Неправильный попаданец - Катэр Вэй

Голый. И… настоящий я! Моё родное тело: без складок на животе, без отвисших боков, с подтянутыми мышцами ног, пусть уже и с поседевшими волосками. Мощные руки и плечи — я даже согнул руку, напрягая бицепс, чтобы ощутить его упругость.

Переведя взгляд вперёд, я обнаружил трон — жутковатое сооружение из собачьих голов, с клыкастыми оскалами и остекленевшими глазами. На нём восседала… миловидная особа — если не смотреть выше шеи. Всё идеально, даже сочно: изящная фигура, одежда, которая скорее возбуждает, чем скрывает. Но лицо… Это даже не лицо. Тупо собачья морда. Ужас. Анубис с сиськами! Получается, египтяне нам врали?

«На клык-то ей не дашь…» — проскочила мысль. — «Хотя как раз только на клык и получится. Ах-ха-ха. А потом — к хирургу сразу».

— Милый! — облизнувшись, проговорила она. — Я буду с тобой очень нежна! — клацнула она зубами. — Хирург не потребуется! Идеальная ампутация гарантирована.

— Петруша, не слушай её! — мысленно позвал я соседа по голове.

— Он тебя не услышит! Тут только ты и я. Интимная обстановка! — она опять облизнулась, и меня передёрнуло от отвращения.

— Я бы предпочёл слово «приватная», — я постарался мило улыбнуться и поднялся с пола. — Поговорим?

— Не ты, не твои друзья не смогут сбежать от моей армии! Но ты можешь присоединиться ко мне.

— Давайте не будем горячиться. Ничего страшного не произошло ве…

— Ты уничтожил одиннадцать тысяч моих верующих! — взревела она, резко поднявшись. — Это, по-твоему, ничего страшного⁈

— Я так полагаю, лично убить меня вы не можете? — рискнул я пойти на опасный ход.

— Отчего же? Вполне могу! — она щёлкнула пальцами — и меня придавило к полу. Кости затрещали, дыхание перехватило, будто на грудь навалился бетонный блок.

Через мгновение всё закончилось: я мог дышать, боль исчезла. Собрав глаза в кучку и резко поднявшись, я увидел невероятную картину.

Мой хомяк. Ростом не уступающий мне. Его «мухоловки» стали ещё больше — и их теперь не две, как раньше, а одиннадцать. Эдакая рыже-зелёная гидра. Когти — по полметра, красные горящие глаза, морда — предельно сосредоточенная.

Он стоял ко мне спиной, между мной и Собиной. Мне пришлось сделать несколько шагов вбок, чтобы лучше его рассмотреть. Богиня замерла, вцепившись в подлокотники трона. Костяшки её пальцев побелели, а из носа потекла тонкая струйка крови.

— Деймон⁈ — неверующе отпрянула она, прижимаясь к спинке трона.

Мой хомяк дёрнул головой.

— Пушистик? — я заворожённо смотрел на этого крупного «слонёнка». — Ты что, братан? Стероидов переел?

— Пик-пук! — хомяк коротко покачал головой.

— Настолько слабая связь, но он при этом пришёл к тебе, — продолжала изумляться пёсья сучка. — Феноменально. Я не видела деймонов с момента слияния вселенных. Как?

— Смерть откладывается? — ответил я вопросом на вопрос.

— Ты будешь моим! — зарычала собачка, а Пушистик напрягся всем телом.

— Не трону я твою зверюшку! — не совсем понятно, к кому она обращалась, но что-то подсказывало: явно не ко мне. — Здесь не трону. Толя, а ты знаешь, что иметь своего деймона — это не благость, а наказание?

— Уже понял, — с укоризной взглянул я на хомяка.

— О нет! Ты не понял! Пока не понял, но скоро поймёшь, — она кровожадно улыбнулась.

Мир моргнул — и я обнаружил себя висящим вниз головой. При этом что-то до безумия давило мне в мягкое пузико.

«Дьявол! Я опять в теле Петруши!»

Лежу на плече Андрея — прямо на его латах, которые безжалостно вжимаются в мои «мягкости».

Хомяк материализовался у меня над головой и дал мне затрещину. Лёгкую, но крайне обидную.

— За что⁈ Жопа ты пушистая! — заголосил я — и через секунду уже стоял на земле.

От резкой смены положения голова закружилась, и я плюхнулся на задницу.

— Пик-пук! — завизжал хомяк, появляясь передо мной.

— Да ты достал! «Пик-пук», «пик-пук»! Нихрена не объясняешь: закидываешь в разломы, потом сваливаешь в закат. Я ничего не делал! У Петруши спроси! Она сама нас нашла!

— Ты меня пугаешь! — раздался голос Клима. — Какой Петруша? Кто тебя нашёл? Ты о чём?

— Пи-пи-по, по-по-пик. Пис-пус-по, по-пю-па. Пок-по-по, по-по-пик, — застрекотал хомяк.

— Хомяк вещает, — начал я уставшим голосом, словно переводчик на скучной конференции, — что по нашему следу пустили всю планету. Благодаря великой мохнатке… Ай! — Я получил отцовский лещ от Пушистика. — Благодаря великому деймону, местная сука-богиня нас не видит. Но великий не вечен. Кто выдохнется раньше — неизвестно.

Или богиня устанет держать разломы, или Пушистик нас прикрывать. Но нам в любом случае надо валить — и подальше.

— Долго я был в отключке?

— Пару минут! — ответила за всех Света. — Ты стонал и кричал… — Она смущённо потупила взгляд.

Я приподнял бровь, не понимая, отчего она так реагирует, но решил не уточнять. Может, ей неловко из-за моих воплей? Ладно, не до этого сейчас.

Двинулись мы скоро — под мат, ругань и писк хомяка. Направление Пушистик немного изменил, но солнце по-прежнему светило нам в спину. Только сейчас я заметил, что хомяк слегка подрос. Если не присматриваться — и не заметишь, но разница всё же была.

— Петя, ты тут? Проверка связи! — позвал я мысленно.

— Да, дядя Толя! — последовал незамедлительный ответ. — Вы куда-то пропали. Ваше сознание вырвали из тела — даже воспоминаний я не вижу. Что случилось? Пушистику пришлось прервать свою трансформацию. Он очень злой на вас.

— Ахренеть! Он злой? Пускай эта мохнатка идёт куда-нибудь… Блин, маленький ты ещё… Пускай просто идёт.

— Так а где вы были?

— Местная богиня польстила своим появлением. Соблазняла, но не поддался я на провокации.

Забег наш продолжался до самого заката. Любопытно, что я мог бежать — да, едва дышал, но мы мчались уже который час подряд. Клим каждый час бил мечом в щит, добавляя нам сил, но дело было не только в этом. С возвращением Пушистика мои ресурсы явно возросли — и физические, и магические.

Сейчас бы проверить на «котиках», точнее на собачках… На сколько увеличилась моя сила? Но ни пациента, ни времени на «операцию» не было — оставалось лишь догадываться и бежать.

Местный пейзаж угнетал. Сколько бы мы ни бежали, вокруг простиралось одно и то же: не то поле, не то пустыня — но без песка. Камни, изредка земля, всё в жёлто-оранжевых оттенках. Ни единой травинки, ни кустика. Про деревья я вообще молчу — ими даже не пахло.

Солнце начало клониться к горизонту, а температура стремительно падать. Вспомнил особенности пустынь — и поёжился. Впрочем, тут же успокоил себя: с нами сотня волков, так что замёрзнуть нам не суждено.

Последние лучи осветили на горизонте