Семь жизней Лео Белами - Натаэль Трапп
– Отлично, – произносит она таким же безучастным голосом.
Словно произошедшее не имеет ни малейшего значения.
Пока мы бредем по улицам Вальми, освещенным сразу и фонарями, и звездами, я принимаюсь мечтать, будто мы уже очень далеко. Будто мы уехали из этого проклятого города. Будто мы взрослые со своей жизнью, работой, заботами. Будто мы живем в другом, большом, городе, где возможно все. Будто началась совершенно новая жизнь. Взамен той, что есть у нас сейчас.
– Ты когда-нибудь думала, какой будет жизнь через десять лет? – спрашиваю я у Белинды.
Она вздыхает.
– Постоянно.
– Ты будешь работать в сфере кино. Поселишься в каком-нибудь крутом месте, не то что Вальми. Многого добьешься и будешь жить так, как хочется. Будешь выпускать всякие странные фильмы. Артхаус, но с отвязными штуками внутри.
Усмехнувшись, Белинда кивает и говорит, что не против, если все сложится именно так.
– Все может сложиться ровно так, как этого хочешь ты, – произношу я вдруг посерьезневшим тоном.
Белинда пристально смотрит на меня. Улыбка стирается с ее лица, а взгляд за очками затуманивается.
– Через десять лет… – мечтательно повторяет она. – Остается не так уж и много времени…
Судя по тому, как подрагивает голос Белинды, она пытается скрыть волнение и беспокойство. Мне хочется обнять ее и сказать, что бояться нечего. Но вместо этого я только криво улыбаюсь ей и очень неуверенно мямлю:
– Знаешь, время не стоит воспринимать слишком всерьез…
* * *
Домой я прихожу совершенно без сил. Странно, но в гостиной никого. В кухне на дверце холодильника меня ждет записка, нацарапанная маминым почерком:
Лео, не волнуйся, мы в кино. Если ты голодный, в холодильнике есть еда.
Целую, мама
Несколько секунд я неподвижно стою почти в состоянии шока. Родители в кино?! Такое я слышу впервые в жизни. Чепуха какая. Папа ненавидит выходить из дома. А мама слишком устает, чтобы куда-то идти после рабочего дня. Что за шутки такие? Неужели им есть чем заняться вдвоем в городе?
Терзаясь вопросами и сомнениями, я поднимаюсь к себе в комнату. Прокручиваю в голове прошедший день. Думаю о фотографиях Даниэля Маркюзо. Двадцать три десять – время, когда Джессика Стейн в последний раз появлялась в кадре. О Марке-Оливье Кастене, также известном как Бобби. Вспоминаю полный ненависти, обиды и грусти взгляд, которым он просверлил меня, когда я назвал имя его бывшей девушки.
Придавленный внезапной усталостью, я ложусь на кровать и закрываю глаза. Лица из прошлого мелькают на экране моих век, словно персонажи пантомимы. Кто из них ни при чем? Кто виноват? Я уже ничего не понимаю.
Возникает и образ Белинды. Я слышу ее тихий дрожащий голос, которым она пригласила меня на школьный праздник. Правильно ли я сделал, что согласился? Может быть. Наверное.
Как только эта мысль возникает у меня в голове, я чувствую, что в кармане джинсов вибрирует айфон. Сообщение от Валентин.
Читая его, я понимаю, что весь мир смыкается вокруг меня. Словно я снова попал в подобие временной бреши. «Черт… Когда же это закончится?» – думаю я, отбрасывая телефон на другой конец кровати. Я закрываю глаза, чтобы отвлечься, ни о чем не думать, погрузиться в пустоту и расслабиться.
Несколько секунд, пока телефон тоже не переходит в режим сна, на экране высвечивается сообщение:
Чао, мой Лео. Может, завтра вместе пойдем на праздник? Худшая идея всех времен или нет?
Обнимаю!
Пятница
12
06:18
Я просыпаюсь от пронзительного звонка будильника. Старого: с двумя колокольчиками и молоточком, который болтается туда-сюда. Приоткрыв глаза, я вытягиваю руку из-под одеяла и ударяю кулаком по орудию пыток. Невыносимый трезвон тут же прекращается. За окном начинается новый день. Солнце встало, но рассвело еще не до конца.
Закрываю глаза и снова засыпаю.
06:52
Резко просыпаюсь от грубого стука в дверь. Она так и сотрясается от чьих-то ударов. Кажется, что от такого напора дрожат даже стены.
– Эй! Подъем! – раздается мужской крик.
Я выпрямляюсь в кровати, пытаясь понять, в каком измерении оказался. Где я? Который час? Какой сейчас год? И главное: кто я сегодня?
– Иду, сейчас!
У меня изо рта вырывается тонкий слабый голос. Женский. Я медленно встаю, и мои подозрения подтверждаются: парень не стал бы носить голубую шелковую ночнушку. Я оглядываюсь вокруг. Что-то не так. Обычно все совсем по-другому.
Стены в комнате оклеены пожелтевшими выцветшими обоями, которые отваливаются на стыках. Ни одного постера. Где плакаты с Indochine или Милен Фармер, где афиша «Голубой бездны»? В этой каморке нет ничего подобного. На письменном столе у кровати ни одного диска или кассеты. Даже книг нет, если не считать школьные учебники.
Мебель старая, обшарпанная, грязная и побитая. На стенах следы сырости: длинные подтеки от пола до потолка. На этот раз я попал не к Рокфеллерам.
Я меряю шагами несколько свободных квадратных метров. К мозгу медленно поднимается паника. В висках начинает стучать прилившая кровь. Я открываю шаткий деревянный шкаф с плохо привинченными дверцами, где, вероятно, хранится моя одежда.
Внутри висят три жалких наряда. Старые полинявшие платья в цветочек прямиком из семидесятых. На мгновение я задумываюсь, не случилось ли новой ошибки в моих перемещениях во времени. Может, я не в 1988 году? Может, я проснулся на десять лет раньше? Может, на этот раз я окончательно потерялся во временны́х искривлениях?
Смешные наручные часики на запястье показывают шесть пятьдесят две.
Кровь в голове пульсирует еще сильнее. Мне нужна секунда на раздумья, но страх оказывается сильнее меня. Я уверенным шагом подхожу к столу и выдвигаю верхний ящик. Среди бумаг и разной мелочи я нахожу косметичку.
– Отлично, – произношу я вслух.
Открываю сумочку, в которой лежат несколько карандашей, кисти и круглое зеркальце размером не больше ладони. Я подношу его к лицу, и в этот момент у меня начинают дрожать ноги, а желудок сжимается в комок. К горлу вдруг подступает тошнота, и я, кажется, вот-вот упаду в обморок.
Но мне все же удается успокоиться и снова сесть на кровать.
Хорошая новость в том, что я не потерялся во времени. Я в Вальми-сюр-Лак. В 1988 году.
Плохая новость в том, что сегодня я проснулся в теле Джессики Стейн.
И что, если мои расчеты верны, сегодня вечером
