Переворот с начинкой - Ирек Гильмутдинов

— Где подписать? — лицо Джамала озарила алчная улыбка.

— Вот здесь. — Пергамент появился на столе. — Вот тебе нож. Сделай надрез на пальце и оставь отпечаток.

— А как к вам обращаться? И куда их следует приводить?

— В порт Королевства Морских Глубин. Я буду ждать тебя там.

Джамал надрезал палец и приложил его к пергаменту. Лист вспыхнул алым пламенем и исчез.

— Как мне вас называть, господин?

— Морак Тар'нарок, — мужчина улыбнулся, и на мгновение над его головой проступили багровые очертания рогов.

***

Наших лошадей благополучно съели. Это стало для нас сюрпризом. Вот вообще выпало из головы. С другой стороны, может, это и хорошо. Они мучились от жажды.

Мы сидели у палатки и думали, чего нам делать. Когда мне в голову пришла идея.

— Перчик. Помнишь, я тот кристалл употребил?

— От голубазавра? — бельчонок отложил свой бутерброд с колбасой, на его мордочке появилось выражение профессионального интереса. Санчес, сидевший рядом, тоже отвлёкся от починки амулета, прислушиваясь.

— А что?

— А то, — я провёл рукой по воздуху, пытаясь поймать неосязаемую нить мысли. — Помнишь, через крыши прыгали, так вот, я пролетел куда дальше, чем планировал. А стихия ветра мне точно недоступна. Я проверил. И в драке с тем рогатым... я во время рывка перелетел его, хотя со мной никогда такого не было. Как будто сам воздух готов меня подхватить. Думаю, это он, кристалл. Но я не понимаю, как это работает. Как узнать, что за способность он мне дал и как ею пользоваться?

Перчик деловито обтёр лапки, его глаза сузились, у него такое часто бывает, когда он пытается что-то вспомнить.

— Так, слушай, Кай, — начал он, и в его голосе зазвучали нотки лектора, читающего вводный курс по теургии. — Кристалл — он не мануал в картинках. Он не пишет тебе в голову: «Поздравляю, ты получил способность «Видеть ночью как днём»». Он... меняет тебя изнутри. Встраивает в твою ДНК новые цепочки. А уж как ты на с ней срастёшься — твои проблемы.

Он прыгнул на ящик, на котором стоял магический фонарь, чтобы быть повыше.

— Способность — она как мышца. Сначала её нет, потом она есть, но слабенькая, и ты не знаешь, как ею шевелить. Чтобы понять, что за дар тебе достался, нужно его позвать. Сосредоточься. Не на мысли, например «Хочу силой воли сдвинуть стакан», а на ощущении. С учётом того, что оба случая связаны с полётом, да ещё к тому же кристалл от летающей твари достался. Смею предположить, это связано с возможностью летать.

Изо рта так и просилась фраза «ты мой капитан очевидность», но благоразумно промолчал.

— Вспомни, какое чувство ты в тот миг на крыше ощутил. Что заставило тебя прыгнуть дальше, чем ты планировал. Поймай внутри себя это чувство свободы от земли. И попробуй его воспроизвести. Обычно так люди и делали.

Я закрыл глаза, отсекая внешний мир: запах песка, дыхание ветра, приглушённое бормотание Санчеса. Я вспомнил тот миг, когда оттолкнулся от крыши и вместо того, чтобы парить по дуге, почувствовал, как падение замедлилось, превратившись в плавное скольжение. Я искал внутри ту самое «чувство», о котором говорил Перчик.

— И? — прошептал я, всё ещё концентрируясь.

— А теперь — самое сложное и самое простое, — голос бельчонка прозвучал прямо у меня в уме, тихо и настойчиво. — Перестань держаться за землю. Не ногами, дурень, душой! Расслабься и... отпусти.

Я не понял, что именно я должен отпустить. Но я перестал сопротивляться странному чувству невесомости, что начало подниматься из глубины грудной клетки. И в тот же миг мои ступни на долю секунды оторвались от песка. Я не прыгнул — я всплыл на ладонь, а потом с лёгким стуком опустился обратно в кресло.

Глаза у меня расширились.

— Вот чёрт... — я вскочил. — Кажись получилось.

— Вот именно, — довольно хмыкнул Перчик. — Активация — это полдела. Дальше — обучение. Начни с малого. Не пытайся сразу бороздить просторы, а то врежешься в скалу, и кто тогда будет мне вкусняшки готовить? Учись чувствовать дарованную силу. Воздух — он не пустой. В нём есть реки, восходящие потоки, вихри. Твоя способность, я смотрю, связана с ветром. Ты должен научиться их чувствовать кожей, слушать их свист в ушах, видеть их узоры даже с закрытыми глазами. Начни с левитации на высоту твоего роста. Потом — медленное движение вперёд. Потом — повороты.

Он тряхнул головой, а после добавил:

— Пф-ф, всё. Больше ничего во мне нет. Я пересказал диалог двух людей, один из которых съел кристалл, что он раздобыл в Орле. Дальше ты сам. Надеюсь, помог, — он спрыгнул и вернулся к еде.

Санчес, наблюдавший за этим, мрачно пошутил:

— Главное, далеко не улетай. А то я-то летать не умею, тебе по-любому за мной возвращаться. А пешком я топать не горю желанием.

Я не слушал. Внутри меня всё кипело, и весь мир наполнился музыкой ветра, которую я только что захотел научиться слушать. Я снова оторвался от земли, на этот раз уже на полметра, и медленно, как пузырь воздуха в воде, поплыл в сторону палатки. Путь предстоял долгий, но первый шаг — или первый взлёт — был сделан. Главный плюс — годы обучения у Фулгуриса. Концентрация и умение контролировать потоки, в данном случае поток воздуха, что я прекрасно видел магическим зрением. Уже через двое суток я носился по пустыне не хуже супермена. Мы даже на перегонки с Аэриданом устроили турнир, и я не победил. Он, когда понял, что мы летим вровень, воспользовался форсажем, а мне пришлось уйти резко влево, чтобы не попасть в радужный шлейф.

В общем, летать было здорово. Один минус. После каждого полёта, что длились минуту-две-десять, я хотел есть так, будто вообще никогда не ел. Мои, когда впервые увидели то количество еды, которое я съедал после первого полёта длительностью на километр туда-сюда, минут десять сидели в шоке и не в силах высказать своё изумление, они просто застряли у них в глотке.

М-да уж, не магия. Но как вариант в мире, где её вдруг не будет, иметь возможность летать тоже неплохо. Особенно если источник опустеет, можно свалить, главное, чтоб потом еда была. А то приземлишься после часа полёта скелетом, и некроманты за