Осмеянная. Я вернусь и отомщу! - Анна Кривенко
— Не могу! — бросил Микаэль отрывисто, поджав свои красивые, по-девичьи нежные губы. — Я боевой маг, а не лекарь!
— Ты больше не боевой маг, брат! — произнесла я строго. — Тебе нужно с этим смириться. Но ты можешь применить себя в другом искусстве! Хватит уже доказывать свою силу и самостоятельность служанкам и няням. Докажи людям и самому себе! Ты требуешь, чтобы я вернулась и отомстила, а сам отказываешься мстить своему прошлому точно также…
— В моем случае во всем виноват только я один… — буркнул мальчишка, не смотря на меня. Лицо его выглядело мрачным. — Я был глуп и тщеславен, поэтому мне некому мстить…
— Это был несчастный случай! — воскликнула я. — Если я должна вернуться, чтобы исправить прошлое, то и ты должен сделать то же самое! Давай исправим прошлое вместе, а?
Я смотрела в его лицо с надеждой, словно от его решения зависела и моя судьба тоже. Может быть, так и было на самом деле, и сердце замирало в груди в ожидании ответа Микаэля.
Наконец он робко посмотрел мне в глаза, и я увидела в его взгляде море сомнений.
— Думаешь, я мог бы стать лекарем? — прошептал он, словно подобная мысль ещё никогда не приходила ему в голову. Кажется, он был зациклен только на том, что он стал бесполезен, как маг.
— Конечно! — воскликнула я. — Я уверена, что ты всё сможешь. И я тоже смогу!
Когда выкрикнула последнюю фразу, поняла… что, по сути, уже согласилась вернуться в Академию. Закружилась голова. Боже, я правда это сделаю? А я смогу? Но видя перед собой бледное, уставшее и немного растерянное лицо брата, я, как никогда, понимала, что ни у меня, ни у него другого пути нет.
Если мы хотим возродиться, обрести покой и действительно прожить прекрасную, достойную жизнь, нам нужно переступить через всё и попытать счастья!
— Если пойдёшь учиться на лекаря в мою Академию, я тоже вернусь туда, чтобы продолжить обучение и… отомстить! — заявила я, использовав свой последний козырь в этом разговоре, и лицо Микаэля наконец просветлело.
— Обещаешь? — прошептал он. Я кивнула.
Губы мальчишки растянулись в мягкой улыбке.
— Договорились, сестра!
— Договорились, брат!..
Глава 10
Эффектное начало…
Меня потряхивало: сегодня, спустя всего две недели после разговора с братом, мы возвращались в Академию. Подготовка к этому событию была просто сумасшедшей. Отец не поскупился и заказал для меня самый шикарный гардероб, который только мог существовать в столице. Конечно, внешний вид платьев и жакетов был ограничен требованиями к внешнему виду адептов, но ткани были использованы максимально дорогие, как и украшения к ним. Чего только стоили жемчужные пуговицы на белоснежных блузках и брошки в виде цветов из драгоценных камней на милых шляпках!
Микаэля разодели немного скромнее, но как для парня тоже очень богато. И хотя я с трудом согласилась на подобное, но отец настоял. Он выслушал наш с братом план несколько напряженно и долго отговаривал от его исполнения. Переживал. Говорил, что готов сам отомстить обидчикам, но не втягивать нас в это, однако Микаэль нашел для него нужные слова:
— Папа, — произнес он твердо и решительно, — дело не в самой мести, понимаешь? Мы с Никой должны снова встать на ноги, это наше обоюдное решение. Если эти битвы произойдут без нас, они будут бесполезны!
Отец прослезился и отвернулся к окну. Я смотрела в спину этому некогда сильному и привлекательному мужчине и понимала, что его сердце давным-давно истерто в порошок многочисленными жизненными разочарованиями и страданиями. Казалось бы, богатый наследник, целый герцог, но для того, чтобы страдать, многого и не нужно. Достаточно просто остаться в полном одиночестве посреди чужих людей… Как тихонько мне шепнула Агафа утром, жена у хозяина была той еще стервой, так что даже Микаэль её едва ли любил.
Наконец, отец взял себя в руки и, повернувшись, сказал:
— Ладно, дети мои! Я сделаю всё, что вы скажете, если пообещаете мне при малейшей трудности обращаться за помощью. Знайте, что в любой момент вы можете покинуть Академию, если только захотите этого.
Я кивнула, чувствуя волнение в груди.
Мы возвращаемся?
И вот сейчас, две недели спустя, имея огромный гардероб, личную служанку (чего фактически не разрешалось никому в Академии), а также артефакт небольшой иллюзии в сережках-гвоздиках, я нервно отсчитывала минуты до того мгновения, как мы сядем в карету и прибудем на место назначения.
Всё было продумано до мелочей.
Еще десять дней назад наши люди пустили слух, что у герцога Лефевра обнаружилась дочь, все эти годы жившая в соседнем королевстве и наконец-то приехавшая домой после длительной разлуки. Якобы Леон Лефевр был женат дважды, и она была его ребенком от первого брака. В слухи было добавлена информация о том, насколько я умна, хороша и баснословно богата. Короче, идеальная невеста! Академия загудела, как улей.
Я, конечно, боялась, что слухи чрезмерно преувеличены. До красавицы мне далеко, но даже Агафа посмотрела на меня укоризненно, когда я обмолвилась об этом.
— Госпожа, вы очень красивы! — бросила она. — Может, вам нужно подлечить зрение?
И только тогда я обратила внимание, что стала стройной и изящной, сохранив при этом очень женственные формы там, где нужно. Моя грудь была больше, чем у сверстниц, а талия очень тонкой. Боже, это правда я? От всех этих стрессов я просто не заметила, что настолько изменилась!
Благодаря ежедневному уходу от Агафы, мои волосы стали более послушными и блестящими, кожа побелела, потому что я выходила в сад чаще всего с зонтиком от солнца.
Но даже это преображение не спасало от естественного переживания, что во мне легко узнать Веронику Шанти. И тогда брат предложил использовать артефакт иллюзии. Нет, внешность останется моей собственной, просто будет подправлена так, чтобы скрыть некоторые мелкие детали и незначительно изменить лицо. А с учетом изменившейся фигуры и богатой одежды, я теперь действительно выглядела совершенно другим человеком.
Но всё равно дико нервничала.
Микаэль, сидевший в своей коляске рядом в ожидании кареты, которую мы заказали в королевском каретном дворе, был задумчив. Похоже, ему приходилось подавлять собственных демонов, и при виде его напряжения моё начало тухнуть. Я ободряюще коснулась его руки и улыбнулась.
— Мы всё сможем, братик, — прошептала нежно. Да, мы сдружились, как самые родные на
