Игра в притворство - Оливия Хейл

— Он стратег. Он смотрит вперед, и он…

— Я сама предложила ему жениться на мне, — говорю я.

На другом конце полная тишина. Один удар сердца, два...

— Что он сказал?

Я не хочу делиться этим с братом. Не когда мы не говорили об этом с тех пор, как это случилось, не когда неуверенность мешает думать.

— Мы работаем над этим, — говорю я вместо этого.

Раф делает глубокий вдох.

— Он сказал, что это длится больше месяца. В Коста-Рике вы притворялись... не более чем друзьями.

— Да. — мой пульс учащен. Мне не нравится этот разговор. Но я не собираюсь убегать от него. — Потому что он боялся твоей реакции. И я тоже.

Голос Рафа становится низким.

— Я попросил его присмотреть за тобой. Я доверял ему, а он.

— Что сделал? Сделал меня счастливой? — я зажмуриваюсь. — Единственная причина, по которой ты так реагируешь, это то, что ты все еще видишь во мне младшую сестру, которой нужна защита. А не человека, способного принимать собственные решения. И ты относился ко мне так годами. Сколько я себя помню. После того как мы потеряли Этьена, и ты уехал в Бельмонт... Все изменилось. Мы изменились.

— Это неправда.

— Разве нет?

— Ты моя ответственность, Нора. — голос Рейфа напряжен. — Уайлд хотел нацелиться на меня, но использовал для этого тебя. Ты знаешь, как это злит меня? Тебе пришлось бояться только из-за меня.

— Я не злюсь на тебя за это, — говорю я.

— Что ж, я злюсь. Достаточно за нас обоих, — говорит он. — А теперь Вест и ты? Выйти за него? Ты была под таким стрессом последние месяцы, и твой показ мод, и сталкер...

Я несколько раз моргаю и понимаю, что зрение подергивается пеленой. Я всегда плачу, когда злюсь, и ненавижу это. Предательские слезы.

— Помнишь, когда ты сказал, что Показ Мод — это ерунда? — я делаю паузу, сглатывая ком, образовавшийся в горле. — Но я хочу сделать это без твоей помощи. Потому что я действительно хороша в этом. Потому что у меня есть талант и умение, а не из-за ресурсов нашей семьи.

— Я всегда думал, что у тебя есть умение.

Это признание бьет сильнее, чем я ожидала. Горло сжимается, и я говорю.

— Так не ощущалось.

— Разве нет?

— Папа никогда не позволял ошибок. Мама не позволяла никаких, кроме своих. А ты — ты никогда не ошибался. Это делало таким трудным пробовать новое. Нормально относиться к неудачам. Смириться с тем, что не соответствуешь тому человеку, которым вы все хотели меня видеть.

— Нора, — бормочет мой брат на другом конце. — Ты никогда не говорила ничего из этого раньше. Ничто из этого не является правдой.

Я смотрю на красивое весеннее небо.

— Мне нравится Вест. Он мне очень нравится. Что бы ни случилось, я не буду сожалеть. Ни о чем, что произошло между нами. И ты можешь либо относиться ко мне, как к взрослой, и верить мне, когда я это говорю... либо игнорировать то, что я думаю, чтобы продолжать злиться на Веста за то, что он нарушил правило, которое вы все установили назад в Бельмонте.

— Он рассказал тебе об этом? О... Эмбер?

— Да. Ну, частично. Раф, ты ударил мужчину, с которым я встречаюсь, вместо того чтобы поговорить со мной.

— Он мой давний друг. — его голос внезапно звучит устало, и намного старше его двадцати девяти. — Я доверял ему, а он скрыл это от меня.

— Это я первая дала ему знаки, — говорю я.

— Конечно. Он всегда следил за тобой слишком пристально, — бормочет Раф.

Мне нечего на это сказать. Я делаю глубокий вдох.

— Мне не нравится чувство, что я разочаровываю тебя, но я не отступлю. Это моя жизнь, и я не могу жить ее по условиям других людей.

Он молчит несколько долгих секунд.

— Так ты не хочешь, чтобы я приехал за тобой?

Я слегка смеюсь.

— Нет, мне и здесь хорошо.

— Фэйрхейвен — прекрасный дом.

— Это действительно так, — говорю я. — И не позволяй этому разрушить твои отношения, с Вестом хорошо? Никто здесь не виноват.

— Возможно, — говорит он, и я знаю, что это лучшее, чего мне добиться.

— Поговорим позже. Пока, Раф.

— Пока, — мягко говорит он, и я кладу трубку.

После этого мне требуется много времени, чтобы расслабиться. Я сижу у океана, рядом с лодочным домиком, и смотрю, как накатывают волны. В открытой воде проплывает одинокий парусник, и я дышу глубоко.

Позволяю воздуху наполнять меня. Надвигаются тучи, тяжелые и темные, и в воздухе пахнет дождем. Начинается весенняя буря, и я вдыхаю все это.

Я не та, кем была, когда приехала сюда.

И я не собираюсь ждать, пока Вест откроется мне. Не собираюсь сидеть смирно в углу и дарить ему милые улыбки. Я поворачиваю браслет, чувствую гравировку на своей коже.

Я не сомневаюсь, что он хочет меня. Что это больше, чем удобное решение, что здесь есть что-то настоящее. Я вижу это, и чувствую, и никогда ни в чем не была так уверена.

Но мне придется заставить его признать это. Мне придется немного разозлиться. И я собираюсь использовать навыки, которые он помог мне отточить.

Когда я звоню Эмбер, она отвечает на пятом гудке.

— Ты оправилась от похмелья после вечеринки? Потому что, клянусь богом, у меня на это ушло три полных дня.

— Как раз вовремя для следующего, — говорю я. — Хочешь куда-нибудь сходить сегодня? Хочется потанцевать.

— Абсолютно, хочу. Дай угадаю. Мой брат?

— В последнее время он меня раздражает.

— Иногда он такой. — я слышу улыбку в ее голосе. — Я заеду за тобой. Берем твоих охранников?

— Да.

— Буду в восемь.

Глава 59

ВЕСТ

Я распахиваю двустворчатые двери Фэйрхейвена. Только что начался дождь. Теплые, тяжелые капли бьют по крыше, но станет еще хуже. Классический весенний ливень.

Мне нужно переодеться, и затем я возвращаюсь туда, где Бен Уайлд устраивает свою вечеринку. Нора сказала, что не хочет с ним сталкиваться, и я не хочу, чтобы она была где-то рядом с ним, так что мне это идеально подходит.

Не могу дождаться, чтобы увидеть его самодовольную рожу.

Высокий женский смех доносится из гостиной. За ним следует стук каблуков, и моя сестра выходит в прихожую. За ней следом следует Нора, они обе улыбаются.

Эмбер замирает, увидев меня.

— Ой-ой, — говорит она и смотрит на свой бокал с вином. — Это абсолютно не один из твоих выдержанных вин. Обещаю.

Я не могу оторвать глаз от Норы. Она что-то сделала