Укрощение строптивой в деревне - Лина Мак

– Беги, Борьку в сарай, загони, – прошу сестру, и она убегает, а я со всей силы стискиваю зубы, чтобы не взвыть оттого, как сосед накладывает повязку на ногу.

– В больничку я тебя всё же повезу, Матвей, – добавляет он, а я мысленно готов открутить одну светлую головушку.

Ну или накрутить, и даже знаю куда, но это всё потом. А пока пусть думает, что отделалась испугом.

Глава 7

***

– А я думала, ты здесь умерла уже, – раздаётся где-то со стороны окон и так неожиданно, что я взвизгиваю от испуга.

– Что тебе нужно? – спрашиваю, раздражённо замечая на подоконнике ту самую девчонку, Соня, кажется, её зовут, что привела меня вчера обратно.

– Да вот, стало интересно познакомиться с той, из-за которой мой брат теперь на больничном, – и так улыбается, что я не могу сдержать ответную улыбку.

– Я твоего брата никуда не отправляла, – бурчу и снова возвращаюсь к вечерним процедурам.

Всё тело печёт и чешется от укусов комаров и мошек. Тётя Люся принесла мазь от зуда да антигистаминное дала, но я всё равно похожа на какую-то лягушку.

Такого вида у меня ещё никогда не было. А самое ужасное, что у меня в косметичке нет ничего, что могло бы помочь скрыть этот ужасный вид.

Больно соглашаться с этим неотёсанным соседом, но он был прав. Я действительно похожа на уродку сейчас.

– Нужно ромашку заварить с чередой, и тогда сразу легче станет, – говорит Соня, продолжая сидеть на подоконнике.

– А с чего ты взяла, что мне нужны твои советы? – спрашиваю, рассматривая её более внимательно.

Мелкая она, сразу видно, что ещё девочка. Скорее всего, школьница. Какая-то наивная, можно сказать, но что-то в ней есть притягивающее.

Даже этот её вид взбалмошной девчонки вызывает интерес. Может, мне не так и скучно будет здесь, если я смогу хоть с кем-то общаться. Подруги у меня и так есть, а эта Соня сойдёт на лето.

Хотя я очень надеюсь, что отец остынет и заберёт меня раньше.

– Раз не нужны, то продолжай бороться с укусами сама, – и снова пожимает плечами. – Только чесать не вздумай, а то занесёшь заразу какую-то из-под ногтей, потом в больницу попадёшь.

– Из-под моих ногтей зараза не заносится, – отвечаю, поднимая вперёд руку с идеальным маникюром и демонстрируя этой козе.

– А, ну ясно. Куда же нам, бомжам, да? – спрашивает с прищуром, а мне становится не по себе.

Отворачиваюсь от этой девочки и понимаю, что мне стыдно, но я буду не Злата Березина, если признаюсь в этом.

– Да ладно тебе, – говорит совершенно безобидно Соня. – Мотька злой просто, вот и ходит по дому на костыле да бурчит себе под нос, как ты его называла.

– Боже, что это за обращение – Мотька, – кривлюсь только от самого произношения.

– Эй, полегче, – осекает меня Соня так, что я даже замираю. – Ты сейчас о моём брате говоришь. И называть его так могу только я. Для тебя он Матвей. Ну или бомж, – хихикая, добавляет.

– А тебе домой, случайно, не пора? – спрашиваю у гостьи.

– Нет пока.

– А ты не хочешь проводить меня в душ? – снова задаю вопрос в надежде на то, что Соня согласится. – Тёть Люся с дядей Савой уехали куда-то, а я не могу больше терпеть это жжение.

– А кто тебе мешает сходить самой? – непонимающе смотрит на меня Соня, а я только глаза закатываю. – Ой, блин, или ты из этих, которые по девочкам?

– Что ты несёшь? – подскакиваю со стула. – Вы здесь совсем все идиоты? Я же не прошу тебя со мной в душ заходить. Мне только чтобы ты постояла рядом. Не хочу больше встречаться с вашим быком.

– Тю, так Борька на лугу ещё, – выдыхает Соня. – Но я, чесслово, подумала, что ты из этих. Фу, противно даже.

Она передёрнула плечами и сделала такое лицо, что я, вместо того чтобы обидеться, засмеялась.

– Так сходишь со мной?

– Пошли, – кивает Соня и спрыгивает с подоконника. – Тут подожду тебя.

От радости, что я смогу смыть с себя всю усталость сегодняшнего дня, собираю сумку для душа. Только в этот раз вместо пижамы с шортиками достаю брюки и футболку с длинным рукавом.

Здесь, оказывается, не делают заборы, разделяющие сады соседей, а между дворами вообще калитки есть. Это же как тут жить можно, если вся твоя жизнь на виду? Почти вся. Только основной двор может быть огорожен, как у тёти Люси с дядей Савой. Да и то, оградой это сложно назвать. У них такие щели между досками, что рука свободно пролазит.

Это всё я успела узнать от тёти утром, а после ещё долго рассматривал всё вокруг. А чем ещё заняться здесь, если связи нет. Интернета тоже. И оказалось, что даже мой ноут тут бесполезен. Я так по-идиотски себя ещё не чувствовал ни разу.

Несколько раз хотела попросить у тёти Люси позвонить папе и попросить хотя бы какие-то привилегии, но быстро останавливала себя.

Но я что-то придумаю. Сегодня просто слишком стрессовый день для моей психики, я ещё не адаптировалась. А вот завтра начну строить план, как вернуться домой побыстрее.

Что там сегодня сказал дядя Сава: я здесь на исправительных работах. Чтобы вспомнила свои корни.

Вот и начну вспоминать. Я могу быть хорошей, когда нужно.

– Ну ты скоро там, – кричит с улицы Соня.

– Выхожу уже.

Подходя к саду, у меня задрожали ноги. Всё же страшно, когда на тебя смотрит огромный бык. Оглядываюсь по сторонам, что не остаётся незамеченным.

– Не переживай ты так, – говорит Соня. – Я же говорю, Борька ещё на лугу. Сейчас с тобой постою, чтобы куры с индюками тебя не съели, и пойду за ним.

– И не боишься ты его? – спрашиваю, не понимая, как её родители не боятся давать ухаживать за таким монстром.

– Да что его бояться? – улыбается она. – Борька у нас ручной.

– Ага, я так и поняла.

– А кто же тебе виноват, что ты вопить начала да убегать от него, – уже в открытую хохочет Соня. – Вот он и подумал, что ты с ним поиграть решила.

– Да, обалдеть, у вас здесь развлечения, – отвечаю и снова чувствую неловкость.

– Иди давай, а я пойду вон туда, под яблоню, – Соня указывает куда-то вглубь сада. – Как покупаешься, крикни. Проведу обратно.

Киваю ей и захожу в душ. И снова неожиданность. Если утром вода была чуть ли не ледяная, то сейчас она кипяток.

– Это просто издевательство какое-то, – шиплю себе