Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 8 - Евгения Владимировна Потапова

— Вот припадочная, — проворчала Матрена.

Иван подхватил ее завывания и принялся раскачиваться в разные стороны.

— Чего ты на них пялишься, бери сетку и потянули, — велела старушка. — Да и ты, косолапый, не зевай. Бери в свои меховые варежки вон тот край. Подготовить все надо, а не жалом водить в разные стороны.

Вой и гул стоял просто жуткий, даже уши стало закладывать. Матрена наложила свое вязание на сетку Ивана. Они сплелись между собой и стали единым целым. Мы стали тянуть сеть в разные стороны. Она легко растягивалась и становилась все больше и больше.

Вдруг стало тихо, замолчали даже Леська с Иваном. В безмолвной тишине церковь резко ушла под землю. Разлом затянулся, словно его кто-то быстро зашил.

— Накрывай, накрывай быстро, — загрохотал бес.

Леська с Иваном подхватили со своей стороны края и рванули в разные стороны. В течение нескольких секунд вся земля была покрыта сеткой. Она сначала стала бурой, как засохшая кровь, затем начала раскаляться докрасна, а потом заполыхала сине-желтым огнем. Мы стояли и смотрели на это зрелище.

Под нами вздрогнула земля, и кто-то внутри громко застонал. Огонь исчез так же быстро, как и появился. Сетка тоже пропала, словно и не было ничего. Перед нашим взором предстала голая угольная земля с остатками старого кладбища.

— Господи, спаси и сохрани, — перекрестилась Матрена.

Леська хмыкнула и потопала вниз с горы. Иван последовал за ней. Светик принял свой человеческий облик и растерянно на нас озирался.

— Всё, что ли? — спросила я у Томаса.

— А ты еще что-то хочешь? Или ты ожидала адские языки пламени, вырывающиеся из-под земли?

— Что-то типа того, — ответила я.

— Ну, простите, кина не будет, кинщик спился, — усмехнулся Шелби и исчез.

— Фееричненько, — сказала я.

— Пошли ужо, небось, все поминки профукали, — проворчала Матрена. — Может, хоть кутья с пирогами осталась. А то чей-то после всего этого жрать хотца не по-детски.

Мы отправились все вместе вниз.

— А что я могу делать в таком виде? Какие у меня способности? — спросил Светик у нас.

— По деревьям будешь лазить и улья разорять, вот все способности, — потроллила его старушка. — А еще спиной чесаться о березки и дубки.

— Серьезно? — расстроился здоровяк.

— А я почем знаю? Это твои способности, у меня таких нет, — пожала плечами Матрена.

Она прибавила шагу. Я припустилась за ней.

— Смотри, сейчас ливень начнется. А ливни тут такие, не то, что у нас, — сказала бабушка.

Успели добежать до крайнего дома, когда на голову нам полилась вода. Вбежали в чужие сенцы.

— Переждем и пойдем, — сказал Светик. — Надеюсь, хозяева нас не погонят.

— Долго вам ждать придется, — открылась дверь в дом. — Теперь на сутки дождь зарядил. Проходите, чего в сенях мерзнуть, — проскрипел грубый стариковский голос.

Пришлось нам заходить в избу.

Глава 7–8

Вот такое место

Друг за другом вошли в хату. На нас сразу пахнуло чем-то кислым, то ли капустой квашеной, то ли щами, а может и тем и другим. В доме было немного душновато. Вся наша компания заняла собой полностью прихожую. В дверном проеме стоял высокий, здоровый старик, который чем-то напоминал вековой дуб. Взгляд у него был проницательный и цепкий.

— Чего топчемся в прихожке? Разувайтесь и проходите. Сейчас чаю пивнем, да пирожком поминальным закусим, — сказал он, — Меня дед Егор зовут.

— Здравствуйте, — ответила я, — Меня Агнета.

— А я Светозар.

Я стала стаскивать мокрые сапоги с кусками прилипшей грязи. Посмотрела на обувь и вышла в сени. За мной последовал Светик. Матрена свои боты выставила за дверь. На удивление у нее обувка была почти сухой и чистой.

В прихожку со здоровяком зашли уже босиком. Матрена уже щебетала на кухне с дедом Егором. Она кокетливо смеялась и что-то отвечала на его шутки. Мы переглянулись со Светиком, и пошли на голоса.

Кухня была весьма уютной: небольшая печка с плитой, стол, буфет, холодильник, лавка и пара табуреток, мойка в углу и советская сушилка над ней, короткие занавески с вышивкой на окнах и половички на полу. Сам хозяин разливал по чашкам густой ароматный чай. На столе в пакете лежали пироги и свернутые блинчики. У меня в животе заурчало от голода. Светик сглотнул слюну.

— Щи трехдневные есть. Будете? — спросил дед Егор.

— Как-то неудобно, — пожала я плечами.

— А чего это неудобно? — удивился старик. — Не было бы, то и не предлагал бы. Не переживайте, не последнее. У меня запасы хорошие. Морозилка большая в той комнате стоит, да погреб забитый всякими закрутками. К тому же ко мне не каждый день гости приходят. Так, что садитесь за стол, а я вас кормить буду.

Он достал из холодильника большую кастрюлю со щами, банку с грибами, банку с огурцами солеными и банку с квашеной капустой. Кастрюля отправилась на плиту греться. Из банок по небольшим мисочкам были разложены соленья. Откуда-то вынул мешок с сухарями и пакет с хлебом.

— Сметаны только у меня нет. Майонез могу предложить, — пробасил он.

— Если можно, — попросил Светик.

— Можно, — улыбнулся дед.

— Такой старый, а зубы все на месте, — тут же отметила я про себя.

— У нас тут экология хорошая, да и живем на земле, вот и зубы целые, и старость нас не берет, — ответил он на мои мысли. — Матрена, а ты же покойницы Царевой Верки сестра?

— Угу, — кивнула старушка, отхлебнув немного горячего чая.

— А чего ты к ней раньше не ездила?

— По той же причине, что и она ко мне, — усмехнулась Матрена.

— А вы с той самой турбазы? — переключился на нас старикан.

— Да, — кивнул Светик.

— Поговаривают, что там всякие странности происходят.

— Какие? — спросила я.

— Да всякие, то народ пропадает, то резко все заболевают, то еще какая-то ерунда.

Он налил нам щей в тарелки и поставил перед каждым на стол.

— Вас тоже водили в заброшенную церковь? — поинтересовался дед Егор.

— Ага, только мы не дошли, — ответил Светик.

— Гиблое место, туда даже птица не залетает, а по ночам оттуда всякие разные странные звуки доносятся. То вроде младенчик плачет, то женщина причитает, то девка кричит, а то старик о помощи просит.

— А вы откуда знаете? — спросила я.

— Так я же рядом с горой живу, да бессонницей мучаюсь. Выйду ночью воздухом подышать, а оттуда всякое и слышится, и в пустых глазницах окон свет от свечи мелькает.

— Может, там какие-то обряды кто проводит, или людей мучают и пытают, надо было полицию вызывать, — сказал Светик, запустив в рот ложку с супом.

— Ну да, а я-то и