Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 12 - Евгения Владимировна Потапова

— А потом я поняла, что они хотят, — продолжила Дарина. — Они хотят, чтобы я ушла. Чтобы я оставила все: семью, ферму, блог. Они говорят, что я больше не принадлежу этому миру, что я должна умереть и забрать с собой детей.

— Дарина, — осторожно начала я, — ты говорила об этом кому-нибудь? Мужу? Врачу?

Она покачала головой.

— Кто поверит? — сказала она с горькой улыбкой. — Они скажут, что я сошла с ума. И, может, они правы.

Я молчала, пытаясь осмыслить ее слова. Вначале все выглядело как классическая депрессия, а теперь было похоже либо на помешательство, либо на что-то магическое.

— Ирина — моя приятельница дала ваш адрес и велела срочно ехать к вам. Сказала, что вы можете мне помочь.

— Я попробую, но обещать ничего не буду, — кивнула я.

Я подлила нам с ней в чашки еще горячего чая и задумчиво стала ее рассматривать. Однако ничего такого по своей части я не наблюдала.

— Надо посоветоваться с помощниками, — подумала я. — Может чего подскажут, но отпускать я ее пока не буду.

Глава 3–4

Кого ты привела в дом?

Я продолжала задумчиво разглядывать Дарину. Она снова ушла в себя, ее взгляд был отрешенным, устремленным в одну точку. Я нащупала в кармане колоду карт Таро, но не торопилась их вытаскивать.

— Так, дорогая, я сейчас кое-куда схожу и приду к тебе. Ты пока никуда не уходи, — сказала я, поднимаясь со своего места.

Она даже не повернулась ко мне.

— Как в коконе, — подумала я. — В каком-то вакууме.

Я накинула пуховик на плечи, сунула ноги в сапоги и поспешила домой. Там поднялась к себе наверх, прихватила лампу со стола и вернулась вместе с ней обратно в летнюю кухню. Поставила ее на стол, ожидая хоть какой-то реакции на это произведение искусства. Однако Дарина продолжала смотреть в одну точку.

Я зажгла лампу, и мягкий свет разлился по комнате, озаряя лицо Дарины. Ее глаза, казалось, все еще были где-то далеко, но я заметила, как зрачки слегка дрогнули, словно свет едва коснулся ее сознания. Я села напротив нее, положив колоду Таро на стол рядом с лампой.

— Дарина, — тихо позвала я, — ты здесь?

Она медленно моргнула, словно возвращаясь из далекого путешествия. Ее взгляд скользнул по лампе, потом остановился на картах.

— Что это? — ее голос был тихим, почти безжизненным.

— Это то, что может помочь, — ответила я, аккуратно перемешивая колоду. — Ты готова?

Она не ответила, но ее пальцы слегка дрогнули, словно пытаясь ухватиться за что-то реальное. Я стала выкладывать на стол карты рубашками вверх, периодически поглядывая на волшебную лампу. Колоду положила на стол рядом с собой и приготовилась читать карты.

Вдруг что-то ударилось в стекло, и я вздрогнула, переведя на мгновение свой взгляд на окно. Когда я снова взглянула на карты, то обомлела — все они были изорваны в клочки и испачканы в чем-то склизком и мерзком.

Прошка стоял на верхней полке, выгнув спину, и на кого-то громко шипел. Однако в комнате я никого не видела, но зато видел он. И если он не торопился спускаться вниз — это было чем-то или кем-то опасным.

Я тихонько выругалась, взяла совок для угля, тряпку и стала собирать в него рваные карты. Колоду было жалко, все же такие вещи не три рубля стоят, к тому же она отлично показывала всякие магические вещи.

Осторожно собрала все клочки карт в совок, стараясь не касаться склизкого вещества, которое их покрывало. От него исходил странный, неприятный запах — что-то среднее между гнилью и химикатами, этакой сладостью формалина. Содержимое совка и тряпку я кинула в огонь в печке.

Прошка продолжал шипеть, его шерсть стояла дыбом, а глаза были прикованы к пустому углу комнаты.

— Что ты там видишь? — прошептала я, чувствуя, как по спине пробежал холодок.

Кот не ответил, конечно, но его поведение говорило само за себя. В комнате было что-то невидимое, что-то, что он воспринимал как угрозу. Я взяла новую тряпку и попыталась стереть странную слизь со стола, но она словно сопротивлялась, оставляя после себя липкие, темные разводы. Пришлось все засыпать солью. Сомнений не оставалось — на Дарину кто-то что-то навел, здесь не было психиатрии, тут орудовали другие силы.

— Дарина, — обернулась я к ней, — ты видишь это?

Она сидела все так же неподвижно, но теперь ее глаза были широко раскрыты, и в них читался ужас. Ее губы дрожали, словно она пыталась что-то сказать, но не могла выдавить ни звука.

— Дарина, — я подошла к ней и осторожно коснулась ее плеча. — Что происходит?

Она резко вдохнула, словно вынырнув из глубины, и прошептала:

— Оно здесь... Оно всегда здесь...

— Что здесь? — спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

— Тень, — ее голос был едва слышен. — Она следует за мной. Она хочет...

Она не закончила, потому что в этот момент лампа на столе начала мигать, а затем погасла совсем. Комната погрузилась в полумрак, и я почувствовала, как воздух вокруг стал тяжелым, словно наполненным чем-то невидимым, но осязаемым. Шар лампы с характерным звуком стал покрываться мелкими трещинами. Пластиковые окна в момент заледенели и покрылись инеем.

— Какая прелесть, — только и смогла сказать я.

Из ящика стола достала коробку спичек и попыталась зажечь одну из стоящих свечей. Однако мне не удалось это сделать: оба подсвечника полетели в стену, а коробок покрылся слизью. Огонь в печи загудел, и в комнату из топки повалил черный дым.

— Это что еще за новости?! — сказала я сердито.

Дарина вся затряслась, закатила глаза и свалилась кулем на пол. Я бросилась к ней, но едва успела сделать шаг, как что-то невидимое с силой толкнуло меня в грудь. Я отлетела к стене, ударившись плечом, и едва удержалась на ногах. Воздух в комнате стал таким густым, что дышать было почти невозможно. Черный дым из печи клубился, заполняя пространство, и я почувствовала, как в горле запершило от едкого запаха гари.

— Дарина! — крикнула я, но она лежала без движения, ее тело подергивалось в странных, неестественных судорогах.

Прошка, все еще шипя, прыгнул на стол и начал метаться по комнате, постепенно увеличиваясь в размере. Его глаза светились в полумраке, как два зеленых огонька.

— Надо выбираться отсюда, иначе мы угорим, — пронеслось у меня в голове.

Я попыталась подняться, но в этот момент лампа на столе окончательно треснула, и осколки стекла разлетелись во все стороны. Я пригнулась, прикрывая лицо руками, и почувствовала, как