Наука души. Избранные заметки страстного рационалиста - Ричард Докинз
145
Эта статья была написана для еще одной книги под редакцией Джона Брокмана, на сей раз вышедшей в 2006 г. и озаглавленной «Разумная мысль: наука против теорий разумного замысла».
146
Это передергивание часто проходит незамеченным. «Теоретики» разумного замысла (называть их теоретиками без кавычек было бы чересчур лестно для них) преподносят вопрос о том, кто именно создатель – Бог или инопланетный разум, – так, будто речь идет о несущественной детали. На самом же деле, как вы увидите из моего эссе, различие огромно.
147
Хотя смысл остается ровно тем же самым, сегодня я предпочел бы сказать «что помещает это событие в рамки того, что мы могли бы назвать невозможным». Или еще лучше: «невозможным для любых практических целей». Когда имеешь дело со столь исчезающе малыми числами, к таким понятиям, как «возможный», «невозможный» и «практические цели», бессмысленно подходить с практических позиций.
148
Эукариотические клетки – это то, из чего мы состоим, причем под «нами» я имею в виду все живое, за исключением бактерий и архей. Признак эукариотических клеток – наличие ограниченного мембраной ядра, где содержится ДНК, и так называемых органелл, в частности митохондрий, которые, как мы теперь знаем, происходят от симбиотических бактерий: они по-прежнему самостоятельно размножаются внутри клетки и обладают собственной ДНК. Возможно, Ридли и прав, считая подобные симбиотические союзы событиями крайне невероятными, шальной удачей. Тем не менее они случались как минимум дважды: первый раз, когда в клуб вступили зеленые бактерии и в качестве хлоропластов поделились с растениями фотосинтетическим ноу-хау, которым те пользуются по сей день; а второй раз, когда в дело вошли предки уже упомянутых митохондрий. Линн Маргулис (в чьем послужном списке попадались как озарения, так и ошибки) считала, что подобных судьбоносных альянсов было еще больше.
149
У жизненных форм, находящихся на нашем нынешнем уровне развития, нет технологий, которые позволяли бы преодолевать гигантские расстояния. Таким образом, наука и технологии существ, сумевших проскочить этот барьер, наверняка будут намного более передовыми по сравнению с нашими.
150
Возвращаясь к одной из предыдущих сносок (см. стр. 190), скажу, что это могло быть причиной того, почему до Дарвина и Уоллеса никто – в том числе и такие великие мыслители, как Аристотель или Ньютон, – не додумался до идеи естественного отбора.
151
Мой друг философ Дэниел Деннет настойчиво утверждает (например, в книге «Разум: от начала до конца»), что нам нужно прекратить употреблять слово «иллюзия» и просто называть действия естественного отбора проектированием. Я понимаю его мысль, но развивать ее здесь значило бы сделать менее ясной мою. В рамках его терминологии можно было бы сказать, что отбор занимается проектированием и что среди проектируемых им объектов есть такие – например, головной мозг, – которые сами способны проектировать. Не будем устраивать прения по поводу семантических тонкостей.
152
Не исключено, что объяснять данное недопонимание таким образом чересчур великодушно. Оно вполне может быть следствием крайней скудости воображения, когда человек просто не в состоянии представить никакой другой альтернативы осознанному созиданию, кроме случайности.
153
Однажды меня спросили – для документального фильма, который оказался креационистской пропагандой, о чем я тогда не подозревал, – могу ли я хотя бы помыслить, что жизнь на Земле была каким-либо образом умышленно создана. Я ответил, что единственный способ, какой я мог бы себе представить (хотя и не верю в него), – это вмешательство внеземного разума, созданного в конечном счете путем постепенной эволюции. И понеслось: «Ричард Докинз верит в зеленых человечков». Вот уж сенсация так сенсация!
154
Статья впервые была опубликована 26 декабря 2011 г. на сайте Фонда разума и науки Ричарда Докинза.
155
От 23 декабря 2011 г.
156
У Артура Кларка инопланетяне оставили свое сообщение в виде стелы именно на Луне – так его могла обнаружить только цивилизация достаточно развитая, чтобы быть этого достойной.
157
Заглядывать в будущее – развлечение, заведомо чреватое ошибками. Но, была не была, вот вам мой вклад в книгу «Как мы будем жить через пятьдесят лет», вышедшую в 2008 г. под редакцией Майка Уоллеса.
158
Цитируется по книге Мартина Риса «Перед началом». Я уже приводил этот фрагмент в первом эссе данного сборника, но повторить его нелишне.
159
Глава 2, перевод О. Ю. Сёминой. – Прим. перев.
160
Единственное возможное исключение – такой уважаемый ученый, как Пол Дэвис (см. стр. 259), допускающий незначительную вероятность того, что жизнь возникала на Земле неоднократно и что выжившие потомки различных прародителей, различающиеся по своему генетическому коду, до сих пор могут быть среди нас. Это предполагаемое исключение никоим образом не противоречит моему утверждению. Пуристы могут переформулировать его следующим образом: «Все известные животные, растения и т. д.».
161
А главное, если бы Солнце действительно повело себя так, как описывают семьдесят тысяч фатимских очевидцев, от нашей планеты, а то и всей Солнечной системы ничего бы не осталось. Свидетельские показания не столь надежны, как их обычно превозносят, – о чем, кстати, следовало бы помнить коллегиям присяжных.
162
Ресничные черви, или турбеллярии, – большой, прекрасный и процветающий класс животных. Видов ресничных червей примерно столько же, сколько видов млекопитающих, и однако же до сих пор не было найдено ни единой ископаемой турбеллярии. Креационисты, по идее, должны верить, что ресничные черви живут на Земле так же долго, как и остальные животные, плюс-минус пара дней, появившись на свет в октябре 4004 г. до н. э. Итак, если значительный класс животных не оставил вообще никаких окаменелостей, то мы уж точно можем простить позвоночным несколько пробелов в их ископаемой летописи.
163
Именно такое ошибочное представление составил себе выдающийся (и далеко не глупый) биолог-теоретик Стюарт Кауфман, вообразивший, будто «виды, положившие начало новым таксонам, наращивали эти более высокие, чем вид, таксоны в направлении сверху
