Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев
Но в марксизме имелись утверждения и концепции, которые выдержали испытание временем и которые нельзя не использовать во всех почти современных науках об обществе. Я имею в виду не только труды «основоположников», или классический марксизм, но и работы их ближайших учеников и последователей.
В ХХ веке марксизм получил распространение и признание не только в Западной Европе, но и во всем мире. Однако марксизм этого века во многих отношениях отличался от марксизма прошлого века, и это естественно. Даже великие религиозные учения меняют свой облик в толкованиях последователей и проповедников разных стран. Неудивительно, что развитие марксизма происходило по-разному на Востоке и Западе Европы, в Америке или в Китае. В странах Запада марксизм развивался и как научная и как идеологическая доктрина в острой полемике с другими идейными течениями и научными концепциями. На Востоке с приходом к власти коммунистов марксизм стал частью монопольной государственной идеологии, что и определило предельно жесткие формы его догматизации и даже частичной фальсификации. В такой талмудической форме марксизм не мог развиваться у нас как научная доктрина и стал даже тормозом для развития многих наук и самого общества. Принудительное насаждение марксизма вызывало его отторжение во многих слоях населения, В результате марксизм стал по-разному восприниматься в кругах молодежи и интеллигенции Запада и Востока. В своей стране мы хорошо видели, насколько разительно несхожа действительность и реальности советской жизни с теми картинками, которые рисовали нам официальные пропагандисты реального» социализма. Но и в кругах западной левой интеллигенции крайне остро воспринимались пороки «развитого капитализма». Пытаясь найти выход из тупиков общества потребления, штампующего не только товары для людей, но и людей для этих товаров, значительная часть западной интеллигенции и молодежи с интересом и вниманием обращалась к марксизму в его новых формах еврокоммунизма или радикального неомарксизма.
Очень многие из представителей советской интеллигенции из числа диссидентов, эмигрировавших или высланных из СССР в 70-е годы, громогласно объявляли в своих первых выступлениях, что научный социализм в СССР – это мертвая идеология, что марксизм вызывает в нашей стране только отвращение, что даже члены Политбюро не принимают всерьез это учение немецких идеологов XIX века и руководствуются в своей политике или прагматическими соображениями, или даже своими корыстными интересами. Но эти же российские диссиденты нередко не только с удивлением, но и с негодованием убеждались что их образ мышления и их призывы разделяют на Западе не так уж много людей, что на Западе сохраняется интерес и к марксизму и к социализму, что здесь велико влияние социалистических партий, многие из которых даже находятся у власти. Без какого-либо государственного давления в странах Запада продолжало выходить в 70—80-е годы множество книг и журналов, пропагандирующих разные направления марксистской и социалистической мысли. Сходная ситуация сохранялась на Западе в конце XX и в начале XXI веков. Но в самой России многое происходило иначе.
Я уже писал выше о том потоке критики, который обрушился на учение К. Маркса и Ф. Энгельса еще в СССР в 1990–1991 гг. Эта критика не переставала звучать достаточно громко и в последующие годы. При этом в качестве наиболее воинственных противников марксизма у нас выступали обычно его недавние пропагандисты и апологеты. Я еще буду не раз цитировать на этот счет статьи и очерки бывшего члена Политбюро Александра Яковлева. Одним из первых с огульной критикой марксизма выступил недавний работник из аппарата ЦК КПСС Александр Ципко, который находил, что учение Маркса не просто противоречило логике, но научно несостоятельно и морально опасно. По утверждению А. Ципко, Маркс «не сводит концы с концами не только в частностях, но и в главном – в понимании истории и механизмов ее развития. Материалистические и идеалистические истоки его учения так и не смогли соединиться в нечто целостное». «Марксизм нельзя назвать даже научной гипотезой». «Маркс встал на путь нигилистического отрицания всех социальных институтов и механизмов гражданского общества, всего того, на чем держались и до сих пор держится человеческая цивилизация»[101].
Эти оценки одной из наиболее глубоких и плодотворных научных доктрин XIX века неудобно даже опровергать, настолько они огульны, поверхностны и ничем не обоснованы.
Еще грубее и даже, можно сказать, вульгарнее были отзывы о марксизме разного рода деятелей культуры и искусства. «Почему и за что мы так сильно полюбили Карла Маркса? – восклицал известный режиссер Марк Захаров. – Ведь научный итог раздумий этого недоучившегося германского маргинала обращен к бомжам, люмпенам, отщепенцам, наконец, просто к бездельникам и подонкам, не сделавшим за всю жизнь ничего такого, что можно было бы полюбить и с чем было бы жаль расставаться»[102].
Бомжами, подонками и бездельниками Марк Захаров считает, так мы видим, европейских пролетариев XIX века, к которым обращал свой знаменитый призыв К. Маркс. Гордившаяся своей объективностью «Независимая газета», опубликовала на своих страницах серию статей Е. Майбурда, в которых крайнее невежество сочеталось с патологической ненавистью к Марксу и к марксизму. Этот автор заканчивал свое «исследование» такими словами:
«Чтобы сделать привлекательным призрак потребовалось сотворить ужасающий призрак. Маркс выдумал его – описанный в “Капитале” – капиталистический способ производства. Поэтому “Капитал” – не научная монография это чудовищно гипертрофированная поджигательская листовка»[103].
Конечно, и в западных странах было много критики в адрес марксизма но она, как правило, сочеталась с вниманием и уважением к достижениям К. Маркса и Ф. Энгельса. В библиотеки Лондона, Вашингтона и Нью-Йорка в 80—90-е годы ежегодно поступало более сотни наименований литературы о Марксе и марксизме, принадлежащих авторам с различными политическими симпатиями. Особенно много книг о жизни Маркса и Энгельса и их учении издавалось и переиздавалось в ФРГ. «Все мы стоим на плечах Карла Маркса», – заявил еще 50 лет назад один из известных немецких ученых. В последние несколько лет в России были переведены и изданы наиболее известные произведения западных критиков марксизма и социализма – в том числе и периода 20—30-х и 40—50-х годов. Это полезное для всех нас чтение, оно знакомит с неизвестными ранее советским ученым течениями западной общественной мысли.
Далеко не все в этих книгах звучит убедительно, но в них нет и следа того ожесточенного невежества, которое так характерно для большинства российских критиков марксизма. Английский философ Карл Поппер, один из наиболее авторитетных противников марксизма, писал однажды немецкому философу Рудольфу Карнапу, также известному своей полемикой с Марксом: «Моя книга содержит критику Маркса. Нам не нужна великая система социальной философии. Я критикую Маркса внимательно и обстоятельно. Скажу лишь, что, несмотря на мою критическую установку,
