Ясность внутри. Как отказаться от навязанных убеждений и быть верным себе - Катлин Смит

Однако дистанцирование иногда приносит пользу. Временами выйти из комнаты или сменить тему разговора — лучший способ справиться с затруднительным положением. Например, перед тем как делиться своими мыслями, вам, возможно, стоит их для себя прояснить. Или завершить отношения, которые причиняют вам вред. Однако в некоторых случаях дистанцирование — не самая удачная идея. Это просто паттерн эмоционального процесса, способ быстро почувствовать облегчение, заплатив за это дорогую цену.

Постоянно справляясь с напряжением путем дистанцирования, мы теряем возможности:

• построить более крепкие отношения с другим человеком;

• стать более зрелыми;

• проявлять ответственность за свое поведение в группе людей, в которой состоим;

• разъяснять людям наши мысли;

• управлять своей тревожностью;

• ослаблять нашу реакцию на дистресс других.

Сильви была не только ответственным человеком, но и экспертом по части эмоциональной дистанции. Она стала своего рода ручным тормозом, который никогда не хотелось отпускать, даже если речь шла о создании крепких отношений. Девушка недавно переехала в другой город и очень волновалась, когда знакомилась с людьми. После вечера вне дома она не могла уснуть, поскольку вновь и вновь вспоминала все, что сказала за день, и беспокоилась, думая, насколько неловко это звучало для ее новых знакомых. Сильви было комфортнее со старыми друзьями, хотя отношения с ними ее тоже разочаровывали. Она уставала от подробного обсуждения выпусков шоу «Остров любви», постоянного обмена мемами и пересказывания одних и тех же историй о годах учебы в школе или колледже. Но такое общение было лучше, чем ничего, и Сильви предпочитала оставаться на уровне поверхностных разговоров.

Хроническая тревожность подталкивает к дистанцированию

Высока ли степень эмоционального дистанцирования в ваших отношениях? Кажется ли вам, что они ненадежны и могут легко пострадать из-за стрессовых ситуаций? Если да, то, вероятно, в семье, в которой вы выросли, был высок уровень хронической тревожности. Боуэн определял ее как вид тревожности, вызываемой напряжением в отношениях. Чем выше степень слияния внутри семьи, тем ее больше.

Хроническая тревожность отличается от острой тревоги, возникающей под влиянием кратковременных трудностей. Например, если вы потеряли работу, это может вызвать у вас острую тревогу. Но если уже начали морально готовиться к приступу паники у вашей матери, когда она узнает про ваше увольнение, — значит, у вас хроническая тревожность. Или, например, собираясь встретиться с кем-то из друзей, вы приходите не в тот ресторан. Возникает острая тревога. А если вы беспокоитесь, что друг или подруга будет считать вас безответственным, — это признак хронической тревожности. Из-за нее у нас зачастую появляется больше проблем, чем по причине первоначальных трудностей, поскольку хроническая тревожность заставляет нас излишне фокусироваться на отношениях и окружающих. Это происходит, например, когда вы тратите много сил, пытаясь убедить свою маму, что у вас все будет в порядке. Или демонстрируете друзьям, что на самом деле вы самый ответственный человек в мире.

Если степень нашей хронической тревожности высока, то мы:

• более восприимчивы к людям;

• жаждем внимания и одобрения;

• испытываем отвращение к потребности людей в близости;

• тратим много времени на попытки читать мысли;

• беспокоимся о реакциях людей на нас;

• чаще чувствуем, что люди нас раздражают;

• становимся менее терпимыми.

Как видите, все эти реакции подталкивают к чрезмерному вовлечению в отношения либо противоположному поведению, а именно дистанцированию. Из-за хронической тревожности отношения утрачивают гибкость, и мы, стремясь сохранить атмосферу стабильности, снова нажимаем уже знакомые кнопки: «Напасть!», «Перехватить инициативу!», «Сдаться!», «Спасаться бегством!».

Когда степень хронической тревожности высока, люди становятся более зависимыми друг от друга и испытывают к этой зависимости все больше отвращения. В подобных случаях мы обычно говорим: «Помоги мне! Да нет, не так!» Именно это происходило в семье Сильви после смерти ее дедушки. Родственники хотели чувствовать поддержку друг друга, но одновременно стали более критически относиться к тому, кто и как ее оказывал (или не оказывал). Более того, члены семьи проявляли нетерпимость к тому, как по-разному все они скорбели о потере. Для их системы отношений серьезными ударами стали быстро принятое бабушкой решение снова выйти замуж и удрученность отца Сильви, узнавшего, как решился вопрос с завещанием. Именно поэтому семья распалась. Она переключилась на более жесткий механизм, позволявший справляться с напряжением, а именно полный разрыв отношений.

Такой исход, безусловно, отличается от обдуманного выхода из отношений. Разрыв — паттерн, который используется, когда человек или группа людей не способны терпимо относиться к индивидуальности других участников отношений. Это случается, если мы ожидаем, что другие либо будут поступать так же, как мы, либо вообще не станут иметь с нами дел. Когда степень хронической тревожности высока, третий путь дифференциации — отношение друг к другу как к личностям, несмотря на недостатки и многое другое, — кажется неосуществимым.

Учитывая эмоциональные особенности семьи Сильви, неудивительно, что она привыкла прилагать уйму усилий ради сохранения атмосферы стабильности. А когда дело доходило до разговоров, она старалась не выделяться. Но теперь она задумалась о том, стоило ли продолжать дистанцироваться. Цена за «штиль» в семье оказалась слишком высока. Когда-то Сильви уже потеряла возможность общаться со своей единственной здравствовавшей бабушкой, как и с тетями, дядями и кузенами. В новом городе девушке было одиноко и тревожно, а отношения с людьми, с которыми она дружила, ее не удовлетворяли. Она уже готова была броситься в омут с головой и возобновить общение с бабушкой, несмотря на первую реакцию собственного тела.

Отношения личности с личностью

Большинство из нас не хотят, чтобы взаимодействия оставались на уровне дистанцирования и поверхностной болтовни. Мы жаждем отношений, в которых можно обсуждать то, во что верим и что пережили, даже если наши убеждения и жизненный опыт различаются. Нам хочется быть честными в том, что мы делаем. Мы желаем говорить о том, что нас будоражит, и не волноваться о реакции скучных людей. Однако попытка создать именно такие отношения с друзьями или родственниками порой обескураживает.

Боуэн высказывал предположение, что развитие отношений в формате «личность — личность» для человека — лучший способ стать более зрелым, поработать над своей дифференциацией. Для такого вида отношений, по мнению Боуэна, необходимы три ключевые особенности.

1. Готовность обсуждать собственные убеждения и пережитый опыт.

2. Отсутствие сосредоточенности на третьих лицах.

3. Отказ от разговоров на темы, не относящиеся ни к одному конкретному человеку.

Развитие межличностных отношений подразумевает готовность преподнести людям свое настоящее «я» и позволить им сделать в общении с вами то же. Чем больше вы можете опираться