Лекарка. Призрачная тайна - 3 - Елена Кароль
– Всё верно, - кивнула, уже давно вернувшись на свой стул. - Мой жених - светлый княжич Константин Волконский. Он служит на седьмой Рязанской заставе.
Даже не думая рассказывать о том, где и когда мы встретились, а ещё то, что в основе предстоящего брака лежит не договор, а любовь, я сомкнула губы и достаточно строго глянула на майора, чтобы он понял - ни словечка лишнего от меня не услышит. Тем более это не по теме встречи!
– Наслышан, - вдруг уважительно произнёс майор. - Ваш жених - настоящий герой отчизны. Но, может… Вы знаете, в каких отношениях он был с Алексеем Нарышкиным?
– Нет. Совсем нет. Никогда об этом не говорили.
– Что ж… Мне всё ясно. Благодарю за уделенное время, Елизавета Андреевна. Пожалуйста, не уезжайте из города в ближайшее время, у меня могут появиться новые вопросы по делу.
– Я живу в пригороде, - сочла нужным предупредить. - У меня квартира в Вишнёвке.
– Допустимо, - кивнул Тышкевич. - Можете быть свободны, ваш телефон у меня имеется.
Стараясь не показывать того, как рада завершившемуся допросу, я поспешила покинуть кабинет и сразу прошла в гостиную, где с некоторым удивлением увидела отца, который беседовал с Юрием. Правда, стоило мне войти, как мужчины прервались и отец поспешил подойти ко мне, обеспокоенно интересуясь:
– Ну что? Не сильно тебя тиранил этот московский клещ?
Озадаченно сморгнув, даже хмыкнула и бросила пытливый взгляд на Юрия.
– Это за что ты его так? Следователь, как следователь. Дотошный, не отнять, но не обзываться же.
– Извини, милая, волнуюсь, - напряженно улыбнулся отец и вдруг улыбнулся чуть шире. - А Катюше уже лучше. Вот только десять минут назад Геннадий отзванивался, уже в себя приходила. Если бы кто другой сказал, никогда бы не поверил. Бывают же чудеса на свете?
– Бывают, - кивнула ему и крепко обняла, чувствуя, что он тоже меня именно обнимает, а не отстраняется. - Всё будет хорошо, пап. Просто верь. Но ей, наверное, лучше там подольше полежать, да? Пока эта шумиха не стихнет. И психолога хорошего ей найдите. И мама пусть лучше в усадьбе побудет с малышами, всё меньше волнений.
– Да-да, - покивал отец, в кои веки соглашаясь со мной по всем пунктам. - Сам уже обо всем этом думал. А ты… Как? Может, тоже в усадьбу?
И так неоднозначно глянул, что моя улыбка чуть потускнела, но всё же не до конца.
– Нет, пап. Не волнуйся за меня. Я себя в обиду не дам, да и Юрий не позволит. А уж Костя и подавно. А что за журналистка была? Не знаешь часом?
– Фамилию не скажу, - нахмурился отец, - матушка твоя не сумела запомнить. Только и могла сказать, что рыжая, да наглая не по годам. Профурсетка в миниюбке. Тьфу! И к ответственности-то не привлечь, я уже с Самуилом Рафьевичем проконсультировался. Толку не будет, а вот шум может подняться знатный, нам он сейчас ни к чему. А газета называется “Рязанский вестник”. Ты чего удумала?
– Ничего, - улыбнулась ему чуть шире. - Абсолютно ничего. Не волнуйся, пап. Всё будет хорошо. Мы, наверное, поедем. Нам с Юрой ещё в одно место заехать надо, а потом домой. Вечереет уже, да и погода не ахти. Вы там… держитесь с мамой. Звоните. И не только с плохими вестями, хорошо?
Немного неловко улыбнувшись, отец заверил меня, что семья на то и семья, чтобы быть рядом не только в радости, но и в другие моменты, после чего мы с ним снова обнялись, а с Юрой поспешили в машину.
Уже заведя авто, Одинцов произнёс:
– С товарищем я уже созвонился, нас ждут. Успеем не только доехать, но и выбрать то, что вам самой больше приглянется. И по функционалу, и по деньгам. Насчет журналистки… Знаю, о ком речь идет. Журавлева Анфиса Анатольевна. Та ещё беспринципная хамка. Молодая, да борзая, как сейчас в народе принято говорить. Полюбовница главного редактора, а он, говорят, какой-то дальний родич князей Салтыковых, так что Нарышкины ему не указ. Вот такой расклад, Лизавет Андревна. Что думаете с этим делать?
– Я? - удивилась, но чуть напоказ, и Юра это прекрасно расслышал, тонко усмехнувшись. - Ничего. А вы что предлагаете?
– Как-то вот даже и не знаю, - снова усмехнулся мужчина, бросая на меня пытливый прищур в зеркало. - Девицу давно проучить надо, да всё возможностей нет. С одной стороны, именно такие пронырливые и беспринципные и раскапывают всё самое тухлое, давно наружу просящееся, но с вашими родными нехорошо получилось, вот тут я полностью согласен. Но вы же не будете Лекарку на неё натравливать?
– Натравливать? - Я даже возмутилась. - Юрий, Лекарка не цепная псина, чтобы её на кого-то натравливать! Вообще-то у неё своё разумение есть. И принципы, и чаяния!
– Извините, - поморщился Одинцов. - Неверно высказался. Но вы ведь поняли, о чем я. Самим вам в это всё действительно не резон лезть, а вот если призраки слегка шуганут эту фифу…
– То не сделаем ли мы хуже? - продолжила развивать его мысль. Подумала ещё немного и уверенно кивнула. - Мне нужно с ней встретиться. Просто встретиться и поговорить. Как её найти?
– Ох, не советовал бы, - поморщился бывший опер. - Беспринципная девка. Любое слово наизнанку вывернуть может. Предложите денег - будет вопить о подкупе, решите припугнуть - заявит об угрозах.
– Ничего такого я делать не буду, - качнула головой. - Мы просто поговорим. Так сказать, эксклюзивное интервью из первых рук. И кое-какая затравка на будущее. Как думаете, будет ли барышня более сговорчивой, если я пообещаю ей эксклюзив о Лекарке?
– Хм-м…
Задумавшись на добрые пять минут, под конец Одинцов ухмыльнулся.
– А ведь может сработать. Таких людей хлебом не корми, дай сенсацию пощупать. Но вы уверены, что Лекарке понравится ваша инициатива? Может, сначала с ней это обсудить?
– Обязательно. Не волнуйтесь, я не собираюсь делать что-то, что ей точно не понравится. Статьи о ней уже выходят и будут выходить, а так мы лишь расскажем людям чуть больше правды.
– Ну, если так… - Подумав ещё, Юра аккуратно уточнил: - А как так вышло, что о ней знаете лишь вы, но не ваши родственники?
