Жестокий трон - Кения Райт
Дальше пространство раскрывалось в подобие импровизированного военного лагеря, живого и целеустремленного, несмотря на напряжение, которое теперь густо висело в воздухе.
Группы мужчин кучковались вокруг низких столиков, затачивая ножи и мечи. Другая группа сидела на полу, скрестив ноги, и что-то бормотала отрывистыми голосами. Еще несколько человек отрабатывали боевые стойки в самом конце шатра.
Но больше всего мое внимание привлекла группа из пяти мужчин, стоявших всего в двадцати футах от меня, сгрудившихся возле доски, утыканной фотографиями.
Какого же блять хрена?
У меня перехватило дыхание, когда я узнала, кто был на этих снимках.
Это были я, Джо, Хлоя, Тин-Тин и Лэй. Каждое фото было вдавлено в доску, словно какой-то извращенный алтарь моей жизни, всего, за что я боролась.
Нет. Хуй там. Они что, собирались убить моих сестер или что-то в этом духе?
Этой мотивации мне было достаточно.
К этому моменту все глаза уже впились в меня, и выражения лиц изменились от любопытства к чему-то куда более темному.
Сердце ревело в груди.
Обжигающий адреналин хлынул по моему телу таким бешеным потоком, что в глазах зазвенело.
Вот оно. Больше никаких сомнений.
За столом кто-то пошевелился.
Я сосредоточила взгляд на нем.
Этот здоровяк за столом — высокий, жилистый мужчина со шрамом, тянувшимся от виска до самой челюсти, — склонил голову набок, и на его лице появилась улыбка, которая так и не добралась до глаз.
Затем он перевел взгляд на сумку в моих руках и снова встретился со мной своими холодными глазами, как у хищника.
Ага. Этот бы точно убил меня, если бы получил шанс.
Ожидание потрескивало в воздухе.
Я чувствовала, как комната меняется, словно дикое животное затаилось перед прыжком.
Помни, что сказал Лео: целься в тех, кто двинется первым.
Я сжала челюсть.
А если никто ничего не скажет… тогда заставь их говорить.
Я бросила взгляд обратно на доску с фотографиями меня, Лэя и моих сестер. Мужчины возле нее уже смотрели на меня с ненавистью.
Ага. И пошли вы нахуй. Развесили моих сестер там. Как вы вообще достали эти снимки? Нет. Я в это не играю.
Каждая мышца моего тела кричала о разрядке, о действии.
Я прочистила горло и выпрямилась.
Один из мужчин на койках отложил книгу, наклонил голову набок, хрустнул шеей и размял плечи.
Ну что, дружок? Готовишься? Ну иди сюда. Попробуй-ка, и узнаешь, чем все закончится.
Я отстегнула кожаные ремешки на кобурах, чтобы потом без труда выхватить пистолеты.
— Добрый вечер.
Никто не ответил.
— Я Моник. Хозяйка Горы.
Кто-то хмыкнул.
Да, знаю. Звучит по-дурацки. Я вообще только час назад начала превращаться в монстра. Так что дайте мне скидку.
Я поставила сумку на пол.
— Насколько я понимаю, раньше вы служили Янь, но теперь…
Мужчина снова хрустнул шеей и поднялся с кровати.
Я посмотрела прямо на него.
— Теперь вы служите мне.
Один из тех, что стояли у доски с фотографиями, выкрикнул:
— Никогда, чужачка!
Не дрогнув, я рванула застежку и вывалила содержимое.
Ткань сумки осела, и ее жуткий груз выпал наружу один за другим.
Головы покатились по полу. На их застывших лицах отпечатались уродливые маски ужаса. Глаза смотрели в пустоту.
Кровь быстро разливалась, расползаясь багровой волной, впитываясь в щели пола и оставляя алые потеки, словно мрачные мазки кисти. Ее было так много, что она добралась до краев сапог и коек, вызывая у мужчин вскрики и заставляя их отшатываться.
Медный запах наполнил шатер.
Лица некоторых побледнели, когда до них, вероятно, дошло. Они узнали эти лица своих товарищей, боевых братьев, мужчин, с которыми сражались плечом к плечу и вместе смеялись. Если верить Лео, эти люди и впрямь были монстрами… и, может быть, даже среди них находились те, кто боялся собственных «товарищей».
А теперь они лежали растерзанные и оскверненные на полу.
И выглядело это так, словно я сама прикончила их одного за другим, отрубила головы и принесла их сюда, на гору.
Я должна была признать. Лео оказался прав. Это была иллюзия, и весьма убедительная.
Ладно. С этим покончено. У меня нет острого словца… блять… я едва сдерживаю рвоту. Это мерзко.
Тем временем тишина перекручивалась во что-то острое, рваное.
Слишком многие все еще не могли прийти в себя от зрелища голов.
И что теперь?
Я выпрямилась, позволяя хаосу закипеть и нарастать. Сердце билось ровным гулом в груди. Каждая голова была посланием, и каждый мужчина здесь это понимал.
Хорошо. Давайте покончим с этим… как-нибудь…
Я встретилась взглядом с мужчиной, стоявшим ближе всего к доске с фотографиями.
— Твоя очередь! Иди сюда, попробуй взять меня!
На секунду в воздухе остался только тяжелый звук дыхания, пауза перед бурей. А затем взорвался хаос.
— Убейте ее! — взревел один из мужчин.
Блять.
Мои руки уже лежали на пистолетах, но я пока не выхватывала их.
Пятеро у доски кинулись в мою сторону.
Иисус Христос, да они пиздец какие БЫСТРЫЕ!
Еще больше адреналина хлынуло по моим жилам. Я выдернула оружие.
Пятерка сокращала расстояние так стремительно, что я едва не бросилась вон оттуда. Когда до них оставалось футов шесть, я выстрелила первой.
Пуля пробила плечо ближайшего ко мне.
Он пошатнулся.
Кровь брызнула дугой, окатив лица стоявших рядом.
Двое кинулись прямо на меня. В панике я рванула к столу с маджонгом5.
Один перевернул стол и бросился ко мне.
Я выстрелила в него дважды и промахнулась.
Фишки и дерево разлетелись щепками.
Потом я снова выстрелила, и попала ему в лоб. Он рухнул на пол.
Несколько мужчин закричали что-то, чего я не поняла.
Кто-то схватил меня за плечо и швырнул на землю.
— Ах! — я ударилась о жесткий пол, но пистолеты не выпали из моих рук. Я нажала на курок, даже не видя, в кого стреляю.
В ответ раздались сдавленные вопли, и три тела с глухим стуком рухнули рядом.
Должно быть, я попала в них.
Я не стала ждать, чтобы увидеть, кто это был и кто еще двигался ко мне. Вместо этого я оттолкнулась, перекатилась назад, вскочила и рванула вперед.
Впереди стояла пустая койка. И вдруг ебаный кинжал просвистел прямо у моего лица, едва не отрезав нос.
ГОСПОДИ!
Я выстрелила в том направлении, целясь в грудь.
Еще двое рухнули наземь.
Это же будет невозможно!
Слева на меня налетел мужчина с изогнутым мечом и замахнулся. Я выстрелила ему в пах и бросилась дальше, уловив лишь его вопли ужаса.
Что-то полоснуло по щеке. Я резко




