Последний призыв - Лисса Рин
Взывающая замерла, зато Амелия кивнула и, наконец-то опустив руку, встала рядом со мной. И вовремя: дверь жалобно заскрипела, затем, сорванная с петель особо сильным ударом, влетела в комнату, однако, встретив упругое сопротивление моего эфира, отскочила к стене и с грохотом рухнула на пол. Стекла в комнате задребезжали, за стеной послышались крики и стуки недовольных соседей. Впрочем, никому из присутствующих до них не было никакого дела – в комнату ворвалось яростно рычащее грузное тело, почти полностью облепленное бесами, намертво впившимися в рваный и до предела истончившийся эфир смертного.
Жуткое зрелище, хочу заметить.
– Поэтому меня снова сюда дернули? – Я небрежно кивнула на смертного, с которым имела неудовольствие познакомиться в первый свой призыв. И опыт был, прямо скажем, очень болезненным.
– Я больше не могу его… нужно что-то сделать, – прижимая ладони к груди, отчаянно шептала моя взывающая. – Он же совсем…
Неуправляемый? Ну еще бы!
В нос ударил едкий серный смрад, и я поспешила прикрыть лицо ладонью.
– Давно он в таком состоянии? – присвистнула я, всматриваясь в рваный мрак на плечах смертного.
– С учетом изменений в эфире – где-то три месяца, – со знанием дела ответила Амелия, не сводя испуганных глаз с тяжело дышащего, бледного до синевы смертного. – Но отец, как выяснилось, до выпивки год баловался магией и призывами.
Что ж, теперь хотя бы понятно, почему это убогое существо в прошлую нашу встречу сумело меня коснуться: в глубоких провалах мужских глаз алчно блестели огоньки того, кто, завладев телом, полностью подчинил волю хозяина этой квартиры себе.
– Вот они где, мои девочки, – пророкотал смертный, сфокусировав свои налитые кровью глазки на Амелии, и тяжелой поступью медленно двинулся прямо на нас.
– Отис, прошу. – Милдред попыталась выйти вперед, но я не позволила, выставив перед ней руку.
– Плохо дело, – сквозь зубы процедила я, пытаясь быстро сообразить, к чему стоит приступить в первую очередь. – Амелия, что с изгоном? Подготовила?
– Да, но… Я не уверена, что все сделала правильно, – робко призналась она и бросила на меня виноватый взгляд.
– Ну вот сейчас и проверим, – хмыкнула я, хотя делать этого не хотелось категорически. И вовсе не потому, что я не доверяла смертным. А потому, что ее творение для меня, обессиленной и едва стоящей на ногах, было единственным возможным выходом из сложившейся критической ситуации.
А я терпеть не могла чувствовать себя загнанной в угол.
– Зачем же ты прячешься от меня, доченька? – пророкотал Отис, мерзко ухмыльнувшись, и подступил еще ближе.
Время для раздумий закончилось – нужно было немедленно что-то предпринять.
– А ты себя в зеркале вообще видел, папенька? – с вызовом встряла я, вглядываясь в длиннющие когтистые лапы, в два слоя обвившие толстую бычью шею смертного. Что-то мне подсказывало, что начинать следовало с этого предвечного, который вел. – Кто тебе позволил, бес?
Смертный остановился и потоптался в нерешительности на месте. Жуткие огоньки в глазах Отиса на время погасли.
– А тебе какое дело? – гадко ухмыльнувшись, прошипел предвечный устами смертного. Я цокнула языком: крепко присосался. Я почти уверена, что на коже Отиса уже образовалась бесовская стигма, через которую предвечный наверняка управляет этим телом. И если найти эту стигму и садануть по ней легким помором, то это наверняка вернет сознание смертному, ослабив самого беса. – Тоже хочешь кусочек?
– Я бы с радостью, – притворно развела я руками, – но мне тут один цербер недавно посоветовал перейти на полезное питание. А эти чистильщики, сам знаешь какие – два раза кол не забивают. – Я сузила глаза, с удовольствием созерцая скривившегося, словно от распятия, беса.
– Ты под надзором цербера? – недоверчиво уточнил бес, у которого прыти и алчности от моего заявления явно поубавилось.
Это открытие явно застало его врасплох: он даже убрал с шеи смертного когти. Взгляд Отиса прояснился, и он растерянно повертел головой по сторонам.
– Я тебе больше скажу – я сбежала от него, – доверительно сообщила я, внимательно следя за каждым движением предвечного. – Думаю, он скоро заявится, так что здесь никому из нас лучше не оставаться.
Бес ничего не ответил, злобно сверля меня черными бусинами глаз.
– Приготовь воду, – шепнула я Амелии и заслонила ее, встав на изготовку.
– Ну так что, пойдем? – снова обратилась я к бесу, не особо рассчитывая на успех: слишком уж много эфира вкусил он, чтобы вот так запросто взять и оставить лакомый кусочек.
Впрочем, я как раз успела подготовиться.
– Ты можешь идти, – великодушно позволил предвечный и алчно облизнулся. – А с ними я успею разобраться до прихода цепного.
Я закусила губу и сжала руки в кулаки.
– Э-э, нет, ясноглазый, так дело не пойдет. – По моим рукам скользнули черные нити моровой паутины. – Они со мной.
– Тогда ты будешь первой! – рявкнул бес и, распахнув пошире гнилую пасть, прыгнул прямо на меня.
Я резко рубанула руками воздух, и беса мгновенно подхватила вылетевшая из стенных трещин паутина, а затем, нежно укутав его эфир в ядовитые объятия, пригвоздила к стене. По щеке скользнула острая боль.
– Моровая инферия! – не то возмущенно, не то восторженно отозвался бес.
– Она самая, – кивнула я и скрестила руки. По коже черными бороздами поползла ядовитая паутина помора. – Так что, если хочешь до них добраться, придется пройти через меня.
Ведущий бес, опалив меня злым взглядом, склонил голову и издал мерзкий горловой звук. Словно подчиняясь безмолвному приказу, остальные бесы, которые до этого гроздьями висели на смертном, рванули прямо на нас.
Милдред испуганно вскрикнула, но Амелия не растерялась: шагнув вперед, быстрым и точным росчерком руки щедро плеснула на приблизившихся предвечных освященной водой. Первые бесовские сгустки, на которые попала жидкость, дико заверещали, завертелись и, слепо мотая дымящимися мордами, бросились врассыпную. Двух оставшихся, что оказались попроворнее да поумнее, я подхватила паутиной и швырнула в подготовленную Амелией изгоняющую печать. Но бесы, которые должны были провалиться в Переход, врезались в стену и гулким градом осыпались на пол.
Я упала на колено, с трудом удержав равновесие: сил катастрофически не хватало.
– Не сработало, – сплюнула я, с трудом поднявшись, и неуклюже привалилась к стене.
– Я сейчас. Сейчас все поправлю! – в панике закричала
