Проклятие Теней и Льда - Катарина Маура
Я вздрагиваю и пытаюсь отодвинуться от него, прижимаясь к дереву еще сильнее. Он крепче сжимает мой подбородок, его глаза блуждают по моему лицу, как будто он пытается убедиться, что я его услышала.
— Они были правы, — шепчу я. — Ты монстр.
Он делает шаг назад, и я едва разглядываю кривую улыбку на его лице.
— Я никогда не притворялся кем-то другим.
Глава 10
Арабелла
Я смотрю в окно, чувствуя себя более потерянной, чем когда-либо, прислонившись к подоконнику. В комнате царит та же зловещая тишина, что и с тех пор, как Феликс оставил меня здесь. Во дворце тепло, но снаружи выглядит мрачно, холодно и темно, пейзаж как будто отражает мои чувства. Небольшие участки, освещенные факелами, показывают, что снаружи нет ничего, кроме снега и льда. Даже если бы я захотела, вряд ли я смогла бы найти дорогу домой. Так будут выглядеть все остальные дни моей жизни? Я умру здесь, запертая в ледяной тюрьме? Если бы я попыталась сбежать, куда бы я пошла? Даже если бы я смогла выжить в пути, мне никак не удалось бы проникнуть в Альтею незамеченной, и мои шансы освободить Натаниэля были бы ничтожно малы. К тому же, я подозреваю, что Феликс будет меня преследовать.
Трудно сказать, сколько времени я здесь, поскольку солнце так и не взошло, как я ожидала, но мне кажется, что я проспала две полные ночи. Оба раза я просыпалась от запаха теплой еды и свежеприготовленной ванны с ароматом лаванды, но я еще не видела ни одного слуги. К счастью, я не видела и своего мужа.
Я тихо вздыхаю, вставая на ноги, и оглядываю комнату. Множество предметов и одежды указывают на то, что это спальня Феликса, так что, похоже, это не роскошная тюремная камера, специально отведенная для меня, но даже несмотря на это, я не смею уходить.
Меня охватывает усталость, веки становятся тяжелее, когда я подхожу к камину. Темнота кажется неестественной, и я не могу не желать, чтобы солнце скоро взошло, хотя бы для того, чтобы я могла видеть дальше и осмотреть окрестности.
Я вырываюсь из своих мыслей, когда перед мной на несколько мгновений мерцает золотистая магия, а затем появляются чашка и чайник, парящие в воздухе. Я смотрю, как чай наливают в чашку, прижимая руку к груди. Я застываю на месте, когда чашка наклоняется из стороны в сторону, словно приглашая меня взять ее.
Я оглядываюсь по комнате, но здесь нет никого, кто мог бы это сделать. Мои руки дрожат, когда я беру чашку, боясь, что она упадет, и меня окутывает знакомый запах лаванды. Я не смею пить, боясь, что чай отравлен, но чашка выскальзывает из моих рук, мягко прижимается к моим губам, настаивая, чтобы я сделала глоток. Она останавливается, когда раздается стук, и я нервно поворачиваюсь к двери, которая распахивается. В комнату входит Элейн, все еще в той же одежде для верховой езды, в которой она была, когда мы покидали Альтею. Должно быть, она только что прибыла.
Увидев чашку и чайник, парящие в воздухе, она замирает, широко раскрыв глаза.
— Похоже, дворец проникся к тебе симпатией, — говорит она, и в ее голосе слышится удивление. — Не бойся, это безвредно. Дворец обеспечивает императора и многих, хотя и не всех, других обитателей дворца, часто подавая еду и напитки по своему усмотрению. Когда дворец хочет накормить тебя, почти невозможно отказаться. Мне сообщили, что наши слуги не смогли попасть в твою комнату — это редкость, но иногда дворец становится чрезмерно заботливым. По-видимому, он стремился обеспечить твою безопасность, устранив все угрозы.
От этого предположения у меня сжимается желудок. Это объясняет, почему я не видела никаких слуг. Потому что их никогда и не было. Еда, которую я ела... это были мои любимые блюда, и я даже не задавалась вопросом, откуда они.
— Император послал меня, чтобы принести свои извинения за свое отсутствие, — объясняет Элейн, вырывая меня из раздумий. — Перед тем, как мы покинули Альтею, лавина погребла один из наших городов и перерезала важный торговый путь. Наши солдаты были немедленно отправлены на место, но как только император узнал об этом, он отправился туда, чтобы лично помочь. Если погода позволит, он должен вернуться через несколько дней.
Паника охватывает меня, и я делаю успокаивающий вдох. Лавина?
— Есть ли погибшие? — спрашиваю я дрожащим голосом. Я не могу не чувствовать, что это моя вина — мое проклятие, мое несчастье.
Если то, что говорит Элейн, правда, то лавина, должно быть, произошла в тот момент, когда Император Теней женился на мне, и если он узнает, что я виновата, он убьет меня, чтобы защитить свой народ.
— Пожалуйста, не беспокойтесь, Ваше Превосходительство, — говорит Элейн с доброй улыбкой на лице. — Учитывая особенности рельефа Элдирии, наш народ всегда готов к худшему. Император подарил тем, кто живет в опасных районах, магические кристаллы, в которые наши колдуны вложили защитные заклинания. Так что никто не погиб, но они оказались в ловушке, и никто не сможет вытащить их быстрее, чем император. Он скоро вернется с победой.
Она отступает на шаг назад и кивает в сторону двери.
— Пока мы ждем его благополучного возвращения, я подумала, что ты, возможно, захочешь осмотреть дворец, — добавляет она с нерешительной улыбкой на лице. — Я искренне извиняюсь за то, что не была здесь, чтобы помочь тебе освоиться в твоем новом доме, императрица. Я подвела тебя, не примчавшись сюда быстрее, когда поняла, что император оставил тебя здесь одну.
Она пришла сюда сразу после возвращения?
— Это может подождать, — говорю я ей тихим голосом, но она качает головой и указывает на дверь, в ее глазах читается решимость.
Понятно, что она хочет как лучше, но когда я смотрю на нее, я могу думать только о том, что если бы не она, Натаниэль и я, возможно, сбежали бы. Я уверена, что это был ее голос, который я услышала.
— Хорошо. Я с удовольствием посмотрю, — говорю я нерешительно, натягивая улыбку, которую я сохраняю для членов двора моего отца.
Элейн кивает, в ее глазах мелькает облегчение, когда она отступает в сторону и останавливается у двери. Я глубоко вздыхаю, подходя к ней, желая отомстить ей за то, что она сделала с
