Запретные игры с Боссом - Стеффи Ли

— Правда? — он скептически оглядел картину, словно пытаясь понять, что я в ней нашла. — По-моему, это самое худшее, что сегодня вообще висит в этой комнате. Мне совершенно непонятно, зачем эта мазня выставлена на всеобщее обозрение.

Неужели… У него совсем нет вкуса?

Мне совершенно не хотелось в это верить.

Я удивлённо посмотрела на Антона, как строгая учительница на нерадивого ученика, не выучившего домашнее задание.

Как он может не видеть? Не чувстовать...

— Может быть, художник этой работы и не гений, но…

— Совершенно точно не гений, — презрительно хмыкнул он. И у меня возникло стойкое убеждение, что ему доставляет огромное удовольствие меня дразнить и выводить из себя.

— Но зато я отлично чувствую настроение, царящее на картине. Его всепоглощающее одиночество, его безысходность. И вместе с тем неукротимое желание пробиться сквозь тьму к первым лучам долгожданного солнца. Разве ты не видишь этого отчаянного порыва? По моему скромному мнению, данная работа прекрасна и гениальна в своей простоте, — с жаром произнесла я, стараясь донести до него свои мысли.

Неужели он настолько слеп? Или просто не хочет видеть?

Мне вдруг показалось, что его настроение на какое-то короткое мгновение резко изменилось. Тень промелькнула в его глазах, когда он смотрел на нежные фиолетовые цветы, и я увидела в них какой-то непонятный и отстранённый холод. Но это длилось всего лишь долю секунды. А потом Антон беспечно пожал плечами, словно ничего и не было.

Я что-то пропустила?

Или же я что-то упускаю?

Но… что?

— Здесь нигде не указан автор, — с досадой заметила я, возвращаясь к картине. – А так как ты у нас, как всем здесь известно, знаешь всех и вся в необъятном мире живописи, то, может быть, подскажешь мне, кто автор этой работы?

Может, хоть сейчас он признает, что был неправ.

— Зачем тебе имя автора этой мазни,радость моя? — удивлённо спросил Антон, и я почувствовала, как меня передёргивает от его презрительного тона.

— Я бы посмотрела и другие его работы. Возможно, у него есть что-то ещё столь же прекрасное, — честно ответила я, не отрывая взгляда от фиолетовых подсолнухов.

— Я разбираюсь только в признанных живописцах, а не во всякой никому не известной посредственности, — высокомерно заявил несносный начальник, и я невольно стиснула зубы.

Я закатила глаза и хотела было уже язвительно ответить ему что-нибудь особенно колкое, но он крайне коварно улыбнулся. А его взгляд стал таким обжигающим, что у меня перехватило дыхание. Сердце гулко забилось.

Антон крепко взял меня за руку, и по моему телу пробежала волна электрического тока. У меня почему-то совершенно не нашлось сил сопротивляться его чарам. Да и искреннего желания, если честно признаться, тоже не было. Точнее - было, но оно довольно быстро испарилось.

— Пойдем. Я покажу тебе кое-что интересное. Тайную комнату, о которой никто не знает, — заговорщицки шепнул он мне на ухо, обжигая мою кожу своим дыханием, и я, заинтригованная его словами, с радостью позволила себя увести в неизвестном направлении.

Тайная комната? Звучит заманчиво...

Когда мы вышли из шумной комнаты, я тихо спросила, стараясь не привлекать внимания:

— Откуда ты вообще знаешь про тайную комнату, если ни разу не был на “Меланхолии”? Ты же сам говорил…

— Потому что я получил особое вип-приглашение, предназначенное только для избранных, — самодовольно ухмыльнулся Антон, и я невольно закатила глаза.

Конечно же.

— Правда? — с притворным удивлением спросила я, совершенно не пытаясь скрыть едкий сарказм в голосе. — А остальные приглашённые сюда гости тоже удостоились такой чести?

Антон отрицательно качнул головой.

— Нет, радость моя. Они все обычные лузеры, которым просто повезло сюда попасть. — он иронично хмыкнул , и почему-то эта глупая шутка заставила меня беззаботно захихикать.

А потом я вдруг неожиданно поймала себя на странной мысли, что в этом огромном доме наверняка неимоверное количество тёмных и крайне укромных углов. Вокруг столько таинственных теней, в которых могли бы случайно затеряться двое страстно целующихся людей.

Я была уверена, что не произносила свои мысли вслух - точно не произносила! - но Антон вдруг резко повернул голову и кинул такой пронзительный взгляд на мои губы, что мне стало откровенно не по себе. Тягучая лава забурлила внизу живота.

Он что, читает мои мысли?

Когда мы начали медленно подниматься вверх по лестнице, моя фантазия бессовсетно вышла из кабинки “приличная девушка” и, сбросив с себя все оковы приличия, ворвалась в комнату “развратная шлюшка”.

Но я отчаянно успокаивала себя тем, что во всём виноват особняк. Его вызывающий интерьер, пьянящая атмосфера и та пара бокалов божественного вина. Только из-за них я чувствовала, что если Антон сейчас заведёт меня в какую-нибудь тёмную комнату, грубо кинет на шелковую кровать и набросится на меня, словно голодный зверь, то я буду простовынужденаподдаться.

Я же не настолько ненормальная, чтобы отказываться от секса в особняке самого Берешкова?! Это было бы верхом идиотизма!

И я бы не простила себя, если бы упустила такую возможнсоть.

«То есть, если бы тебя кинул на кровать тот же смазливый балерун или наивный Костя, ты бы тоже былавынужденаподдаться их чарам?» — решил съязвить мой внутренний голос, и я мысленно закатила глаза.

«Нет, — строго ответила я, обрывая поток непристойных мыслей. — Но это совершенно лишняя информация.»

Просто заткнись. Пожалуйста.

Наконец, мы оказались напротив загадочной массивной двери, обитой тёмным бархатом. Сердце бешено колотилось в груди, а внизу живота нарастало томление. Антон медленно наклонился ко мне, и его горячее дыхание опалило мои губы.

— Готова, радость моя? — мягко прошептал он, и я почувствовала, как по моей коже промчалось электрическое напряжение.

К чему я готова?

К падению в бездну?

Кажется, что да...

Глава 23

Когда я, с бешено танцующей румбу надеждой в самых потаённых уголках своего разгорячённого тела, наконец кивнула, он, не говоря ни слова, чуть приподнял свою сильную руку и постучал в загадочную дверь. Но это был вовсе не простой стук, а целая замысловатая комбинация, состоящая из нескольких чётких и отрывистых постукиваний.

Какой-то секретный код?

И буквально через пару секунд тяжёлая массивная дверь со странным, едва слышным скрипом распахнулась перед нами, будто приглашая в свой тёмный и… порочный мир.

В таинственной комнате царил густой полумрак. Создавалось ощущение, будто кто-то