Золотарь. Путь со дна - Игорь Чиркунов
Когда я его увидел, он стоял склонившись, уперевшись руками в коленки восстанавливая дыхание. Его окружил пяток горожан, рассказывающих какой он молодец, но как надо было бы по их мнению действовать.
Ага! «Диванные войска» подтянулись. Интернета здесь нет, вот и приходится местным «стратегам» разглагольствовать в корчме или вот так — подойдя после драки.
А ему всё же досталось! На обоих предплечьях расплывались багровые пятна — видимо всё-таки пришлось подставлять под удары. Синяк будет и на плече, причём знатный — прилетело приятелю от души.
— Ну как, живой? — спросил я приятеля, когда подошёл достаточно близко.
— А вот, милые дамы, и Гынек, мой друг! — долетело со спины.
Я обернулся.
Пивчик торопливо шагал сюда же, мелкими шажками, поминутно оглядываясь и указывая рукой как опытный экскурсовод. Наверно, показывая дорогу.
Приотстав от него на полшага шли две… девушки? Дамы?
Первая точно была взрослой и, судя по головному убору, замужней дамой лет за двадцать пять. Не очень высокая, я бы сказал — дородная, широкой кости женщина, со смеющимся и даже каким-то детским лицом.
Вторая… На вторую я загляделся. Лет ей было наверно как и мне. Стройная. Сквозь котту без пояса талия скорее угадывалась, но она там точно была. Бёдра, грудь — не чрезмерные, но… такие соблазнительные. Наконец я смог поднять взгляд к лицу. Ну… Что сказать? Не «ах, я потерялся в ваших глазах», но вполне миловидное, открытое. С серыми, чистыми глазами. Я бы сказал — без печали вечных забот, что я видел на лицах многих горожанок.
Видимо я слишком долго задержал взгляд на ней, девушка ответила своим, а я… Я почему-то взгляд отвёл!
И тут же напоролся на взгляд Пивчика! Тот взирал на меня с какой-то смесью изумления и… страха?
— Ой! — он даже с шага сбился. Остановились и его «подопечные».
— Вы не чувствуете, милые девушки? Как будто дерьмом завоняло? — Пивчик скорчил озабоченную рожу и за озирался по сторонам, словно выискивая источник запаха.
Старшая при этом посмотрела на Пивчика с осуждением, типа как можно при дамах говорить о таком? Зато младшая… вот гадство! Лицо младшей перекосило брезгливостью и отвращением!
Сук! Я чуть не скрипнул зубами. Можно подумать ты, лапуля, в туалет розами ходишь?
И пока я наливался злобой, Пивчик, тварь такая, сделал вид что только что заметил меня, весь скривился и зажал себе нос!
— Так вот же! — указал он на меня второй рукой. — Вот источник зловония! Дамы, пойдёмте, пойдёмте обойдём! — засуетился он, стараясь обвести «подопечных» вокруг меня.
Ах ты, гад!
Старшая, покосившись на меня без каких-либо эмоций продолжила сердито взирать на Пивчика, а вот вторая… Та и впрямь взглянула с брезгливостью.
Впрочем, ей в этом вовсю помогал Пивчик:
— И кто его сюда пустил? — бормотал он, спешно увлекая дам по широкой дуге вокруг меня. — Вы только поглядите! Он наверно вообще не моется! Вон, вон, гляньте! Да у него в волосах какахи застряли!
Такого я сдержать не смог и дёрнулся, сжимая кулаки.
Но этот скунс тоже шагнул мне навстречу, выпячивая бочкообразную грудь.
— Что, хочешь получить? — заголосил он, изображая героя. — Думаешь не стану о твою говняную рожу марать руки? Не боись, я-то потом отмоюсь!
Ну тварь, всё! Мне плевать на последствия…
Я собрался, на рефлексах старого сознания вскидывая руки, в голове вспышкой осветилась картинка: подшаг по диагонали, левой обозначаю в лицо. Прямо в глаза. А правую ввинчиваю ему прямиком в печень…
Но сделать ничего не успел, ибо откуда-то из-за спин дам, вышагнула настоящая «горилла»: коренастый, хоть и не высокий мужик, неопределённого возраста, превышающий мои габариты как питбуль болонку.
Но не габариты заставили меня остановиться. Лицо. Я недаром вспомнил питбуля — лицо у громилы было именно как у бойцового пса. В шрамах. Грубое. А в холодных глазах я разглядел вырытую могилку и свою тушку в ней. Никогда не видел глаза убийц, но мгновенно понял — это они и есть.
— Ну-ка проваливай!
Громила вроде бы несильно толкнул меня в грудь, но я отлетел на пару шагов, с трудом не потеряв равновесия.
— Эй! Эй! — донёсся до меня, словно издалека голос Гынека. — Это мой друг! Что тут происходит?
Но я, как в замедленном кино прилип взглядом к лицу молодой спутницы Пивчика. Она смотрела на меня со смесью брезгливости и испуга!
И этого-то взгляда я не выдержал.
Плевать на Пивчика. И даже на невесть откуда взявшуюся «гориллу» плевать! Под рубахой, на поясе, приделанный параллельно, чтоб не мешал сгибаться висел нож. Маленький, но если край — пару резов «горилле» я бы нанести успел.
Но выдержать такой взгляд девушки, которая в первую секунду даже понравилась я не смог. Поэтом у отступил ещё на шаг.
— Ладно, Гынь, — оглянулся я на приятеля и вновь повернувшись к Пивчиковой компании. — Поздравляю с выигрышем, но… Тут к тебе целая делегация… А я кое о чём вспомнил… Пойду я…
— Погоди… Ты чё? Куда? — кричал мне Гынек уже вслед.
Но я развернулся, и сосредоточенно пошагал вокруг рощицы, уходя от ринга, от приятеля и от серых глаз, в которых застыло омерзение.
Сердце сжимала злоба, скулы свело судорогой, а воображение строило картинки страшной мести Пивчику.
* * *
Сегодня ночью «объект» у нас с Прокопом был один, зато какой! Нижняя корчма!
Прокоп так и заявил, когда мы только вошли в город и стали расходиться по участкам:
— Ну, паря, сёдня не спи! Не то в храм божий вонючим пойдёшь!
Да, точно! Завтра ж воскресенье! В прошлый раз под воскресенье Прокоп подгонял меня всю смену, и то, в купальню с остальными вывозчиками едва успел. Чувствую, и сейчас будет торопить.
И торопил!
Сортир в нижней корчме был один, зато какой! Так сказать, на четыре «посадочных места», и просто с гигантской ямой. И она была заполнена зловонной жижей почти до верха!
Сначала мы даже черпали без лестницы — черпаки вполне доставали, и первую ходку с вёдрами мы сделали быстро.
Впрочем, голова была занята совсем другим.
Господи, ну за что мне всё это⁈ Почему? Почему эту тварь Пивчика тогда не взяли в корчму? Тогда бы я точно получил место в гильдии водоносов, и никто не тыкал бы в меня пальцем, зажимая нос и крича: «Говнарь!»
Возвращаясь назад я даже остановился
