Переводчица для Босса - Никки Зима

Я, пытаясь улыбнуться, подхожу к столику.

— Ваня? Простите, что опоздала, немного…

Он поднимает на меня взгляд, и в его глазах я читаю не любопытство, а чистый, неподдельный укор.

Он медленно, с театральной паузой, обращается ко мне.

— Лада, — произносит он голосом, лишённым всяких эмоций, кроме лёгкого недоумения, — вы опоздали ровно на двенадцать минут…

Он делает новую паузу, чтобы этот факт достиг моего сознания. — В приличном обществе это считается… дурным тоном.

Я застываю с полуулыбкой на лице. В ушах звенит. «Дурной тон». Кто в наши дни говорит «дурной тон»? Кажется, последний раз я слышала это слово в советском фильме-спектакле про аристократов.

Я осматриваю интерьер, чтобы отвлечься и не портить себе вечер и настроение. Тут, в принципе, мило.

Он откашливается и добавляет, глядя на меня поверх очков:

— Бабушка всегда говорила, что пунктуальность — вежливость не только королей, но и… благовоспитанных девушек.

Вот так. Прямой удар. «Бабушка говорила».

У меня перед глазами проплывают последние события моей жизни: пощёчина директору, разбитая ваза, затопленная квартира, эвакуатор-аферист…

И всё это меркнет перед фразой «Бабушка всегда говорила», произнесённой маминым сынком в стильном ресторане.

Я понимаю, что Ванечка из тех мальчиков, которые, надувая щёки, пытаются перевоспитать девушку под себя. Но у них всегда только получается… сходить под себя…

Боги, что я тут делаю?

Уважаемые читательницы и читатели, если вам нравится книга, то, пожалуйста, подпишитесь на автора. Это очень просто сделать со страницы книги или личной странички Никки Зима на.

Спасибо большое за чтение!

Глава 19

Я вхожу в «Палаццо Третьяков» размеренным шагом.

Регина следует за мной в полушаге — высокая, статная, с той самой хищной грацией, которая заставляет мужчин ронять вилки, а женщин — злобно кусать губы.

Её платье — красное, облегающее, с разрезом ровно настолько, чтобы напоминать: здесь бизнес-леди, но женщина никуда не делась.

— Добрый вечер, господин Сухоруков! — приятная девушка-администратор почти кланяется, будто я не клиент, а владелец заведения.

— Вечер, — киваю я снисходительно, как монарх, принимающий дань.

Регина мягко касается моего локтя — нежно, но с претензией.

— Сухоруков, ты идёшь будто лев, проверяющий свои угодья.

— Пойдёмте, я вас провожу, — администратор берёт меню в кожаном переплёте и вежливо приглашает последовать за ней, — где желаете сегодня поужинать? Оба ваших столика зарезервированы.

— Сухоруков, нам у фонтана или в углу? — спрашивает она, чуть наклоняясь так, что её духи — тончайшие, с нотками чего-то запретного — слегка щекочут моё обоняние.

Я лениво оглядываю зал, чувствуя, как десятки глаз тут же отворачиваются, делая вид, что не пялятся.

— У фонтана, — говорю я, — если тебя это не смущает.

— Не смущает. Пусть все видят, с кем я сегодня.

Она улыбается — не то польщённая, не то уже строящая планы, как эту фразу использовать против меня. Но мне плевать. Я здесь главный хищник. И все об этом знают.

А потом мой взгляд цепляется за знакомую фигуру за дальним столиком. Лада Каренина. Моя личная заноза! Соседка и по совместительству будущий переводчик.

Ещё одно совпадение? Но это всё ерунда.

Потому что рядом с ней... Недоразумение, которое даже не понимает, что, приглашая девушку на свидание, нужно сажать её напротив себя.

Похоже, рядом с Ладой — наглядное пособие на тему «Как вырастить маменькиного сынка, не потратив при этом ни рубля из семейного бюджета».

Парень выглядит так, будто его только что извлекли из кукольной коробки для девочек дошкольного возраста.

Галстук аккуратно завязан. Мамой, не иначе. Волосы набриолинены и уложены с геометрической точностью, а взгляд — смесь испуганного кролика и отличника, которого случайно занесло в бар.

— Интересно, — тихо бурчу себе под нос, — он сам решает, какой стороной ложку в рот класть, или у него в кармане есть инструкция от родительницы?

Регина оборачивается, тоже замечает парочку и фонтанирует сарказмом.

— Какие люди… Ого, да у кого-то сегодня свидание!

Отодвигаю стул Регине, усаживаю. Ловлю на себе растерянный взгляд Лады. Киваю ей в знак приветствия. Лада ловит мой взгляд и тут же делает вид, что не заметила.

Ага, конечно. Вот только её плечи напряглись так, будто она готовится к бою. Интересно, этот её «кавалер» знает, что его дама чуть что швыряется тряпками?

Паренёк что-то шепчет Ладе с таким видом, будто признаётся в государственной измене.

Но потом замолкает, видя, что девушка его не слушает. Терпеливо ждёт, заглядывая ей в рот, когда она снова переключится обратно на него.

Он даже не замечает, что его спутница смотрит в нашу сторону. Лада через несколько секунд кивает, делая вид «я слушаю», но по глазам видно, что она предпочла бы сбежать.

— Боже, какая милота. Как они друг другу подходят, — «умиляется» Регина, — мамин пирожочек: послушный, безобидный и, главное, не способный перечить. Прямо идеальный кандидат в мужья! Правда, если, конечно, счастливая будущая жена согласна ещё и памперсы ему менять.

Он и вправду выглядит очень по-детски. Наверно, надпись на табличке на их столе гласит: «Осторожно, клиент — хрупкая натура, не дышать, не обижать».

Лада встаёт и направляется в сторону дамской комнаты.

Первое, что я заказываю у официанта, — бутылку «Вдовы Клико».

Инструктирую: официант должен просто поставить бутылку и два фужера рядом с молодёжным человеком и сообщить, что шампанское — от заведения.

Строго-настрого запрещаю забирать бутылку в случае отказа. Они могут делать с ней всё что угодно, хоть вылить в фонтан.

Через минуту спутник Лады удивлённо озирается, пытаясь понять, кто послал бутылку шампанского.

Ничего, тебе твоя девушка подскажет, если захочет.

Потом делаю заказ для нас с Региной и переключаюсь на свою спутницу.

Наша директор по логистике вся сияет. Ещё бы, она приятно контрастирует со всеми женщинами и девушками в зале, в том числе и с Ладой.

Мужчины в зале исподтишка косятся на её вырезы в платье. Некоторые даже получают тычки и щипки от своих жён и любовниц.

— Это же та девица, которая переводила на последней встрече с корейцами?

— Да.

— Надеюсь, ты не собираешься её принимать на работу.

А вот это уже не твоё дело, прелесть моя. Тебя забыл спросить.

Подавляю в себе волну гнева.

— Региш, ты отвечаешь за кадровую политику у себя в департаменте логистики. Вот и отвечай. Кстати, какого хрена самосвалы до сих пор в Питре на таможне стоят? Мы там нехилые деньги за пользование таможенным складом платим.

— Ой-ёй-ёй… Какой у меня строгий босс! — жеманничает Регина, — ну выпишите мне штраф, мой генерал.

Она касается