Приват для Крутого. Трилогия - Екатерина Ромеро

– Так, ну что, молодые: быстро вы, конечно… Савелий, не обижай жену! Не обижай, понял меня? Нет, нет, все нормально! Ты просто опустил Дашу ниже плинтуса, а теперь хочешь отмыться? Не выйдет ни…

На этом моменте микрофон у Валеры отбирают, и я опускаю глаза. Не плачь, пожалуйста, только не здесь, не сейчас, не когда на тебя все смотрят.

– Ганс, выведи Валеру на воздух, он устал! – командует Крутой, и Валера выходит.

– Не обижайте его.

– Да кому он нужен?

Обстановка напрягается, и ее разряжает Леша, который пришел позже всех после продленки.

– Это ты его пригласил? – спрашиваю Крутого, он коротко кивает:

– Да, он часть Прайда.

– Спасибо.

Вот кому я точно рада. Леша. Этот мальчик меня защищал, он очень добрый и отзывчивый и сейчас тащит в руках какую-то поделку из дерева.

– Поздравляю со свадьбой! Это вам.

Целую его в пунцовые щеки, Леша пожимает Крутому руку.

– Не надо было ничего приносить, но спасибо.

– А что это?

– Это кормушка для птиц. Мы на труде делали, у меня лучше всех получилась. Учитель сказал повесить в доме, и, когда счастье появится, птицы начнут прилетать.

Это было мило и очень трогательно. Меня эта кормушка впечатлила больше, чем все эти подарки от других гостей, вместе взятые.

– Это очень красиво!

– Я желаю вам жить в любви и счастье.

– Спасибо, маленький.

– Иди за стол. Вера, пусть рядом с тобой сядет!

– Конечно, Савелий Романович, конечно.

Остаток вечера проходит быстро, и у меня дико просто начинает болеть голова. Я устала, с непривычки столько внимания, что хочется залезть в скорлупу.

– Можно твоего мужа украсть на танец?

Это Кира, и она все же подходит, когда темнеет.

Красивая, со своим шикарным декольте. Кира смелая, и она не боится Савелия, в отличие от меня.

– Нельзя, – коротко отвечает Крутой, и Кира уходит. Кажется, она хотела сделать мне больно, хотя у нее не вышло. Хоть с ней, хоть без нее я чувствую себя ужасно.

Как назло, ставят медленную музыку, и Савелий поднимается, протягивает руку мне:

– Пошли потанцуем.

Вижу, как на нас все глазеют, потому коротко киваю. Мы выходим в центр зала, это танец жениха и невесты. Савелий держит меня руку, нежно прижимает к себе.

Я плохо двигаюсь, платье слишком пышное, и я просто хочу отсюда уйти. И чтоб меня не называли крысой если не открыто, так взглядом, ведь это чувствуется как удар ножом.

Мы танцуем, и да, я обещала не плакать, но слезы все равно потекли по щекам. Опускаю голову, прячусь невольно за широкую грудь Савелия.

– Устала, Воробей?

– Да, очень.

– Тогда поедем домой.

– Еще торт не вынесли.

– Ты хочешь его?

– Нет.

– Тогда зачем терпеть?

– Незачем.

Я не хочу быть здесь у всех на виду, но и домой ехать мне страшно. Первая брачная ночь. Обычно молодожены ждут ее, но только не я и не после всего, через что Он меня провел.

Мы танцуем этот танец молча, и на секунду мне кажется, что все как раньше. Я просто танцовщица, а Савелий – мой босс, в которого я влюблена по уши. И все так невинно и чисто, нежно, трепетно, это все у меня впервые.

А после я предаю его – и все ломается. Лопается моя безопасность, точно мыльный пузырь. Я его предала. Меня обвинили даже в том, чего я не делала, и теперь я стала женой того, кто меня ненавидит, чтобы мой теперь муж тире палач защитил меня от публичной расправы.

– Молодые, горько!

– Ну все, оставьте их в покое! Им и так есть чем заняться!

– Ну да, брачная ночь все-таки. Дашка, первым чтоб был пацан, поняла?

– Все, идите делайте детей уже!

Кажется, это говорит изрядно захмелевший Ганс. По правде, я впервые вижу его настолько выпившим. Мы все устали, и я хочу домой. Сильно.

Словно чувствуя мой настрой, Савелий берет меня за руку, и, коротко попрощавшись, мы уходим. Да, под предлогом делать детей, но ведь это свадьба. Мы дико устали, я вижу, что Савелий тоже вымотался. Это был тяжелый день рождения нашей семьи.

Когда доезжаем домой, я едва не падаю, выйдя из машины. Сломался каблук, конечно, вовремя.

– Ой…

– Иди сюда.

Савелий ловко подхватывает меня на руки, и мы входим в дом. Он заносит меня прямо в нашу спальню и только там отпускает.

Начинаю нервничать, на часах почти десять. Детское время, но все же мы здесь. Как муж и жена теперь. Впервые.

Жадно хватаю воздух, смотрю на Савелия, подняв голову. Если дам слабину, он поймет. Увидит сразу, а с другой стороны – какой реально у меня выбор? Я же сама согласилась на это, так что, Даша, тебе пора бы уже привыкнуть. Просто, мать твою, сожми зубы и терпи.

Глава 22

Ганс

Крутой устроил свадьбу, пышную, роскошную и, конечно, сейчас не по средствам. Это было сделано специально напоказ, чтобы все видели: Савелий обозначил позицию, Даша теперь своя. Она его жена и неприкосновенна для всех, кроме него самого.

Крутой пошел на это, чтобы восстановить статус крысы в Прайде, вот только память так быстро не стирается, и я знаю, что Даше будет нелегко.

Да, Савелий поменял часть охраны, убрал тех, кто тогда были в бильярдной, но остальные все равно знают, на каком дне Даша была еще совсем недавно, и, по сути, фактически ее пока еще не оправдали.

Свадьба прошла относительно спокойно, потому что, по правде, нас очень хорошо охраняли и Крутой максимально беспокоился о безопасности в клубе. Мы были наслышаны о том, какой треш был на свадьбе Бакирова, так что у себя повторения такого не хотели.

Потому молодые никуда не выезжали на фотосессию, потому весь праздник проходил в клубе, за закрытыми дверями. Снаружи стояла охрана. С автоматами в руках.

Невеста не рыдала, но и радости там не было никакой. Я понятия не имею, как они жить теперь будут вот так, как муж и жена, когда между ними просто горы обид и они продолжают делать друг другу больно.

Как по мне, лучше бы Крутой Дашу отпустил, просто оставил ее в покое, хотя в то же время сам понимаю, что рано или поздно наши бы ее нашли.

Крысе не дали бы жить, так что мой босс принял правильное решение. Единственное, что меня беспокоит, – Мамай. Он все еще не пойман, а это значит, что и рядом с Савелием опасно.