Политическая система и государство в Исламе - Давуд Фейрахи
Полное отрицание законности власти правящих монархий вынуждало религиозно-политическую оппозицию разрабатывать свой механизм выбора лидеров своих общин. Поэтому механизм беата становился главным основанием для выбора такого лидера. Этот механизм подходил для них главным образом потому, что в исламском праве беат, как уже было сказано, дается не всем народом, и даже не всеми влиятельными людьми мусульманской общины. Для выбора руководителя (имама) достаточно согласие лишь определенной части таких людей. Учитывая неконкретность и растяжимость понятия Ахль-и хал валь-акд, который обладал правом объявить об избрании нового имама, под этот термин в понятиях оппозиции подходили только те влиятельные люди, которые являлись их сторонниками.
Даже у шиитов, которые выдвинули доктрину о наследственной передаче имамата по ясному указанию предыдущего имама, беат играл важную роль в подтверждении его полномочий. Помимо этого, у шиитов не было единства, и каждая группировка давала беат своему лидеру, который, равно как и другие шиитские лидеры, вел свою родословную к пророку Мухаммаду.
Примечательно, что мусульманские религиозно-политические группы использовали для утверждения своих лидеров именно политические термины и способы, одним из которых и являлся беат. Это обстоятельство отличает их от аналогичных религиозных движений в ранней истории Христианства, которые после Никейского соборов и Константинопольского соборов не претендовали на такие глобальные цели как свержение императорского режима в Риме.
Несмотря на самоотверженную и фанатичную борьбу против Омейядских халифов, религиозно-политическая оппозиция терпела поражения. Царство, которое для них олицетворяло зло и несправедливость, всеобщий отход от принципов Ислама, находило в себе силы успешно противодействовать силам «добра». Один за другим были убиты такие яркие личности в истории раннего Ислама, как Хусайн ибн Али, Абдулла ибн Зубейр. Они первыми выразили недовольство правлением Омейядов и приняли беат от своих сторонников.
Такого характера борьба против халифов раннее не наблюдалось, несмотря на то, что еще при Османе началось восстание против его правления, а при халифе Али неповиновение охватило масштабы почти всего халифата. Те выступления по большей части были спонтанными и хаотичными. Единственной серьезной политической силой того времени были Омейяды и их союзники. Но они не принимали беата в качестве халифов от своих подданных и до смерти Али носили титулы наместников мятежных провинций.
Выступления Хусайна и Абдуллы еще не представляли собой ни шиитской, ни хариджитской оппозиции. Они просто стали первыми людьми, выступившими против правящей династии и использовавшими механизм беата. Абдулле ибн Зубейру даже удалось захватить власть у Омейядов и стать халифом на протяжении более десятка лет. Но даже спустя столько времени Омейядам удалось потопить и это восстание в крови. Гибель вначале Хусайна, а затем Абдуллы вызвала цепную реакцию дальнейшего противостояния антиомейядских групп с правящей династией. Были подавлены выступления Аль-Мухтара ас-Сакафи, затем хариджитских лидеров – Салиха Мусарриха, Шабиба ибн Йазида и многих других. Все эти выступления уже носили более организованный характер. Их лидеры уже официально принимали беат от своих единомышленников и действовали против власти в статусе правителей.
Наконец, после почти целого столетия упорной борьбы, «зло» наконец было побеждено. Последний Омейядский халиф Мухаммад ибн Марван потерпел поражение от войск Аббасидов, которые также приняли беат от своих сторонников, и пришли к власти в Халифате. Однако шиитская и хариджитская оппозиция не признала их власти и снова повела борьбу, но уже против новой династии. На этот раз острие борьбы было нацелено не на полное свержение нового правящего режима, которое снова стало олицетворением царства «тьмы» и несправедливости, а на создание независимых от Аббасидов государств в отдаленных от центра империи окраинах халифата. Принявшие беат от своих сторонников шиитские и хариджитские лидеры образовали в Северной Африке свои независимые государства – Идрисидов, Мидраритов и Рустамидов. То есть, религиозно-политическая оппозиция осознала бесперспективность попыток свержения имперской власти (Халифата) и повела борьбу за создание своих государств, где бы их «истинные» убеждения были реализованы в полном объеме. С этого момента начался распад и ослабление единой мусульманской империи.
В то же время, необходимо отметить, что механизм беата имеет деструктивную и порой даже разрушительную для государства сущность только в случае господства в нем тирании и абсолютизма, которыми сопровождается почти вся история мусульманских государств после периода правления Праведных халифов. Тиранические режимы выражали волю только правящей династии или авторитарных правителей. Они подавляли всякое инакомыслие и не допускали создания таких органов законодательной власти, как парламент. Суды также находились под контролем правящих режимов. В таких условиях единственной формой протеста являлось построение параллельных органов власти и силовое сопротивление тирании.
Механизм беата давал возможность для избрания оппозиционного лидера. В условиях открытости власти, свободной прессы и других средств массовой информации, официального признания оппозиции, наличия парламента этой проблемы не может возникнуть. Принципы свободы имели место и в истории Праведного халифата и, естественно, что механизм беата был для того общества оправдан и более того, являлся одной из форм свободы, который был немыслим для древнего мира, в котором управление осуществлялось исключительно царскими династиями. Исламская модель правления раннего периода, составной частью которого был механизм беата, несомненно, был прогрессивным в тех исторических условиях.
Таким образом, механизм беата в полной мере и конструктивно проявил себя на первых этапах истории Халифата. Но затем для правящих монархических династий он потерял свой изначальный смысл и стал формальностью. Зато он стал достоянием оппозиционных правящим монархиям группировок, которые благодаря этому механизму избирали своих лидеров, обосновывали их законность (естественно, своими субъективными критериями) и неоднократно приходили к власти в различных регионах исламского мира.
Некоторые исследователи усматривают в доктрине беата некоторые параллели с современным демократическим механизмом выборности. Однако существуют серьезные доводы против этого. Дело в том, что беат – это скорее не процесс выборов, а скорее консенсуальное согласие определенной части государственных или общественных деятелей в пользу кандидатуры того или иного правителя. Кроме того, в отличие от демократических принципов, правитель не избирается большинством голосов народа. Наоборот, источники исламского права подчеркивают, что при избрании халифа голосования всего народа не требуется. Народ просто ставится перед фактом утверждения того или иного человека правителем или халифом и обязан признать этот выбор. Именно этим обстоятельством, как уже отмечалось выше, успешно пользовались деятели оппозиции против правящих режимов.
Возвращаясь к анализу отдельных моментов истории Праведных халифов, необходимо отметить, что механизм беата во время избрания халифом Абу Бакра был единственно приемлемым решением проблемы власти в мусульманском государстве, благодаря чему удалось избежать раскола Халифата. За свое двухлетнее правление, халиф Абу Бакр
