Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 11 - Евгения Владимировна Потапова

— Добрый день. Старший лейтенант Комаров, — представился он. — Предъявите документики.

Он сунул нос в щель между стеклом и дверью.

— Как-то пахнет у вас тут подозрительно, — сказал он, втянул он в себя воздух из салона.

Я перевела взгляд на пассажирское сиденье. Шелби уже не было, но на его месте валялась початая бутылка самогонки.

— Омывайка закончилась, пришлось заливать другую жидкость, — хмыкнула я и протянула старлею документы.

— Вас, богатых, не поймешь, — нахмурился он.

Было видно, что гаишник мне не поверил.

— Багажник откройте, пожалуйста, — попросил он.

Пришлось вылезать из теплого дурно пахнущего салона и выходить на трассу, на пронизывающий ветер. Подошла к «капоту» и принялась открывать его.

— Это не багажник, — заметил мужчина.

— Это «Запорожец», — хмыкнула я, — У него всё по-другому.

— Точно, — хлопнул он себя по лбу и улыбнулся, — А я уже подумал, что нужно звать понятых.

Открыла крышку багажника и продемонстрировала его содержимое.

— Ага, хорошо, — кивнул он, — Держите свои документы, и купите нормальную омывайку. Вон там на перекрестке продают рядом с вениками.

— Да, спасибо, — поблагодарила я его и улыбнулась, забирая документы.

— Доброго вам пути.

— И вам, — кивнула я.

Запрыгнула в машину, включила поворотник и выехала на трассу. Рядом со мной появился Шелби.

— Ну и чего ты пропал? — хмыкнула я, — Опять украл у кого-то что-то?

— Да, — довольно ответил он, потряхивая бутылкой коньяка, — Настоящая паленка, это тебе не дрянная самогонка, от этой ослепнуть можно. Вещь убойная в прямом смысле слова. Один товарищ другому в подарок вез.

— Специально?

— Да шут его знает, — пожал плечами Шелби.

— Ты прямо ангел-спаситель, — хихикнула я.

— Нет, — помотал он, — Кому-то же исчезновение бутылки не понравится. Все равно гадость сделал.

— Ты только не кидай ее здесь, а то мало ли, а потом кто-нибудь отравится, — предупредила его я.

— Кидать я и не собирался, а тот, кто подберет чужое, сам себе враг, — спокойно ответил Шелби. — Не трогай чужое и не притянешь к себе чужие неприятности.

Он сунул бутылку в карман своего длинного пальто. Я свернула с трассы и поехала по обычной проселочной дороге, матерясь и подскакивая на каждой яме и кочке. В поселке с дорогами дела обстояли получше, но они были покрыты коркой льда. Ехала, как по минному полю, боясь сильней разогнаться. Добралась до больницы и остановилась около входа.

— И чего дальше делать? — спросила я Шелби, — В городской больнице меня бледный ангел встречал или его гориллы, а тут я войду в приемный покой, скажу: «Здрасьте, я новый жнец» и стану косой размахивать?

— Вон этот, как его, хирург стоит, кого-то выглядывает. Давай с ним поздороваемся и спросим, — предложил он.

— Ага, «Здрасьте, я Настя, пришла заметка про вашего мальчика». Человек пальцем покрутит в лучшем случае и фигню всякую подумает.

— Ой, Агнета, хватит причитать и всякую ерунду нести в массы. Идем уже, на месте разберемся.

Я подхватила свой рюкзак и вышла из машины.

— Добрый день, — я подошла к пожилому доктору и улыбнулась.

Он глянул на меня мельком.

— Здрасьте, — буркнул он, — Приемный покой дальше, а передачи принимают с другой стороны, — он махнул рукой куда-то в сторону и продолжил дальше кого-то высматривать.

— Альберт Сергеевич, вы не узнали меня? — спросила я с улыбкой.

— Альберт Семенович, — поправил он меня, — Я вас оперировал? — Он посмотрел на меня с сомнением.

— Нет, я Агнета Владимировна.

Доктор зафиксировал на мне взгляд, нахмурился и начал копаться у себя в воспоминаниях.

— Там какая-то мутная история с руками? Новый врач в поликлинике, которая пропала через неделю и никто про нее не помнит, — нахмурился он. — Меня после вас пытались выпроводить на пенсию, думали, что крыша съехала от старости. Но так как у нас нехватка персонала, оставили. Вот только Зина вас еще запомнила и мне верит. Но у нее еще фантастичнее рассказ, чем у меня, то про ангела какого-то рассказывает, то про демона.

— Агнета, по ходу, это наш клиент, — из воздуха материализовался Шелби.

От неожиданности доктор шарахнулся от него в сторону и чуть не упал.

— Вы бы поосторожней были, голубчик, — заботливо его подхватил под руку Шелби. — Тут скользко. Было бы нехорошо сломать руку или ногу на крыльце собственного лечебного заведения.

Альберт посмотрел на меня с удивлением, затем снова на дорогу.

— Кого вы там выглядываете? — поинтересовался Шелби, — Мы уже здесь. Агнета, доставай.

— Может лучше в больнице ее достать? — спросила я с сомнением.

— Там нам могут и не дать этого сделать.

Я вздохнула, полезла в карман и вытащила брелок, который в одно мгновение превратился в роскошную черную косу с серебристыми переливами и знаками. Полотно лезвия отразило зимнее солнце. Альберт Семенович как-то побледнел и схватился за сердце.

— Держи его, а то он сейчас рухнет, — скомандовала я Шелби.

— Ох и не ожидал я, что сегодня смертушку свою встречу, — простонал доктор.

— Не ваша пока, не переживайте, вы еще живы, а я по душам тех, кто уже помер, — ответила я, — Я тебе говорила, что на улице этого делать не надо, — обратилась я к Томасу.

— Ну кто же знал, что он так среагирует, — пожал он плечами, — Эй, дядя, — похлопал он по плечу доктора, — Всё хорошо. Первый раз что ли?

— Да, — честно ответил Альберт Семенович. — Мне позвонили по телефону и сказали, чтобы я встретил важных гостей. Но я не думал, что это вы.

— Это мы, — осклабился Шелби, показав ровный ряд острых зубов.

— Ой, — заглянул с любопытством Альберт Семенович, — Сколько у вас зубов. Это сколько же надо денег на их лечение.

— Не переживайте, они у меня не болят. Ну, показывайте свои владения. Что у вас там: реанимация, морг?

— Морг есть, реанимация — одна палата, вот хирургическое отделение меня беспокоит. Сестры жалуются, что по ночам кто-то бродит и вздыхает, — кивнул Альберт Семенович.

— И как я пойду по отделению, где лежат живые люди? — спросила я, — Давайте сначала в морг.

— Простите, а можно кое о чем вас спросить? — немного смутившись сказал доктор.

— Да, конечно.

— А вы живая или мертвая, вы человек или какая-то сущность?

— С утра была живой, — хмыкнула я, — Я обыкновенная женщина, которая сунула нос не в свое дело и теперь иногда подрабатывает жнецом.

— А вот то, что про вас никто не помнит, кроме меня и Зины, это нормально? — спросил он.

— Я думаю, еще пара человек меня точно до сих пор помнят, — хмыкнула я, — И да, это нормально. Я уже немного подзамерзла, может пройдем в помещение?

— Да-да, идемте, — кивнул доктор.

Мы прошли через приемный покой и направились куда-то в сторону по коридору.

— Вам