Эгоистичная принцесса - Ада Нэрис
Именно в этот момент, когда внимание было притуплено усталостью и ослепляющим туманом, из белизны вырвалась последняя угроза. Возможно, это был один из преследователей, сумевший на мгновение пробиться сквозь магический шум, или же ловушка, заранее расставленная в этих местах культом. Из гущи тумана, бесшумно и стремительно, метнулся не теневой снаряд, а нечто более осязаемое — сгусток тьмы, принявший форму короткого, изогнутого клинка из чёрного, как ночь, льда или застывшей тени.
Он был нацелен в спину Рэйдо, который шёл, почти ничего не видя и не чувствуя из-за опустошения. Но Скарлетт, шедшая чуть впереди и обернувшаяся, чтобы проверить его состояние, успела заметить движение. Решение было мгновенным и неосознанным. Она резко рванулась, чтобы оттолкнуть его, подставить себя под удар, или просто оказалась на пути.
Клинок из тьмы вонзился ей в бок, чуть выше талии. Не было громкого звука, лишь приглушённый, влажный шлёпок, когда магическая конструкция встретилась с плотью. Боль была не острой, а тёплой, разливистой и невероятно глубокой, будто внутрь влили расплавленный свинец, смешанный с ледяной гнилью.
Её реакция была характерной: не крик, не вопль. Она издала сдавленный, хриплый стон, больше похожий на выдох, и её тело согнулось пополам. Рука инстинктивно вцепилась в место удара, и пальцы тотчас же стали мокрыми и тёплыми. Но даже сквозь волну накатившей тошноты и темноты в глазах, её воля не дрогнула. Она немедленно попыталась продолжать движение, сделать шаг, оттолкнуться от этой боли, как от стены. Однако нога подкосилась, и она бы рухнула, если бы не его рука, которая внезапно обрела железную хватку.
— Скарлетт! — его голос, хриплый от усталости, прозвучал резко, почти яростно. Он увидел всё: её движение, удар, тёмное пятно, расплывающееся на её тёмной одежде.
— Ничего… Идём… — выдохнула она сквозь стиснутые зубы, но её лицо было белым как мел, а губы приобрели синеватый оттенок. Ранение было серьёзным. Магическое, от клинка тьмы. Оно не просто резало плоть — оно отравляло, высасывало силу, холодной тяжестью расползалось внутри.
Первая вынужденная зависимость наступила в тот же миг. Рэйдо, забыв на мгновение о своём собственном изнеможении, резким движением перехватил её, практически взяв на себя её вес. Он обхватил её за талию, стараясь не касаться раны, и почти понёс, заставляя её ноги перебирать, просто чтобы не волочить её по земле. Она, стиснув зубы до хруста, пыталась помогать, но её тело предательски слабело с каждой секундой. Теперь он был не просто союзником, прикрывающим тыл. Он был её костылём, её единственной опорой в буквальном смысле. И он, сжав челюсти, нёс эту ношу, его истощённая магия уже не могла помочь, оставалась только физическая сила и та самая железная воля, что не позволяла ему упасть самому.
Они брели так, казалось, вечность, хотя на самом деле прошло не более получаса. Ледяной туман начал понемногу рассеиваться, но это не принесло облегчения. Они полностью потеряли ориентацию. Знакомых деревьев, троп, намёков на дорогу — ничего. Только бесконечные, похожие друг на друга исполинские стволы, завалы из упавших великанов, поросших мхом, и густой, непролазный подлесок. Небо, если оно и было где-то выше крон, не просматривалось. Они шли наугад, и каждый шаг мог уводить их ещё дальше в дебри.
Рэйдо чувствовал, как последние силы покидают его. Ноги стали ватными, в глазах плясали чёрные точки, а дыхание вырывалось из груди прерывистыми, хриплыми рывками. Нести её дальше было невозможно. Идти самому — тоже. Он остановился, прислонившись спиной к огромному, седому от лишайников валуну, и осторожно, почти опустил Скарлетт на землю, прислонив её к тому же камню. Она уже почти не сопротивлялась, её сознание плавало где-то между болью и шоком, глаза были полузакрыты.
— Дальше… невозможно, — прошептал он, глядя на неё, а затем окидывая взглядом окружающий мрак. — Нужно укрытие. Сейчас.
Он заставил себя оторваться от камня и, держась за стволы деревьев, сделал несколько шагов в сторону, высматривая что-нибудь. И тогда его взгляд упал на него — тёмный провал у подножия другого, ещё более массивного валуна, частично скрытый свисающими корнями и зарослями папоротника. Это была не пещера в полном смысле, а скорее глубокая ниша, образованная нагромождением камней, уходящая под нависающую каменную глыбу. Вход был низким, но внутри, как ему показалось, было пространство.
Собрав последние силы, он вернулся к Скарлетт, и, уже не церемонясь, насколько это было возможно в её состоянии, на руках перенёс её к этому провалу. Он вполз внутрь первым, протащив её за собой. Внутри пахло сыростью, землёй и холодным камнем, но было сухо и, что важнее всего, скрыто от посторонних глаз.
Он устроил её на относительно ровном участке земли, сняв с себя свой плащ и подложив под неё. Только теперь, в относительной безопасности этого каменного укрытия, на них обоих нахлынуло полное осознание ситуации. Они были в ловушке. Глубоко в незнакомом, враждебном лесу. Он — магически истощён до предела. Она — тяжело ранена и без сознания. Ни провизии, ни воды, ни лекарств. Никакой связи со своими. Никакой надежды на быструю помощь.
Они были абсолютно одни. И ночь, холодная и долгая, уже подступала к входу их импровизированного убежища, неся с собой не только темноту, но и новые, неизвестные опасности этого древнего места. Впервые за всё время их противостояния и сложной игры они оказались не по разные стороны баррикады, а в одной лодке, которая дала течь посреди бушующего океана. И от того, смогут ли они теперь, в этой крайности, найти в себе силы не просто выжить, но и помочь друг другу, зависело всё.
Глава 11
Тишина в каменной нише была густой, тяжёлой, нарушаемой лишь прерывистым, хриплым дыханием Рэйдо и слабым, поверхностным дыханием Скарлетт. Сознание, отягощённое шоком и истощением, медленно возвращалось к нему, принося с собой леденящее понимание их положения. Они не просто заблудились. Они были ранены, истощены и отрезаны от всего мира в самом сердце древнего леса, кишащего враждебными силами. Паника была бы роскошью, на которую не оставалось сил. Оставался лишь инстинкт — инстинкт выживания.
Сначала нужно было оценить ресурсы. Рэйдо, преодолевая волны тошноты и головокружения от магического истощения, заставил себя осмотреться. Ниша была небольшой, около трёх шагов в глубину и двух в ширину. Каменные стены, сырые на
