Проклятие четырёх ветров - Нина Шевелинг
– Поверьте, это важно. И вы скоро поймёте почему. Что вы видите?
Кейт и Билли пригляделись.
– Ну, я вижу мужчину с бородой и в набедренной повязке, который присел на корточки, хотя и несёт что-то на плечах, – сказала Кейт.
– Что? – уточнил Гас. – Что у него на плечах?
– Мешок? – неуверенно предположил Билли.
– А что у него с лицом? – спросил Гас.
Кейт нахмурила брови и подошла ближе.
– Чудно́е какое-то выражение лица. Нет, подожди, у него щёки надуты. Как будто он… – Она замолчала. Не может быть. Или может? – Как будто он что-то сдувает. Сдувает! Дует! Господи, Гас! У него лицо точно такое же, как на том портрете, на твоём компасе!
– Погодите-ка, – вмешался Билли. – Вы же не всерьёз, правда?
– Боюсь, что шутки кончились, – Гас усмехнулся. – Позвольте представить: Эол. Бог ветров.
Билли и Кейт не сводили глаз со статуи. За годы на ветру она посерела, покрылась грязью и птичьим пометом, как и давно не видавший воды резервуар, в центре которого она стояла. Кейт, конечно, удивлялась, почему эта странная скульптура украшает двор старинного особняка. Но, поскольку весь Даркмур-Холл был набит такими же немыслимыми горгульями, картинами и прочими произведениями искусства, она не задумывалась об этом слишком надолго и уж точно не рассматривала её слишком придирчиво.
– Это ведь та самая статуя, которая разбилась, когда Августус ссорился здесь со старшим братом, да? – спросил Билли.
– Та самая. – Гас сиял, как довольный кот, и у Кейт появилось смутное ощущение, что он ещё не выложил свой главный козырь.
– Почему у него на плечах мешок? – спросила она. – И что в этом мешке? Он же, похоже, такой тяжелый, что Эол аж согнулся под его весом.
– Удивительно, правда? – ответил Гас. – Потому что в этом мешке на самом деле нет ничего, кроме… – его улыбка стала ещё шире, – воздуха.
Кейт и Билли лишь непонимающе уставились на него, и он продолжил:
– Ладно, вижу, нужно объяснить подробнее. Вы слышали легенду об Одиссее? Античном мореплавателе? – Ответом ему снова были лишь недоуменные взгляды. – Ну хорошо. Однажды Одиссей со своими людьми шёл по морю, и приплыли они на остров Эола. Там им встретился бог ветров. И когда они собрались плыть дальше, он дал им на прощание кожаный мешок, в который заточил четыре ветра. Теперь поняли? В мешке, который Эол несёт на спине, – ветры.
– Клянусь всеми святыми пикси, – пробормотал Билли.
Кейт ахнула.
– Ты имеешь в виду… – Ей пришлось собраться с мыслями, прежде чем продолжить. – Ты имеешь в виду, когда Августус написал в письме, что вернул амулет богу ветров, он говорил об этой статуе?
– Точно. По времени всё сходится. Он заказал в городе копию амулета. Камни-стекляшки по одному спрятал в разных местах. Потом уговорил своего друга Колина Кловера, сына каменотёса, спрятать настоящий амулет в обновленной скульптуре. И именно там, где, согласно легенде, находятся ветры. В мешке.
Кейт рассмеялась.
– Если это правда… то Августус принял совершенно гениальное решение!
– Как ты сказала на церковной башне: никому бы не пришло в голову, что амулет спрятан здесь. Он был у всех на глазах изо дня в день.
– И как теперь проверить, верна ли твоя теория? – спросил Билли.
Гас удивлённо посмотрел на него.
– Надо разбить статую. А как ещё? Подождите, я сейчас кое-что принесу.
Он побежал к каретному сараю и очень быстро вернулся с железным ломом.
– Вот эта штука нам подойдёт, да?
Он бросил последний взгляд на подъездную аллею, чтобы убедиться: за ними никто не следит. А потом с решимостью, которой Кейт никогда в нём не замечала, перелез через край фонтана, замахнулся и ударил по камню. Железный лом врезался в мешок на спине у Эола. Появилась выбоина, посыпались крошки. Гас опять замахнулся и изо всех сил обрушил металл на скульптуру. Он бил снова и снова, и казалось, что с каждым ударом он разрушает не только статую, но и разносит на куски ту раковину, в которую сам себя загнал.
И вот, с последним мощным ударом, бог ветров рухнул. Каменные обломки с грохотом посыпались на землю, поднялась пыль. И Кейт могла бы поклясться, что в этот момент по двору пронёсся особенно сильный порыв ветра, словно тот и впрямь дожидался, когда его выпустят из заточения.
Гас бросил лом и вытер рукавом пот со лба.
– Надеюсь, я не ошибся.
Он опустился на колени рядом с грудой камней и начал перебирать крупные и мелкие обломки статуи.
– Честно говоря, я его даже побаиваюсь, – шепнул Билли, повернувшись к подруге.
– И правильно делаешь, – улыбнулась она. – Он же всё-таки Гренвиль. Пойдём, поможем ему.
Они спустились в фонтан и тоже начали копаться в камнях. Но то, что они искали, нашёл, конечно же, Гас. Это оказался мешочек из чёрного бархата, весь покрытый серой пылью. Гас осторожно вытащил его из-под двух обломков и отряхнул, прежде чем благоговейно развязать шнурок. Наследник рода Гренвиль очень медленно достал то, что было спрятано в необычном тайнике сто лет назад.
– Клянусь могилой моей бабушки, – выдохнул Билли. – Знаю, я уже пару раз это говорил, но ничего прекраснее я в жизни не видел.
– Говори сколько угодно, – ответила Кейт. – Потому что ты каждый раз прав.
В руках Гаса мерцал и переливался амулет, и сомнений не оставалось – на этот раз они нашли тот самый, настоящий талисман. Четыре бриллианта – зелёный Борей, синий Эвр, жёлтый Нот и красный Зефир – сияли таким неистовым огнём, какого Кейт и вообразить не могла.
Гас достал из кармана компас и приложил его к углублению в центре – осторожно надавил, и компас с лёгким щелчком встал на место. Амулет ветров был собран.
Глава 30
Пришло махом…
Послышались тихие шаги. Кейт, Билли и Гас испуганно подняли головы, но было поздно. Руперт Джонс уже бежал вверх по подъездной аллее.
– Дети! – крикнул он, задыхаясь. – Как я рад, что нашёл вас! – Увидев их среди обломков статуи, он нахмурился. – Боже мой! Что тут случилось?
– Мы нашли сокровище, – выпалил Билли и радостно указал на амулет.
– Билли, помолчи! – зашипел Гас, пытаясь спрятать амулет за спиной. Но Джонс уже заметил его и медленно подобрался ближе. В его глазах что-то блеснуло, и Кейт снова показалось, что она увидела в них искры жадности.
– Значит, вы его всё-таки нашли, – пробормотал Джонс. – Где же он был?
Кейт замялась. Она посмотрела на Гаса,




