Разрушенная для дракона - Кристина Юрьевна Юраш

Она кивнула и отпустила. Я только сейчас, глядя на обои, заметил, что на символах, видимых только мне, стоят маленькие циферки. Вот, значит, как она вышла…

Я шел и думал, что скажу ему. “Прости, папа!”, — мысленно шептал я. — “Я был дурак! Я… Я не должен был говорить тебе о жизни. Теперь я понимаю, что жизнь без мамы не имеет смысла для тебя. Я это понял, когда встретил ее!”.

Мне хотелось, чтобы в этот момент отец пришел в себя. Чтобы он услышал меня.

Я открыл дверь, видя, что он все еще лежит на кровати.

— Прости меня, - прошептал я, подходя к кровати. И тут я увидел, что отец … мертв. На его губах застыла улыбка. Лицо разгладилось. Веки больше не дрожали.

Пока я смотрел на него ошеломленный, мой взгляд увидел … письмо. Оно лежало в конверте, словно ждало адресата.

Я взял его, развернул и увидел почерк своего учителя.

“Дорогой мой Каэль! Когда ты читаешь это письмо, я уже развоплотился… Да, маги так умеют. Я просто призвал столько магии, что тело не выдержало и сердце мое остановилось. Но я люблю тебя, мой ученик. Прости старика, что я на “ты”. Я знаю, что то, что прочитаешь дальше, заставит тебя ненавидеть меня… Но я считаю, что ты должен знать. Не хочу уносить тайну в могилу. Я хочу, чтобы она осталась в мире живых.

Помнишь, я недавно говорил тебе, что не женился, потому что… моя невеста ушла к другому. Так вот, этой невестой была твоя мама.

Но за неделю до свадьбы ее украл у меня твой отец. Я понимал, кто я, а кто он… Он — король. И я ничто по сравнению с ним. Жалкий маг, который еще даже ничего не достиг в своей жизни. Из бедной семьи.

ЭПИЛОГ

Талисса

Я всё поняла в тот момент, когда он вошел в комнату. И замерла, не зная, что сказать. Где-то далеко незнакомые голоса кричали: «Король умер! Принц Каэль принял власть отца!».

— Он… — прошептала я, вспоминая старого короля. — Он умер?

Сердце замерло, а я встала, ничуть не стесняясь своей наготы. Я не стеснялась ее больше. Я знала, что как только начну стесняться чего-то, его пальцы, его губы, его член напомнят мне о том, что я прекрасная, желанная.

— Да, — улыбнулся Каэль, глядя на меня. Он подошел, проведя рукой по моей щеке. Корона из черного металла сверкала гранями.

— Мне жаль, — прошептала я, погладив его по груди. — Мне так жаль… Я… Я не смогла помочь… Я… слишком поздно сказала… Его… Его можно было бы спасти, если бы я… Я сказала раньше…

Я почувствовала, как меня обняли сильные руки, привлекая к себе.

— Нет, — послышался шепот. — Он хотел умереть. Он потерял ту, которая была для него всем миром… И дракон умирал внутри него. Он рвался к ней. Он хотел найти ее там, на том свете… Потому что там она тоже может быть беззащитной.

От его слов я… Я почувствовала, что плачу.

— И если с тобой что-то случится, — послышался голос. — Я уйду вслед за тобой.

— Почему? — прошептала я, вслушиваясь в биение его сердца.

— Потому что ты моя. Потому что я не смогу бросить тебя даже в смерти, — услышала я шепот. — Потому что даже там, за гранью, я не хочу тебя никому отдавать. Я не позволю тебе остаться одной там…

Я вздохнула. Глубоко-глубоко, а потом зажмурилась.

— Это не любовь. Это другое, — прошептал он. — Поэтому живи. Всегда живи. Даже если придется, я буду кормить тебя насильно. Ты будешь плакать, но будешь есть.

С того момента, как я увидела за спиной раздевающегося Сирила черную тень, когда мое тело мгновенно отреагировало на нее, я поняла, что все изменилось.

Это был самый счастливый день в моей жизни. Я не стыдилась своей наготы. Не стыдилась за то, что с удовольствием смотрела на мучения мужа. Нет, сначала я почувствовала стыд, но стыд исчез. Он испарился. И каждый удар туфли по столу, звук, которого я так боялась и от которого вздрагивала, превратился в музыку для моих ушей. Ведь я слышала его крики. Крики боли и отчаяния.

Сколько раз я мечтала о том, что однажды этот момент произойдет. Что однажды не я, а он будет визжать и молить о пощаде. Я копила каждую крупицу ненависти к нему, и в тот момент, когда Сирил упал на пол, с ужасом глядя на свою распухшую руку, я отпустила ее. Всю.

Восхищение? Нет. Наслаждение. Я почувствовала такое наслаждение, что по телу пробежали мурашки. И поняла, что смотрю на высокую фигуру в черном с обожанием. Хотя бы за то, что он исполнил мою мечту.

Я знала, что так нельзя. Что… Что нужно было простить, вмешаться, сказать, что достаточно…. Но я не захотела. И в этот момент внутри что-то разбилось. Я смотрела на саму себя, отражающуюся в зеркале души. Словно фигура в черном, я стояла перед собой маленькой, дрожащей, напуганной, готовая все стерпеть.

«Обними меня, наконец!» — прошептала «темная» я.

И я шагнула к ней навстречу, словно сливаясь с ней воедино. Все сломалось, разбилось, треснуло. Под крики боли Сирила.

«Тебе же нравится!» — шептала я сама себе. И я соглашалась. Да. Нравится. Нравится видеть, как мы поменялись местами.

А потом я почувствовала желание и впервые поцеловала его. Сама. Потому что понимала, что хочу его.

Я хотела принадлежать ему и только ему. Хотела, чтобы он взял меня теми же руками, которыми только что ломал моего мужа.

И сама поцелуем попросила его об этом. Я помню, как он врывался в меня, как каждый толчок доставлял мне наслаждение до дрожи. Как я мысленно шептала: «Еще… еще… еще… Хочу… хочу…»

И меня заводила мысль о том, что я принадлежу чудовищу. Никакой скромности, никакого стыда, никаких угрызений совести. И тогда я впервые кончила так, как не кончала никогда. Я кричала, потому что невидимая рука стыда не зажимала мой рот. Я чувствовала свое тело, потому что совесть больше не сковывала невидимыми цепями.

И только тогда я поняла, что свободна. Что я — это я.

— Чья ты? — прошептал его голос. У меня