Лекарка. Призрачная тайна - 2 - Елена Кароль
Всё это пронеслось у меня в голове в считанные секунды, после чего я любезно улыбнулась Юрию, предупредила Марфушу и выглянувшую из кухни Людмилу, что вернусь скорее всего поздно вечером, но может и на обед заеду, если буду поблизости, и мы отправились вниз. Я уже села в машину, причем Юра, не забывая о галантности, открыл передо мной пассажирскую дверь, когда Одинцов созрел для вопроса:
– Елизавета, а горничная ваша, она… давно у вас работает? Хорошо её знаете?
– А что такое?
Опер помялся, но снова удивил, честно признавшись:
– Понравилась. Милая девушка.
– Ей всего семнадцать, - укорила и тоном, и взглядом, перехватив его в зеркале заднего вида.
– Нет, вы не подумайте дурного, Елизавета! - с жаром произнёс Юрий. - Я же не Нарышкин какой-нибудь!
Я тихо хмыкнула, а Одинцов уже продолжал горячо убеждать меня, что ничего дурного не замышляет и для начала вообще познакомиться нужно, пообщаться. Вдруг он ей сам не люб? Или парень есть?
А сам при этом так и посматривал на меня через слово, так что пришлось даже строго одернуть:
– Юра, смотрите на дорогу. Меньше всего я хочу попасть в аварию. Так и быть, пойду вам навстречу и препятствовать общению не буду. Мужчина вы порядочный, основательный, я вам верю. Сводничать, уж простите, не буду, тут без меня, пожалуйста. Кстати, имейте в виду, основное место работы девушки - городской особняк Апраксиных, ко мне она будет заходить не чаще пары раз в неделю.
– Спасибо, - невероятно серьезно поблагодарил меня опер. - Учту.
После этого наш разговор плавно перешел уже на бывшую работу Одинцова, куда он сегодня наведался с самого утра и написал заявление на увольнение по собственному желанию. Не стал скрывать, что начальник не желал подписывать заявление, но Юрий нашел нужные и действенные аргументы (причем не сказал, какие) и его отпустили без положенной отработки, уволив вчерашним числом.
Озадачив мужчину тем, что мне нужна на квартиру магическая защита и сигнализация от всяких там непрошеных гостей, сама созвонилась с юридической конторой, которую мне посоветовал Лаврентий. Стоило назвать свою фамилию, как меня тут же любезно заверили, что нужный специалист примет нас сразу, как только подъедем, так что оставалось лишь позвонить риэлтору и озадачить его подбором квартир в определенных домах Вишневки. То есть либо непосредственно в моем, либо в соседних.
Милейший Абрам Равильевич моментально заверил меня, что уже ищет и созванивается, так что всего через час будет готов показать мне первые варианты, и я согласилась, подтвердив, что заеду за ним в офис сама.
Ну а потом я, пользуясь всеми привилегиями, которые давало общество аристократам, заключила с Одинцовым Юрием Никодимовичем трудовой договор на услуги телохранителя, который составил для нас приятно дотошный юрист по имени Валерий Сидорович. Перевела на счет Юрия аванс в размере пятидесяти тысяч, убрала свой экземпляр договора в сумочку и мы отправились в квартирное агентство.
Потихоньку начал накрапывать дождик, намекая, что солнышка сегодня вообще не будет, но машина у Одинцова была большая, надежная, относительно свежего года, так что я ни о чем не волновалась, сидя на заднем сидении и помечая в для себя места на карте города, куда мы отправимся после обеда в поисках платья. Если верить глобалу, в Рязани существовало пять агентств, занимающихся торжествами по высшему разряду, а салонов с платьями в три раза больше, но пока я скептично кривила губы, читая отзывы и рассматривая виртуальные витрины. Цены - да. Космические. А вот фасоны… Не моё. Совершенно не моё.
Ладно, на месте разберемся.
Прервавшись, когда к машину нырнул Абрам Равильевич, сходу расспросила его о всех найденных вариантах и приятно удивилась тому, что всего в трех озвученных мною домах сдавалось аж одиннадцать квартир. От однушек до трешки. Решила, что посмотрим все, мало ли в каком они состоянии, Юра тоже не был против, так что следующие два с половиной часа мы дотошно изучали арендный рынок нужного нам района.
Увы… он был посредственным. Уж не знаю, на что рассчитывали арендодатели, сдавая квартиры с тараканами и драными обоями, кособокими дверями и ржавой сантехникой, но пять квартир из одиннадцати оказались именно такими. Откровенно ужасными!
Словосочетанием “такое себе” можно было характеризовать ещё три квартиры. Оставшиеся три я изучала с особой тщательностью, как и Одинцов, оказавшийся действительно дотошным типом, но когда встал вопрос: трешка чуть поуютнее в соседнем доме или двушка чуть попроще в моём подъезде, только на третьем этаже, Юрий выбрал именно двушку.
В целом квартирка была на твердую четверку, даже частично меблированная: шкаф-кровать в спальне, диван в гостиной, стол-стулья, кухонный уголок на кухне. Минимум посуды, ровные полы и целые люстры, новая входная дверь и стеклопакеты. Ну а большего, если подумать, то особо и не надо.
Думаю, Одинцов тоже так считал, уверенно заявив “эта” и мы подписали договор с риэлтором. Пока на месяц, но с возможным продлением. Тут же перевела деньги и за аренду, и за услуги посредника, Юра получил ключи и мы, видя, что время уже обеденное, не стали мудрить и поднялись наверх - ко мне.
Пока обедали, показала мужчине четыре салона, куда планировала заехать и глянуть платья, а он в свою очередь озвучил адрес магазина, где продавались артефакты нужного мне вида. В итоге решили, что первое важнее и, допив чай, отправились туда.
Дождь расходился всё сильнее, тем самым намекая, что заглянул к нам надолго, но в салоне автомобиля было тепло и сухо, из качественных колонок играла приятная ненавязчивая музыка и вроде бы ничто не предвещало беды, когда у меня зазвонил телефон и я с некоторым удивлением увидела, что звонит отец.
Даже разволновалась немного, не с первого раза попав по нужной кнопке, а когда поднесла к уху и произнесла:
– Алло?
То в ответ услышала:
– Лиза… Здравствуй. Беда дома. Прости, что… так. Катюша…
– Пап? - Сердце пропустило стук и я практически выкрикнула: - Пап, что такое? Что с Катей? Ну? Говори уже!
– Убилась, Катюша. Прости.
