Проклятье кумихо: цепи любви - Антонина Штир
После обеда отец попросил Дан Би прогуляться по саду. Что удивительно, кумихо возражать не стал, лишь смерил супругу долгим взглядом. Догадывается ли он, зачем приехал король?
Сакура отцвела, и теперь настала очередь пионов. Здесь росло много этих прекрасных цветов, и Дан Би наслаждалась их сладким, как медовый месяц, ароматом. Отец повёл дочь в глубину сада, проверил, нет ли поблизости слуг, и только тогда начал говорить – полушёпотом, на языке Сурры.
— Не думал, что ты узнаешь так быстро, хотел дать тебе время привыкнуть. Но, раз уж ты сама спросила...
Он умолк, собираясь с мыслями. Его чёрный куджанбок выделялся среди буйной растительности, как островок голой земли. Нахмуренные брови, глубокие морщины на лбу – отец словно никак не мог решиться на что-то.
* Куджанбок – официальный костюм короля Кореи чёрного цвета, название которого переводится как «одежда с девятью орнаментами».
Наконец его лицо разгладилось, и, как пловец, нырнувший в воду, он выпалил:
— Ты уже видела настоящий облик императора?
Дан Би с трудом удержала безразличное выражение на лице – перед глазами сразу возникли девять лисьих хвостов.
— Почему ты спрашиваешь об этом? Я даже не верю, что он действительно кумихо.
— Ты не веришь твоему отцу? – упрекнул меня Его Величество?
— Как ты понимаешь, я очень близко знакома с императором. Он такой же человек, как и все, – улыбнулась Дан Би. — Ты ошибся насчёт его сущности.
— Значит, он не доверил тебе свою тайну, – сделал вывод отец, оглаживая подбородок. – Хитрый, осторожный лис – а ведь он тебя любит, хоть и пытается скрывать. Но, когда смотрит на тебя, его взгляд загорается тихой радостью.
Сердце Дан Би вдруг пропустило удар, а потом помчалось вскачь, будто пришпоренная лошадь. От мысли, что она дорога кумихо, почему-то хотелось петь. Хотя она должна бы расстраиваться – ещё ни в одной сказке любовь между лисом и человеком добром не заканчивалась.
— Найди доказательства его лисьей природы, – продолжил отец. – Кумихо не может править людьми. Он
чудовище, Дан Би.
Последние слова отец произнёс почти беззвучно, наклонившись к самому уху дочери. Если кто-то услышит короля сейчас, гнев кумихо обрушится на них обоих.
Дан Би стиснула зубы, чтобы не закричать – её брак стремительно превращался в фарс.
— Значит, Вы отдали меня императору не из опасений за судьбу Сурры? Я Вас правильно понимаю, апамама?
Она смотрела отцу в глаза, пристально, внимательно. Неужели всё это время он вёл свою игру, тонкую и не менее хитрую, чем игра кумихо?
— Да, – подтвердил король, и правда водопадом обрушилась на императрицу. – У тебя две недели, чтобы выяснить правду. А главное, – тут отец вцепился в левую руку Дан Би, так что она охнула от боли, – выясни, где он хранит лисью бусину. Связь будем держать через Ми Со – отправь её к заброшенному храму на горе. И, Дан Би, – поспешно добавил король, – будь осторожна.
***
Лёгкое беспокойство не покидало кумихо с самого утра, когда он в кабинете принял свой истинный облик. Анго где-то пропадал, и лис наслаждался свободой и одиночеством, пока ему не почудилось чужое присутствие. Странно, но кумихо никого не видел и не слышал, и даже сила не развеяла чары, которые, несомненно, навели на невидимку. Тэ Хо даже догадывался, кто это сделал, – конечно, Анго, дух, обладавший почти безграничными возможностями. Лишь его магию лис не мог развеять, лишь понимал, что она есть.
Но кого и зачем Анго прятал за древними чарами? Хотел, чтобы Дан Би узнала тайну императора? Дух ведь знает про контракт, неужели ему не жаль императрицу? Или... Или Анго что-то задумал.
Увы, спрашивать духа бесполезно: всё равно не признается, а угрозы ему не страшны. А вот Дан Би может и проколоться, особенно если немножечко ей помочь.
Волнение супруги кумихо ощутил издалека, но она старательно делала вид, что всё в порядке. Было даже весело наблюдать за её поведением, и обвинять не хотелось. Слишком рано тыкать императрице в лицо контрактом. Сначала нужно узнать, что Дан Би думает о своём необычном супружестве, разделяет ли мнение большинства о том, что кумихо – злобное хитрое чудовище.
Супругу явно так и подмывало признаться, но она медлила. Смотреть, как борются в ней совесть и жалость к себе, было так захватывающе. Тэ Хо с удивлением понял, что хочет от неё признания и любви – просто так, без причин и условий. А может ли Дан Би так любить, покажет лишь время.
Сюрпризы дня продолжались, и Его Величество Ким Со Джун – король Сурры и отец дражайшей супруги Кровавого императора – внезапно прибыл в империю. Вот так сразу, без предупреждения, и, кажется, кумихо догадывался зачем. А когда отец увёл Дан Би в самый глухой уголок сада, последние сомнения отпали: Со Джун хотел, чтобы дочь предала собственного мужа.
Лису не нужно было слышать их разговор – просчитать короля не составило труда. Смешные людишки, обычно они хотели либо смерти кумихо, либо легендарных знаний от лисьей бусины, либо и того, и другого сразу. Ну что ж, поглядим, что дальше, потирая ладони в предвкушении, улыбался кумихо. Ещё ни один человек не одерживал над ним верх, и у короля Сурры тоже не выйдет.
Отец уехал сразу после разговора, заставившего Дан Би переживать вдвойне. Перед ней стоял выбор: то ли признаться под страхом развода и возвращения на родину, то ли предать императора. Нет, не императора, мужа. И, кажется, любимого, прошептала она, уткнувшись в подушку.
Шёлк приятно ласкал кожу, охлаждая, а за окном всё застыло в жарком мареве. Шаги слуг в коридоре и тихое гудение пчёл звучало в унисон со стуком сердца. Хотелось уснуть и не просыпаться, пока что-нибудь не изменится. Лучше бы не выбирать, лучше бы переложить решение на чужие плечи.
До вечера Дан Би лежала, свернувшись на постели клубком, словно кошка на лежанке. Ни о чём не думала, никого не ждала, а когда пришли слуги от императора, сказалась больной.
— Передайте Его Величеству, что у меня очень болит голова, я даже сидеть не могу.
И снова минуты тишины, тревожной и
