След Чайки - Броня Сопилка
– Нет. Я пока хочу об этом подумать.
Я покачал головой, в общем-то понимая, как ей трудно, и постарался сменить направление мыслей, чтобы не тревожить её своими домыслами. Всё-таки – это её мир, и она в нем лучше разберется.
Сменить направление мыслей оказалось не сложно – вокруг было столько всего интересного, что глаза разбегались. Я впервые видел столько элькаров за раз, они были самыми разными, и по цвету, и по форме, иногда даже возникал вопрос, как «это» вообще может двигаться и не рассыпаться по дороге. Некоторые проносились по воздуху, и я, прижавшись к стеклу носом, разглядывал их, прикидывая, насколько они должны быть дороже обычных наземных каров и сколько на них нужно Линкиных монеток. Потом меня вдруг осенило:
«Погоди, твои спецродственники очень крепко взялись за Латику. А пэйкарту её как-то вычислить они не могут?»
– Если постараются, то могут, пожалуй.
«И стоит ли ею расплачиваться?»
– Думаю, не стоит, – по её спокойствию я понял, что она и не собиралась этого делать.
«А как же?»
– Придется внушать, – Лина упрямо поджала губы. И стала на миг очень похожа на свою капризную сестрицу.
Я в очередной раз возмутился самоубийственным идеям занозы:
«Тебе просто не терпится отбросить копыта, родная».
– Он внушаемый. Я легко заставила его ехать за нужным каром. А ведь нормальный таксист поостережется ездить за «спецами». Он бы кочевряжился, пока цель не скрылась бы из виду, или затребовал наценку икс десять.
«Это как?»
– В десять раз дороже.
«И ты собираешься ему не платить, безумная?»
– Заставлю забыть обо мне, – с некоторым, не укрывшимся от меня сомнением ответила заноза. Я взялся за голову.
«Ты обещала ему деньги, Лин! Это очень серьезный стимул для самовнушения. Может, он уже уверил себя, что хорошо заработает на тебе. И ты ему не заплатишь?! Да ты ему сниться будешь – и сомневаюсь, что в этом мире отношение к потерянной выгоде иначе, чем в нашем. Ты загнешься, Лин, пытаясь внушить ему, что тебя не было, если выйдешь, не заплатив!»
– Если… – Мурхе задумчиво почесала подбородок, хмыкнула и зарылась в свой двойной рюкзак. – А мы заплатим. Просто немного необычно. Вряд ли нам, конечно, попадется ещё один прохававаный нумизмат, вроде Сержа и дядь-Сёмы, но… повлиять на выбор проще, чем впарить ложь.
Я подумал, что золотой за проезд извозчику – это многовато, но Лина извлекла из глубин своего безразмерного монстра мелкую серебрушку.
«Это, конечно, опасно, но можно попробовать».
Тёмно-зеленый элькар мелькал впереди, и радовало, что этот цвет был вообще редким.
«Слушай, – меня посетила догадка, – а откуда он, – я кивнул на извозчика, – мог знать, что мы гонимся за спецами?»
– На таких карах только они и ездят, – подтвердила мою догадку Лина. – И в чём нам везет, так в том, что этот кар не летает. А может они не летят потому, что Ташку до сих пор укачивает в полёте.
«М-да, – я почесал затылок правой ногой. Потом левой. – А планов с меньшим упованием на авося у тебя не бывает?» – поинтересовался несколько нервно.
– Отчего же, бывает. Но над такими приходится долго сидеть и всё продумывать и учитывать. А нас дико поджимает время.
«Слушай, но с закосом под бродяг, в смысле под людей мира… ты же ещё с ночи на крыше всё придумала?»
– Что? А, нет, конечно, – она рассмеялась, – косички, очки и косынка – это всё, чтобы меня не узнали местные. Я там работала довольно долго и примелькалась. Видок тогда у меня был весьма узнаваемый.
Это да. Золотые глаза и светло-серые, считай, седые волосы для молодой девчонки. Это, в общем-то, даже в нашем мире для немагов – странно. Маги-то извращаются над внешностью, как захотят. Но тут магов нет.
– Ну, наши люди тоже умеют маскироваться, но мне мой образ нравился. Так что я даже волосы не красила, в отличие от мамы. Она же тоже тогда поседела, когда меня чуть не потеряли после встречи с молнией, и после того перепробовала все цвета радуги на волосах. Иногда и одновременно. Ну а меня… меня узнавали всегда, да. Вот и пришлось маскироваться, чтоб за призрак не приняли. А идея, как и у кого добывать пэйкарту, родилась уже в подземном городе. Собственно, именно тогда, когда я заметила ребят.
«М-да, – я снова почесал затылок, на сей раз обеими руками. – А осечки в твоих «планах», – я язвительно выделил это слово, – бывали?»
– Дело в том, что если нет чёткого плана, то и осекаться не в чем. Тут, главное – цель. А путь к ней может быть, каким угодно.
«Знаешь, иногда мне хочется тебя прибить, – проворчал я мысленно. – Ты с таким уверенным видом делаешь глупости, что кажется, будто, в самом деле, всё продумала, но если бы я читал твои мысли – точно прибил бы!»
– Зато с тех пор, как я читаю твои – у меня куда лучше получается подбираться к цели незапланированными путями. Ну что, спорим, что, благодаря тебе, мне удастся заплатить ему без пэйкарты?
«Не хочу я с тобой спорить. Я тебя укусить хочу!»
– Кусай. Я всегда готова к твоим укусам, любимый.
Я сглотнул. Она через мгновение тоже. Эх, заглянуть бы в её голову.
– Да-да, чудовище, мысли у нас сходные. Тоже сны всякие вспоминаю.
«И это я тут чудовище?!»
Хорошо, что мы достигли цели, и наш элькар остановился, в десятке метров от тёмно-зеленого, выгружавшего пассажиров.
– Приехали? – спросила Мурхе очевидное.
– Ага…
– Тридцать пять универсов? – уточнила она цену, опережая извозчика.
Тому осталось лишь согласно кивнуть.
– А вы знаете, что благородные металлы: серебро, платина, золото, надежнее виртуальных денег?
– Конечно, а кто этого не знает? – хмыкнул мужик, почесывая шею.
– Держите монетку номиналом в сто универсов. Серебро.
Извозчик немного неуверенно протянул руку, явно размышляя, что бы такого возразить. Потом придумал и заявил:
– Сдачи не перечислю.
Мурхе прищурилась на миг, затем махнула рукой:
– А и ладно. За риск. Спасибо, – и ослепительно улыбнулась. – Удачи-и, – пропела, выходя из элькара, и прошептала инумбрату.
«И это я – чудовище?» – снова возмутился я.
***
Лина была почти уверена, что в квартире у её вдруг ставшей очень специфической семьи речь велась
