Хозяйка Дьявола - Катерина Траум
Распорядитель поставил бойцов друг напротив друга на расстоянии вытянутых рук, и каждый встретил соперника уважительным наклоном головы. Была ли это принятая здесь вежливость или желание самих рабов, Сандра не знала, а задавать глупые вопросы больше не хотела. Наконец прозвучал гонг, и схватка началась.
Деон начал движение первым, медленно обходя соперника по кругу и вынуждая поворачиваться вслед за ним. Он не спешил делать выпад клинками, словно примеряясь, какой кусок от этого кабана отрезать для начала, а какой оставить на десерт. Но и на расстоянии было видно, как напряжено его тело – будто пружина, готовая разжаться в любой момент. Голем оскалился и, приняв классическую для боя с холодным оружием стойку «плугом», сделал пробный выпад, направив клинок к горлу противника.
Удар был принят на скрещенные саи, а вот откинуть назад руку Голема Деону оказалось явно сложнее, чем он рассчитывал, – мышцы на его плечах вздулись от усилия. Сандра торопливо отпила из бокала, с удивлением заметив, что тот уже почти пуст. Сколько бы раз ей ни говорили о непобедимости Дьявола, она нервничала и не могла ничего с этим поделать. Закусив виски помадой с собственных губ, она не дыша следила за набирающим темп поединком.
Не став ждать новых пробных замахов от Голема, Деон обрушил на него шквал быстрых колющих выпадов, которые соперник едва успевал принимать на клинки. Оказалось, что саи идеальны в обороне – боевой зубец попадал на изогнутую гарду и не мог достичь цели. Арену заполнил непрерывный звон стали, перекрывавший все крики зрителей.
– Хочет его вымотать, – тихо усмехнулся в бороду Барлоу, опрокинув в себя виски, и вновь наполнил все три бокала на столике. – Удачи, парень. Голем и не таких ел на завтрак: устанешь быстрее него.
Сандра сглотнула, боясь отвести взгляд от поединка и одновременно страшась смотреть. Ей казалось, что лезвия мелькали у боков и головы Деона уж слишком близко, и, когда после нового неудачного выпада клинок Голема практически прочертил по предплечью противника, тихо ахнула.
– У сай не заточено тело зубца, это же не шпага, а вилы, – тут же склонившись к ее уху, успокоил Джон. – Сандра, от царапины твой раб не упадет… Больше того, он должен дать себя ранить. Иначе какой всем интерес смотреть? Это поединок, а не забой скота.
Она судорожно кивнула. Умом понимала все, а усмирить частивший от волнения пульс не могла. Деон неожиданно сблизился с противником и, когда тот принял удар на скрещенные саи, взятым в обратный хват за зубец вторым оружием ударил Голема снизу по челюсти.
Громкий хруст огласил потерю рабом пары зубов, и тот отклонился назад, на мгновение потеряв ориентир в пространстве. Сандра затаила дыхание: вот же идеальный момент. Мало того, достаточно было ударить не рукоятью, а самим острием, проткнуть горло – и делу конец. Все закончилось бы за пять минут.
И не дало бы нужного всем результата.
Деон вернулся в начальную позицию, выставив саи и открыто ухмыляясь в лицо сопернику. Голем рыкнул и сплюнул в сторону кровь, окрасившую его рот алым, а песок мерзкими каплями, смешанными со слюной.
Сандра спешно прижала к носу платок и зажмурилась, прячась под полями шляпы. Этого она больше всего боялась – ей казалось, что прекрасно знающий о ее слабости Рори смотрел из своей ложи прямо на нее с мерзкой жалостью…
Вдох, выдох. Поднявшаяся в желудке волна понемногу утихала от запаха мяты. В ушах стоял стальной звон, а она все пыталась избавиться от пробудившихся в памяти картинок со стонущим отцом, чтобы продолжить наблюдение за боем. И тут громкий животный рык заставил ее тревожно вскинуть голову.
Она пропустила этот момент – когда Голему удалось-таки прочертить острием саи прямо по шее Деона. Чудо, что тот увернулся от смертоносного удара и сумел вывести его в скользящий. Но резаный след остался – из вспоротой раны сочилась кровь и упрямыми дорожками текла по его груди, распространяя металлический запах смерти. Сандра едва не задохнулась, зажимая нос платком.
Не сразу, а лишь спустя несколько пропущенных ударов сердца она поняла: тошнило не столько от вида багряных струек на смуглой коже, сколько от страха, что Деона ранили. Веселящийся на другом конце дивана Барлоу отметил это, отсалютовав своему рабу бокалом виски. А Сандра стиснула кулаки, сдерживая желание выплеснуть свой стакан в его довольную рожу.
Как вообще можно радоваться чужой боли?! Психованные ублюдки! Улюлюкающие со своих мест, подбадривающие к продолжению боя зрители сейчас казались графине не лучше первобытных обезьян. Она беспокойно посмотрела на Деона, стараясь не обращать внимания на его грудь, окрашенную кровью, ища следы его тревоги. Если он будет ранен всерьез… или начнет проигрывать… как, черт побери, это выдержит ее совесть?
Раб – оружие в руках господина. Он не несет ответственности за себя и свои деяния, лишь выполняет приказы. Приказ драться, приказ убивать, приказ показать людям зрелище… Чем она лучше скотины Глашера, превратившего мальчика из трущоб в этого монстра, готового резать глотки за право жить? Чем она лучше Рори, выращивающего таких же парнишек и наплевавшего на их боль?
Никакие деньги не стоили отвращения к себе, которое накрыло плотным одеялом и не давало дышать.
Осознание пришло вместе с новыми ударами клинков – выпад, блок, новый разворот и снова отступление. Поединок казался изящным танцем, если не знать его последствий. Сандра вновь наклонила голову, чтобы снять очки и вытереть слезу в уголке глаза. Сантименты тут точно не к месту, но понимание своей ответственности за происходящее не давало ей успокоиться. Каждый новый шрам на этих телах – ее вина. Это она будет отвечать в Судный день перед Господом за всю сегодняшнюю боль.
А поединок лишь набирал обороты. После очередного выпада Голема Деон внезапно перекатился по песку, не приняв удар блоком, и воткнул зубец саи точно в икру противника, пройдя насквозь через плоть.
Арену огласил вопль. Не став задерживаться, Дьявол уже вытащил клинок и отскочил на безопасное расстояние, дав Голему момент, чтобы совладать с собой. Из глубокой колотой раны хлынула кровь, но раб не позволил себе упасть на колени и упрямо вытянулся во весь рост, даже не зажав дыру в ноге. Выдержка у него и впрямь отменная. А вот Сандра со страдальческим всхлипом зарылась носом в платок, борясь с позывами желудка и появившейся во рту горечью, смешанной с терпким виски. Кошмарное сочетание!
Рана не давала Голему двигаться с прежней
