Лекарка. Призрачная тайна - 2 - Елена Кароль
При этом Ольга была абсолютно искренна, крепко обнимая и поздравляя с новой помолвкой, а Катерина даже не подошла, кивнув издалека и кисло процедив “поздравляю”. И это родная сестра!
В целом же ужин прошел приятно, без особой натянутости, ведь меня посадили рядом с Волконским и он лично ухаживал за мной за столом, ну а родителям было за честь принимать не просто гостя и нового жениха, а княжича и кавалера ордена мужества, который сам признался в наличии множества наград, когда зашла речь о службе.
Маменька, правда, пыталась дать мне понять, что слишком это опасно - выходить за боевого офицера, а Катерина сидела с откровенно кислым лицом, ведь моя свадьба будет раньше её и может быть даже затмит по пышности (ну вот тут я сомневаюсь, Нарышкины те ещё лицедеи), но хамить в открытую не рискнула, как и обвинять в предумышленном сговоре. Папенька у нас в этом плане был очень строгим и одним выговором бы сестрица не отделалась.
Ну а к чаю я небрежно завела разговор о том, что не нашла в особняке свои любимые украшения с хризолитами. Может, кто видел?
– Да, Лавр говорил что-то об этом, - кивнула матушка, - но слуги уже все вещи на три раза пересмотрели, нет в усадьбе твоей шкатулки, Лизонька. Может, с Москвы не привезла? По дороге где затерялись?
– О, это точно нет. Как сейчас помню, что из чемодана доставала, - не согласилась с ней и сделала вид, что задумалась. - А в комнате моей везде смотрели? Там ведь сейчас малыши? Всю мебель проверили, когда переставляли?
– О, нет, - мама немного натянуто улыбнулась и бросила пытливый взгляд на младшую дочь. - Там сейчас Катюша, ей комната приглянулась. Катенька, может ты что-то вспомнишь?
– Нет, - поджала губы сестрица, предпочитая прятать свои бесстыжие глазки в чае.
– А под кроватью смотрели? - щелкнула я пальцами, ловя озарение. - Я ведь могла и туда сунуть!
– Зачем? - изумилась мама.
Катя в этот момент ощутимо побледнела, сжимая кружку так сильно, что побелели пальцы, ну а я небрежно пожала плечами и изобразила дурочку.
– Ой, а я помню что ли? Глаша! Эй, Глаша! А ну, глянь шкатулку мою под кроватью!
– Сию секунду, барышня! - звонко отозвалась одна из местных горничных.
Катюша в этот момент подняла на меня глаза, в которых плескалось столько злобы, что будь она сущью, мы бы умерли все в тот же миг, но я глядела на неё в ответ с таким спокойным превосходством, что маленькая дурочка снова предпочла потупиться, чтобы не выдать свои чувства остальным.
– Ой, барышня! Ваша правда! - Не прошло и пяти минут, как Глаша вошла в столовую с обувной коробкой в руках, внутри которой лежала шкатулка. - Мы ж везде смотрели! И как она там вообще оказалась?! Ума не приложу!
– Дай сюда. - Я вынула шкатулку из коробки, открыла и внимательно изучила её содержимое, по памяти помня все до единой вещицы, которые там хранились. - Хм, странно… Не хватает сережек с сапфирами. Катюша, не знаешь, где они могут лежать?
И снова взглянула на сестрицу, в чьих ушах красовались именно эти сережки.
Вспыхнув, как маков цвет, она молча сняла их одну за другой, подошла ко мне и с нарочитой аккуратностью положила их в шкатулку, едва слышно прошипев:
– Подавись.
Сидящий рядом Костя тихо хмыкнул, остальные сделали вид, что не услышали (а может и правда не услышали), а вот Катерина выдержать дальнейшего напряжения не смогла и торопливо выбежала из столовой, даже не доев свой десерт. Я же, невозмутимо захлопнув шкатулку, отставила её в сторонку и с удовольствием доела всё, что предлагали. А предлагали тут только вкусное и по высшему разряду - у матушки в этом плане был пунктик.
После ужина мы долго задерживаться не стали, впрочем, никто и не настаивал. При этом душевно обнялись только с Ольгой, папенька лишь аккуратно приобнял меня за плечи и наказал обращаться по любому поводу, если какая нужда возникнет, а маменька помахала пальчиками издалека и попросила не забывать. Звонить.
Словно я на другой континент уезжала, ага!
Как бы то ни было, поездка оставила после себя довольно неоднозначное впечатление. И скорее… приятное. Катьку по носу щелкнула - уже маленькая победа. Узнать бы ещё, с кем там мутит Нарышкин…
– И снова ты что-то замышляешь, - задумчиво пробормотал Костя, когда мы уже ехали в автомобиле в сторону города. - Лизонька, признавайся. Не отстану.
– Чуть позже, - пообещала абсолютно серьезно. - Сначала проверю одно предположение сама. И если оно подтвердится, то всё расскажу. Если нет, то и рассказывать не о чем.
– Вот так и сгину во цвете лет от банального любопытства…
– Брось, от любопытства не умирают, - рассмеялась беспечно. - Лучше скажи, где можно выгодно продать украшения? Знаешь такие места?
– Украшения? - озадачился Волконский. - Ты нуждаешься в деньгах?
– О нет, - фыркнула. - Я не нуждаюсь в украшениях. Та шкатулка, которую сестрица планировала оставить себе - там лежат украшения, подаренные мне Нарышкиным за все пять лет нашей помолвки. Мне они не нужны, не хочу владеть вещами, которые дарил мне этот предатель.
– Зачем тогда забрала?
– Костя, ну ты как маленький! Затем, чтобы Катька на чужое не зарилась! Мне вообще-то обидно знаешь ли!
– Ох, женщины… Какие вы сложные.
– Да, привыкай.
Рассмеявшись, Костя покачал головой и задумался.
– Знаешь, как-то даже и не скажу сейчас. В смысле про украшения. Но могу узнать. На днях, хорошо? Тебе ведь нужно просто их продать? Не принципиально кому и за сколько?
– Вообще не принципиально, - подтвердила с абсолютной уверенностью. - Думаю, пожертвовать вырученные средства в монастырь или в приют.
– Хорошо, узнаю. И Лиза…
– Да?
– Ты прелесть. Злобненькая, но всё равно прелесть.
– Спасибо, - улыбнулась польщенно. - Чего только ни сделаешь, чтобы быть
