым шепотом хмыкнул мне на ухо он и, отодвинув меня за плечи, прошел в спальню, сунув моё белье к себе в карман.

Пока я пыталась проанализировать увиденное, Зайцев вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, и щелкнул Пашку по носу, весело говоря:

– Так, любопытная варвара, это моя спальня. Гардеробная – следующая. Сюда, прошу, не ходить, в остальном – будьте как дома. А мне… – нахмурившись, Иван бросил быстрый взгляд на наручные часы, – в отделение давно пора. Буду поздно, запасные ключи в прихожей на комоде. Обустраивайтесь.

– Ален, а тебе? – поинтересовался Пашка. – Тебя за прогул бешеные Уши не сожрут?!

Я была готова повеситься. Выпрыгнуть с пятнадцатого этажа или лечь под Камаз, но прежде натянуть на глупую голову брата керамический горшок, с которым ходила по квартире.

Вот и настал тот момент, когда Зайцев нас точно попрет. И не только из своего дома, но еще и с работы. Меня. И впишет в трудовую такое, после чего мою сомнительную персону даже санитаркой в морг не возьмут.

Опасливо, исподлобья покосилась на Зайцева, у которого на скулах проступили красные пятна, а его взгляд, впившись в меня, кровожадно сверкнул.

– Может, и сожру. Еще не решил. Да, Алена Алексеевна? – вопросительно выгнул бровь.

– О-оо… – пробормотал вмиг притихший Иуда-брат, понимая, что вырыл нам с ним могилу, и тут же попытался неуклюже исправиться, – да Алена вообще о вас, знаете, с каким восхищением рассказывала…

– Я понял, да, – хмыкнул Иван Романович, сверля меня поблескивающими голубыми глазами. – Ладно, Волковы, я пошел, – и скрылся за входной дверью.

Глава 33

Алена

– Паш, ты дурак? Решил сегодня окончательно меня добить? – гаркнула на брата, как только за Зайцевым закрылась дверь.

Я и так чувствовала себя как не в своей тарелке, а после слов дурня-брата вообще готова была выброситься с пятнадцатого этажа.

– Да откуда я знал, что он тот самый Ушастый? – обиженно отозвался брательник. – Я думал, мужик твой…

Я вспыхнула и, кажется, покраснела.

Не мой он.

Но за последнее время его стало так много, что я искренне не помнила, а как было до него? Как я жила? Ведь как-то же справлялась? Сейчас я словно зависима от него. Куда не глянь – я от него зависима! На работе, в личной жизни, теперь еще и дома. Его дома!

– Ты не о том думаешь! – шикнула на балбеса. – Лучше думай, где нам найти денег на ремонт и где мы будем ночевать завтра.

– А что тут думать? Лично меня все устраивает, – Пашка упал на огромный и, должно быть, действительно удобный диван, вытянул свои длинные тощие ноги. – Чумаа-а…! – по-мужски закинул руки за голову. – Слушай, Ален, а он нормальный мужик. А говорила – козел редкостный…

– Да закрой ты рот! – подлетела к нему, схватила маленькую диванную подушку и залепила обалдую по плечу. – Устраивает его все… Ты губу свою закатай, бестолочь. Мы завтра же отсюда съедем! – процедила сквозь зубы и…и пошла! В отличии от Павла, который освоился здесь слишком быстро, я пребывала в сковывающем раздрае. Не могла я вот так свободно и по-свойски находиться в чужой квартире. Точнее не чужой, а моего начальника, это наваливало на меня ответственности вдвойне.

Еще раз произвела обход. Осмотрела скупое жилище Зайцева и пришла к выводу, что он большую часть своего времени посвящал работе.

В просторной ванной умыла чумазое лицо, ужаснулась своему опухшему носу и расчесала волосы.

Прошла мимо спальни Зайцева. Притормозила. Это что-то необъяснимое, я даже не собиралась находить себе оправдания, когда не удержалась и заглянула в нее во второй раз. В небольшой дверной проем. Одна нога в коридоре, другая – тоже там, пока нос вовсю втягивал едва заметный запах хозяина.

Внизу живота запекло, прежде чем взгляд упал на тумбочку, на которой лежало мое белье. Боже! Он действительно их сохранил! Мои трусы! Зачем?

Что он с ними делал? Неуемная фантазия тут же услужливо подбросила мне пару вариантов. Один пошлый, второй…и того хуже.

Я покрылась коркой смущения и захлопнула дверь.

Кошмар. Безобразие, Волкова.

Срам, что ты нашла в этом факте что-то эротично-возбуждающее.

Когда я вернулась в кухню-гостиную, Пашка переключал каналы на пульте от плазмы. Он успел переодеться и выглядел по-домашнему уместно. Я же… Как выглядела я, можно было определить по его скрюченной физиономии, когда он оглядел меня с ног до головы. Я до сих пор была в медформе, перепачканной черными мазками.

– И не надо на меня так смотреть! – пригрозила Павлу. – Между прочим, благодаря тебе вся моя одежда сейчас захоронена в черных мешках.

– Давай я тебе что-нибудь свое дам? – доброжелательно откликнулся брат. Сбегал в презентованную нам комнату и притащил шорты с футболкой.

Я выхватила из рук брата одежду и зыркнула на него соответствующе.

Пока переодевалась, думала, что неплохо бы купить себе хоть что-то. Мне завтра даже на работу идти не в чем. Кроме спецовки, которую стоило бы постирать.

С этими мыслями я устроилась на диване рядом с братом и открыла на телефоне «Озон», чтобы приобрести хотя бы базовые вещи, желательно с доставкой на завтра. На сайте интернет-магазина провалилась на некоторое время, которое неумолимо приближалось к вечеру.

Я не знала распорядок жизни Зайцева. Как он проводил свои будни. С кем и где. Во сколько возвращался домой и кому посвящал вечера. Однако, распирающее чувство в груди не давало покоя, ведь он столько всего для меня сделал, а я? Что я могла сделать для него? Самое удивительное, что я непременно хотела сделать хоть что-то для него!

Кухонный островок выглядел скучающим, когда исследовала эту часть дома.

Прикусив губу, я опасливо заглянула в холодильник. В этот момент мой желудок напомнил, что я так и не попробовала свой борщ, а две булочки остались сиротливо лежать на тарелке. Вместе с сосиской в тесте. Нервно хохотнула, вспомнив наш с Зайцевым нелепый диалог, от которого на душе стало теплее и захотелось тихо напевать себе под нос, пока осматривала полки холодильника в поисках чего-то более удобоваримого, чем майонез и сало с пельменями в морозилке.

Досмотр был закончен через несколько секунд. Вердикт вынесен печальный. Холодильник, как хранилище еды, Зайцев категорически не воспринимал.

По этой причине через десять минут брат стоял в куртке у двери. Смурной и недовольный. С моей банковской картой и списком продуктов, который я поручила ему купить в