Шлейф сандала - Анна Лерн

— Сиди тихо. Откроешь рот — шею сверну.

Но я не собиралась зря рвать связки. Какой в этом смысл? В голове промелькнула горькая мысль: «Как же свадьба Доры? Она так ждала ее. Проклятый Жюль!».

Экипаж тронулся с места, завернул за угол, а от мокрой стены сарая отделилась маленькая фигурка и стремглав помчалась по лужам.

* * *

Жюлю снились кошмары. Он видел, как в тумане растворяются телеги с товаром, но ничего не мог поделать. Ноги были словно свинцовые, а изо рта вырывалось лишь жалобное мычание. Только не это! Только не товар! Вдруг он услышал крик супруги, который звучал так пронзительно, что закладывало уши. Парикмахер открыл глаза и сначала не понял, что происходит. Жюль испуганно вскрикнул, увидев склонившееся над ним лицо, потемневшее от гнева, и перекрестился. Ему показалось, что сам дьявол явился из преисподней, чтобы забрать душу. Черные глаза мрачного визитера горели адским огнем, ноздри раздувались, а в распахнутом вороте рубахи билась голубоватая жилка.

Когда тело парикмахера странным образом поехало по пышной перине, он заверещал дурным голосом, цепляясь за простыни. Но рухнув на пол, Жюль понял, что его волокут за ногу, а рядом причитает супруга, моля дьявола, чтобы тот пощадил мужа. Дьявол оказался глух к ее мольбам. Он выволок парикмахера в коридор, собирая дорожки извивающимся телом. А потом Жюль почувствовал, как голова отскакивает от ступенек. Его тащили по лестнице! Ночная сорочка задралась до самой шеи, и тощий зад парикмахера то и дело ощущал холодные балясины перил.

Наконец, ужасная тряска закончилась, но Жюль не успел облегченно выдохнуть. На грудь парикмахера опустился начищенный сапог и вжал его в пол. Только в этот момент он понял, что это не дьявол, а молодой князь Эристави.

— Где невеста моя, собака?! — сапог князя надавил еще сильнее, и парикмахер даже ощутил запах ваксы.

— К-к-к-ая невеста? — заикаясь, плаксиво протянул Жюль. — Ваше сиятельство…

— Елена Федоровна Волкова! — князь убрал ногу и, схватив его за кудри, покрытые ночной сеткой для волос, приподнял вверх. — Отвечай или…

Жюль чуть сознание не потерял от ужаса, когда его шеи коснулась холодная сталь. Господи… Волкова невеста князя Эристави?!

— Она в «Ночной фее»! — севшим голосом ответил парикмахер, ощущая, что подол рубахи становится предательски теплым. — Не убивайте, ваше сиятельство! Я не знал! Не зна-а-ал!

Глава 108

Я не знала, сколько прошло времени, но точно не меньше часа. Когда у меня уже начала болеть спина от неудобной позы и бесконечной тряски, экипаж остановился. Дверца открылась, пахнуло осенней сыростью, смешанной с ароматом готовящейся пищи. Приехали.

— Вот мы и на месте, красавица, — услышала я голос своего провожатого, а потом меня вытащили на свет Божий. — Сейчас мешок снимут, не волнуйся… Жива хоть или скопытилась от страха?

Я молчала, прислушиваясь ко всему, что происходило вокруг меня. Скрипнула дверь, мягкое тепло окутало со всех сторон, и стало понятно, что мы вошли в помещение. Запахи сделались ярче, слышался приглушенный смех, нестройное пение под гитару, а еще кто-то кого-то строго отчитывал, не скупясь в выражениях.

Вскоре меня усадили на что-то мягкое. Я поморщилась, ощутив сильный аромат розовой воды, от которого першило в горле. Ею тут что, полы поливают? Стук каблуков, доносящийся откуда-то из коридора, стал ближе, к нему присоединился шорох платья. И через минуту с моей головы сдернули мешок.

— И кто тут у нас?

Я увидела перед собой женщину в ярком платье. Ее глубокое декольте прикрывал прозрачный шелковый платок, а лицо — шелковая маска, которую она сразу сняла. Это была привлекательная дама лет сорока. Но на ее зрелой красоте лежал отпечаток той самой жизни, которая царила в этих стенах. Иссиня-черные волосы выглядели как-то неестественно, и я догадалась, что это парик.

— О Боже… Жюль совсем с ума сошел? — женщина приподняла мое лицо, рассматривая так внимательно, будто собиралась писать с меня портрет. — Сколько тебе лет?

— Семнадцать, — я решила, что не стану огрызаться. Пусть думают, что со мной никаких проблем не будет. Освободятся руки, тогда поговорим по-другому.

— Я ж предупреждала его, что не связываюсь с несовершеннолетними! — проворчала женщина.

Но когда мужчина, стоящий у двери, протянул ей кошель с деньгами, недовольно произнесла: — Ладно… в этот раз сделаю исключение. Но передай ему, чтобы больше не присылал малолеток!

Мужчина кивнул и вышел, оставив нас наедине.

— Меня зовут мадам Шерро. Я хозяйка этой комнаты и этого заведения. Теперь и ты принадлежишь этому месту, — она потрогала мои волосы. — Что ж… из тебя, может, и выйдет толк… У нас есть клиенты, которые хорошо заплатят за ночь с молоденькой девицей. Нужно придумать тебе прозвище… Может, Искра?

Ага, как лошадь.

— Ты напугана? — мадам Шерро жестом приказала мне подняться.

Я кивнула, подчиняясь. Не боятся только дураки. Но из меня всякие ненужные панические настроения еще во времена юности на борцовском ковре вытрясли.

— Не съедят тебя, не бойся, — насмешливо произнесла хозяйка борделя. — Только не вздумай истерики мне здесь устраивать. Иначе быстро дурь выбью!

Мне с трудом удалось сдержать смешок. Ну да, ну да…

Мадам Шерро развязала мне руки, а ноги я освободила сама, чувствуя облегчение. Теперь все пойдет совершенно по-другому сценарию. И явно не по тому, который придумал Жюль.

— У нас сегодня «Ночь тайных свиданий». Все девушки скрывают лица под масками. Если хочешь, ты можешь посмотреть, как мы веселимся, — предложила она и сразу добавила: — Не переживай, первые несколько дней тебя никто не тронет. Я же не зверь… Каждой новенькой даю время привыкнуть.

Отлично! Ваша «Ночь тайных свиданий» просто сказочный шанс. Подфартило, так подфартило…

— Ну что, Искра, согласна? — хозяйка борделя улыбнулась мне, и я улыбнулась ей в ответ.

— Конечно, согласна. Только туда я пойду не как Искра, а как мадам Шерро.

— Что? — она недоуменно уставилась на меня. — Ты что несешь, малахольная?

Но мне уже осточертели эти разговоры. Поэтому вместо ответа, я нырнула ей под корпус. Моя правая нога встала на колено между ее стоп, а правой рука захватила конечность мадам Шерро.

Одним резким движением я перевернула женщину через себя и услышала как из ее легких со свистом вылетает воздух. Пока она находилась в отключке, я раздела ее. После чего мне пришлось затолкать ей в рот платок, а потом связать теми веревками, которые еще несколько минут назад стягивали мои запястья и щиколотки.

Я затащила мадам Шерро на кровать, укрыла покрывалом и подмигнула ей, потому что женщина уже пришла в себя. Она смотрела на