Последний призыв - Лисса Рин

– Нет, ты что! Совсем нет! – замахала руками Листера. – Она абсолютно точно не одержима.

– Будь это так, я бы уже заметил. – В голосе Андора послышалось сожаление. – И определенно не сидел бы сложа руки в ожидании, когда же Листа решится озвучить очевидные факты.

– Какие еще факты? – устало спросила Листера, пытаясь как можно незаметнее прислониться к подоконнику.

– Ну, во-первых, – принялся загибать пальцы Андор, – первоклассное проклятие, на которое способен высокоранговый демон.

– То, что я не смогла определить помор, вовсе не делает его первоклассным.

– Во-вторых, – уверенно напирал Андор, – меморий с твоим именем, о котором знает только твоя Покровительница, потому что она же тебя и нарекла.

– И совершенно не обязана хранить это в тайне, – отмахнулась Листера, взгляд которой все чаще скользил по стульям, столам и другим пригодным для сидения поверхностям.

– И, наконец, факт свершившегося призыва именно тебя именно в эту семью с именно таким сложным проклятием. Только не говори, что все это лишь совпадения.

– Совпадения, притянутые за рога. В конце концов, ты сам сказал, что не обнаружил ни ее эфира, ни Крифты.

– То, что мы не обнаружили Крифту, вовсе не значит, что контракта не было.

– Крифта? – снова вмешался Торен, крайне недовольный тем, что перестал улавливать суть беседы еще с «Покровительницы».

– Артефакт, который содержит в себе подтверждение заключенного контракта между смертным и предвечным, – пояснила Листера и вынула из кармана толстовки ангелочка. – Эта вещь явно содержит в себе следы инфернального воздействия. Но чье именно воздействие, я понять так и не смогла.

– Как и я. – В голосе Андора отчетливо послышались недовольные нотки уязвленного самолюбия. – Что снова возвращает нас к выводам о причастности высокорангового демона, способного скрыть свой эфир даже от цербера.

– Кто бы это ни был, – кивнула Листера, сжав ангелочка в ладонях, – этот предвечный очень силен.

– В этом я с тобой полностью согласен, – улыбнулся довольный Андор. – Рад, что ты все-таки осознаешь, с кем можешь столкнуться. Но в таком случае, – он приблизился к Листере, – возникает другая проблема.

Она тихо заскрежетала зубами и повернулась к Андору:

– Какая еще проблема?

– Я – твоя проблема, Листа. Твой эфир на пределе и…

– Нет, Андор, он – моя проблема. – Раздраженная донельзя Листера махнула рукой в сторону Торена, – А ты – неожиданный, как прошлогодний сувенир, и скоропостижный, как геморрой, катаклизм.

Андор скривился и повернулся к Торену.

– Я так понимаю, это мне тоже лучше не уточнять?

Прикрыв губы рукой, Торен утвердительно кивнул и поспешил отвернуться.

– Понятно, – недовольно процедил Андор, но решил сосредоточиться на более насущном вопросе. – Состояние твоего эфира оставляет желать лучшего, Листа. Тебе нужно поесть. – Андор вдруг повернулся к Торену. – Не желаешь помочь?

– Андор! – В голосе Листеры лязгнуло предупреждение.

– А почему нет? – искренне поинтересовался Андор, приближаясь к застывшему в недоумении Торену. – Ради его же сестры стараемся.

– Вало Беард! – Предупреждение приобрело оттенок угрозы.

– Ей ведь не нужно много. – Андор, казалось, не слышал. Его хвост, словно живой хлыст, обвил шею Торена. – Считаю, что за все те испытания, которые ты обрушил на голову Листе, ты просто обязан накормить ее.

– Я не против.

Андор и Листера застыли, а затем, удивленно переглянувшись, дружно уставились на мрачного Торена.

– Я не возражаю, Листа, – уверенно повторил парень, расстегнул три верхние пуговицы рубахи и благосклонно оттянул воротник. – Если тебе это действительно нужно…

– Да ты… Ты совсем уже? – Казалось, Листера сдерживалась из последних сил, чтобы не выругаться на нерадивого смертного. – Ты бы еще соломинку вставил! Совсем мозги остыли?

– Видишь, он сам этого хочет. – В издевке Андора причудливо смешались крайнее изумление и искреннее уважение.

Цербер даже убрал хвост, предоставив Торену полную свободу действий.

– Зато я не хочу! – рявкнула Листера, рубанув воздух рукой. По палате пронесся ветер, от которого задребезжали стекла. – Меня тошнит от твоего эфира, ясно? – Она коснулась своей груди ладонью и с силой сжала руку в кулак, смяв под пальцами толстовку. Затем подняла пылающий взгляд: – Если честно, от вас обоих уже тошнит.

И исчезла во мраке.

Парни ошеломленно переглянулись, но тут же отвернулись в разные стороны. Первым пришел в себя Андор.

– Не понимаю, – сипло произнес он в пустоту. – Что же в тебе такого особенного, что она так привязалась?

– Думаю, я тут вообще ни при чем, – тихо ответил Торен и посмотрел на Мелис. – Похоже, между ними чуть больше общего, чем я думал. А как насчет тебя, Андор? – Он кивнул церберу. – Почему ты все еще здесь?

Андор скрестил руки на груди и мрачно уставился на Торена.

– Что ты имеешь в виду?

Торен кашлянул в кулак и присел на краешек стула у кровати сестры.

– Ты ведь не просто так все это время возле нее трешься.

– Я здесь для того, чтобы найти нарушителя заветов, понятно? – отрезал Андор, сверля взглядом спину Торена.

– Тогда почему ты медлишь? – спокойно осведомился он, будто только и ждал этого вопроса. – Ты с самого начала мог разорвать все ее привязки и забрать с собой в Хейм. Тебе же наплевать на нас, смертных, не так ли? – с вызовом бросил Торен, развернувшись.

– Именно, – подтвердил сбитый с толку Андор.

– Но тебе не наплевать, что думает она. И тебе абсолютно не все равно, где она сейчас и что с ней, верно? – тихо спросил Торен и снова повернулся к сестре. – Вот поэтому я спрашиваю тебя: почему ты все еще здесь?

Андор не ответил.

– Мы еще не закончили, смертный.

– Как скажешь, – устало вздохнул Торен и закрыл глаза. – Просто помоги ей.

Глава 17

Достали! Что взывающий, что цербер – оба меня окончательно и намертво достали! Один слишком самоуверен и себялюбив, чтобы проникнуться всей серьезностью ситуации, а второму как раз этой уверенности и не достает, чтобы наконец-то решиться на… А, собственно, на что решиться-то? На довольно сомнительную авантюру, предложенную бездушным предвечным? Одну ошибку он уже совершил, позвав этого самого предвечного. Разумеется, теперь он и шагу лишнего не ступит, пока не убедится в полной безопасности для сестры. Вот только времени на пробные шаги у него почти не осталось. И я это прекрасно ощущала, находясь рядом с дремлющей Мелис. Ее рваный, слабо пульсирующий эфир все больше покрывался зловещими темно-серыми моровыми зазубринами, сковывающими, сжимающими в удушающих объятиях едва теплящуюся жизнь все сильнее. И я практически уверена, что мой вырвавшийся из-под контроля эфир в момент неудачного перехода через Покров оказал сильнейшее вредоносное воздействие, став для Мелис той самой последней каплей яда.

Да, я была крайне зла на Андора.