Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 13 - Евгения Владимировна Потапова

— И вы не будете мне говорить, что я сама виновата?

— Нет, — помотала я головой, — вы в этом не виноваты.

Алёна откусила кусочек пирожка, и вдруг слёзы снова потекли по её щекам. Она быстро вытерла их тыльной стороной ладони, смущённо икнув.

— Вот опять. Как дура.

— Слёзы — это нормально, — я подвинула к ней коробку бумажных салфеток. — Особенно когда долго держишь всё в себе.

Она кивнула, шумно высморкалась и сделала ещё один глоток чая.

— Простите, — вздохнула она, — просто столько всего на меня навалилось в последнее время. Каждый день какие-то неприятности и мелкие, и крупные, и даже вот до вас сегодня я не смогла нормально доехать.

Я решила пока не всматриваться в нее, а дать гостье возможность выговориться.

Я сама во всем виновата

Алёна откусила еще немного от пирожка.

— Вы меня простите, я так есть хочу. Я сегодня и не обедала. Пока детей отвезла к бабушке, пока туда-сюда, и вот уже надо бежать на автобус, — она отхлебнула громко чай. — Ой, простите.

— Да что же вы всё время извиняетесь, — поморщилась я. — Вы ничего такого плохого не делаете. Ешьте спокойно, не торопитесь и не извиняйтесь.

— Мне муж говорит, что я ем, как свинья.

Я с удивлением на нее посмотрела.

— Нет-нет, он у меня хороший, но вот в последнее время я действительно стала есть неаккуратно.

— Как маленький ребенок, — улыбнулась я.

— Ну нет, не настолько, — она рассмеялась, и кусочек пирожка вылетел у нее изо рта и упал ко мне в чашку с чаем.

— Ой, простите, — она покраснела.

— Какой оригинальный презент, — улыбнулась я, вылавливая пирожок из чая.

— Ну вот видите, — вздохнула она смущенно.

Прошка сидел на спинке дивана и внимательно рассматривал гостью. Когда я выловила размокший кусочек из чашки, он спрыгнул и потребовал его отдать ему.

— Держи, милый друг, — протянула я Прошке кусочек пирожка, и он с радостью схватил его зубами, утащив в угол.

Алёна смотрела на кота с облегчением.

— Хоть кто-то оценил мой подарок, — пошутила она, но в глазах всё ещё читалась неловкость.

— Ну хватит переживать, — махнула я рукой. — Чай можно налить новый, а вот такие забавные моменты запоминаются надолго.

Она снова рассмеялась, на этот раз уже свободнее.

— Спасибо, что не осуждаете. Дома я постоянно чувствую, что всё делаю не так: то ем неаккуратно, то говорю громко, то слишком быстро хожу…

Улыбка сразу слетела с ее лица, и она посмотрела в окно.

— Я так от этого всего устала, — вздохнула Алёна. — Мне порой кажется, что на меня навалилась бетонная плита и давит, давит сверху.

— Когда это все началось? — спросила я.

— Не знаю, — пожала она плечами.

Я вылила из стакана испорченный чай, налила новый и предложила обновить чашку Алене.

— Нет, спасибо, у меня еще есть. Вкусный у вас чай, — кивнула она. — Я не могу вспомнить тот момент, когда все началось. Может, тогда, когда я потеряла свой телефон, а может, когда порвала колготки на работе, а может, со сломанной кофеварки. Сначала это были какие-то мелочи — опоздание на работу, ушедший из-под носа автобус, потерянные на проезд деньги. А потом неприятности стали расти — потерянные на работе документы, разбитые и исчезнувшие телефоны, стычки с коллегами, выговор от шефа.

— То есть все началось с работы? — уточнила я.

— Да нет, конечно, и дома были мелкие неприятности — разбила кружку, постирала белую рубашку сына с красным полотенцем, и как я его там не заметила, ума не приложу, спалила кастрюлю. Я практически всю посуду пожгла, в смысле ту, что ставят на плиту. Я даже ухитрилась спалить электрический чайник.

— Тоже на плиту поставили?

— Угу. Представляете, какая я стала рассеянная. Мне тогда так страшно стало, что я могла спалить весь дом, но благо все обошлось. На меня так муж орал — жуть, как только он меня не обзывал. Но в целом он был прав, и он сильно напугался.

— А вы? — спросила я.

— И я тоже, — кивнула Алёна. — Я тогда побежала по врачам голову проверять. Решила, что у меня началась ранняя деменция или еще какое-то психическое заболевание.

— Но врачи сказали, что у вас все в порядке.

— Совершенно верно, не совсем, конечно, все, выписали успокоительное и посоветовали немного отдохнуть, — отпила немного чая из чашки.

Алёна поставила чашку на стол, и её пальцы слегка дрожали.

— Я взяла отпуск на работе. Думала, отдохну, приду в себя. Но вместо этого дома началось то же самое. То я забываю выключить воду, то оставляю ключи в двери, то падаю на ровном месте, — Она сжала ладони в кулаки. — А муж… Он ведь правда хороший. Просто он не понимает. Говорит: «Соберись, тряпка! Ты же взрослая женщина, а ведешь себя как растяпа!» И я пытаюсь, честное слово, пытаюсь. Но чем больше стараюсь, тем хуже получается.

Я молча протянула ей печенье. Она машинально взяла, разломила пополам, но есть не стала.

— А потом, — голос её стал тише, — я начала забывать слова. Стою, смотрю на чайник и не могу вспомнить, как он называется. Или вдруг в разговоре замру — и всё, мысль улетела. Муж смеётся: «Ну ты даёшь, Алька, совсем крыша поехала!» А мне не до смеха. Мне страшно.

Прошка, словно почувствовав её напряжение, подошёл и ткнулся мордой в её ладонь. Алёна автоматически почесала ему за ухом, и уголки её губ дрогнули.

— У тебя не крыша поехала, — твёрдо сказала я. — Ты просто истощена. Не физически, а… внутри. Когда последний раз ты делала что-то просто для себя? Не для мужа, не для детей, не для работы — для себя?

Она подняла на меня глаза, будто вопрос её ошеломил.

— Я… не помню.

— Вот и ответ. Ты — как перегоревшая лампочка. Вроде и целая, а света уже не даёт.

Алёна вдруг резко вдохнула, и её глаза наполнились слезами.

— Боже, как же это точно. Я будто бегу по кругу, и нет выхода.

— Выход есть, — я налила ей свежего чая. — Но для начала перестань извиняться. За еду, за разбитые кружки, за забытые слова. Ты не виновата в том, что тебе плохо.

Она вытерла ладонью щёку и вдруг фыркнула:

— Даже за то, что уронила пирожок вам в чай?

— Особенно за это, — рассмеялась я.

Прошка, воспользовавшись моментом, стащил со стола печенье. Но в этот раз я его не ругала.

— Я так поняла, что муж тебя не поддерживает? — спросила я.

— Поддерживал раньше, а потом тоже устал от всего этого. К тому же у него