Красавец и чудовищ...ная ведьма - Татьяна Антоник

Я охнула, вцепилась рукой в нападавшего и услышала:

— Только попробуйте, Вивиан, — узнала голос Ричарда, показывающего мне магические искры, направленные прямо на меня. — Попробуйте мне что-то внушить, и прежде чем с ваших губ сорвется хоть слово, я лишу вас магии навсегда.

И в этот момент мой богатый запас ругани мне очень пригодился. Увы, высказать вслух не получилось. Магии лишаться жалко, а он так сказал, что поверила бесприкословно.

Отдернувшись от дракона, отойдя на внушительное расстояние, я вздохнула.

— Что вы здесь делаете?

— Что вы здесь делаете? — выпалил он одновременно со мной, не потушив свое заготовленное проклятие.

У меня сердце колотилось, как бешеное. Снова столкнулась с Говардом, и, как назло, во время незаконного дельца. А он же дознаватель и теплых чувств, несмотря на проставленную метку, ко мне не питает. Подозреваю, что выяснив, кому он поставил метку, теплых чувств все равно не прибавится.

— Я могу войти в любой дом, Вивиан, — подчеркнул он слово «любой». — У меня на это есть власть, и к этому обязывает служба. А что здесь забыли вы?

— С любовником встречалась, — придумала первое, что подошло к ситуации.

— С любовником? — мрачнел дознаватель. — Пару дней назад вы пели дифирамбы своему тайному молодому мужу, ваша мачеха пыталась выдать вас замуж на господина Дарона. У вас очень насыщенная личная жизнь.

— Говорите, словно завидуете, — брякнула я, взмахивая волосами. — Да, я популярна, не буду отрицать.

Ричард Говард не выдержал моих острот. За один шаг преодолел все расстояние, что нас разделяло, и наклонился.

— Наденьте перчатки, — процедил он сквозь зубы.

От столь властного жеста я растерялась.

— Что?

— Перчатки наденьте, я думаю, вы всегда их носите с собой.

Какой прозорливый ящер. Вычислил мой дар и заставляет плясать под его дудку. Я бы ему показала, но пока показывал он один.

Послушно доставая из карманов перчатки, я бубнила себе под нос, что ничего плохого не совершила, но господин Говард в мои речи не вдавался. Он отклонился, повернулся к догорающим остаткам свечей и изучил бумаги на полу.

Я же медленно пробиралась к вожделенному выходу.

— Я вас не отпускал, — прорычал он. — Полагаете, мне будет сложно вас догнать?

— В городе запрещено воплощаться в драконов, — процитировала строчку закона для двуликих.

— А мне и воплощаться не придется. Ну, я жду. Что вы здесь делали?

Кажется, пришла пора говорить правду и ничего кроме правды. Если не брать в расчет взлом, то я не совершила ничего предосудительного. Договор о помолвке принадлежит обоим сторонам, и меня наняла одна из сторон. Да и выбирая между свободой и тайной клиентов, я все-таки выберу свободу.

Призналась как на духу:

— Забирала брачный договор. Гвендолин и Барнаби не договорились. Девушка пожелала отказаться от союза.

— Понятно, все ваши делишки. Вам не надоело позорить мачеху, — фыркнул дознаватель.

— Вам не надоело лезть туда, куда не просят? — мгновенно озверела я.

Ему было чем парировать.

— Это моя работа. Снимайте сумку, посмотрим, что там валялось.

Я стащила мешок и с брезгливым видом подала дракону. Переживала, что он отнимет договор, но Ричард отбросил документы в сторону, словно это простая бумажка, а не скрепленные отношения.

— Если они вам не нужны, я заберу, — юркнула за ними.

— Не нужны, мне плевать на его матримониальные планы. Хотя погодите, это улика.

Сложив вчетверо документы и засунув их в распоротые полы плаща, я мотнула головой, не желая их отдавать, и не удержалась от вопроса:

— А что с ним? Что-то случилось?

— Случилось, случилось, — машинально отвечал мужчина. — Его похитили. — Тут он остановился и зачем-то взглянул на меня. — И Дарона похитили, который крутился возле вас. А теперь господин Уилкоуст. Вы можете уговорить кого угодно на что угодно...

Укоризненный взгляд и странная настойчивость меня знатно напугали. Я гарцую по острию закона, но не захожу за нее.

— Вы меня подозреваете? Зачем мне тогда вас здесь дожидаться?

— Забрать к себе в гарем. Или какое у вас там тайное логово?

Я громко и заливисто расхохоталась.

— Господин Говард, я избавляюсь и отваживаю от себя мужчин. Вы серьезно рассуждаете? Или издеваетесь надо мной?

Славно, что дракон улыбнулся. Уголки чуть дрогнули, когда я задала вопрос.

— Естественно, я так не думаю. Просто дал вам намек, как могут расценить ваше поведение. Заканчивайте с вашим предприятием. Рано или поздно вы окажетесь в темнице. Договор, Вивиан, — протянул он руку.

Мечтала стянуть перчатки и заставить его пожалеть о сказанном.

— Лично отправите туда? — вернула-таки вожделенные бумаги.

— Я пока не решил. Собирайтесь, отвезу вас домой. Из города ни шагу, за вашим домом будут присматривать. И я очень советую, — он помедлил, выдерживая эффектную паузу, — чтобы вы и стен родного особняка не покидали. Для меня вы свидетель... пока. Все может измениться резко и кардинально.

Учитывая, что господин Говард в данный момент был не гостем моей мачехи, и я реально начудила, я помалкивала и послушно потянулась за ним. Изумилась количеству стражи на улице и двум повозкам с неприметными возничими. Даже успей я использовать дар с ящером, со всеми стражниками я бы не разобралась.

Стало не до смеха. Во что я влипла?

В карете я делала попытки разговорить задумчивого и мрачного дракона, но он отмахивался от меня. Он не сказал, как узнал, что Барнаби похитили, как выяснил про судьбу господина Дарона. За последнего я поволновалась чуток, все же знакомый. И, кажется, если верить болтовне других дознавателей, этот случай был уже пятым.

Просто ужас.

И очень стыдно было признаваться Гвендолин, что моя затея потерпела полный крах.

* * *

Ночью я получила заслуженный нагоняй от Кристофера и Маргариты. Оба злились на меня, и оба, конечно, сильно сочувствовали.

— Да, этот крылатый не шутил, — мрачно отметил юноша. — За домой действительно установили слежку.

— А я никого не заметила, — ахнула я, бросаясь к окну. — Как ты это понял?

— Посмотри, Вив, — вздыхал грустно паренек, — почтальон уже во второй раз обходит улицу. А он ведь только утром появляется. Экипаж с грумом стоит, но клиентов не берет. И все не сводят глаз с нашего дома. Это дознаватели.

Я бы заплакала с возгласом, что же я наделала, но это мы переживали пару часов назад. Не будем распыляться на бесполезное.

— Мы что-то придумаем, — похлопала меня по спине подруга. — У тебя есть дар, а у меня, — она загадочно поиграла бровями, — связи. Мы не бросим тебя в беде.

Их дружба меня питала, но если быть искренней с самой собой, то их беда — я. Мысленно