Сделка с навью - Елена Гринева
– Тогда почему я её не видел даже в нави?
– Не знаю, – она легкомысленно пожала плечами, присела на корточки и, достав из рюкзака клубок красной пряжи, улыбнулась, – мы найдём деревню, тебе даже не надо обращаться в ворона.
Афанасий мигом оказался рядом и принялся оглядывать клубок, как редкую диковинку:
– Это магический артефакт! Видел его у твоей матери Олеси. Клубочек для поиска из самой Москвы, которая славится своими чародеями
– Ага, мой личный навигатор, – улыбка Марьи стала шире.
Лука вздохнул и продолжил сборы. Он понял, что битва проиграна. Этот день будет безвозвратно потерян. В голове пульсировала назойливая мысль: «А вдруг девчонка права? Куда ещё им идти? Ему ведь вчера не удалось найти ведьмин дом. Если призрачная деревня существует, умеет исчезать и появляться, то это их шанс обнаружить следы колдовства Бажены, вычислить, где та прячется».
– Ладно, веди, – обречённо пробормотал он, затем перевёл взгляд на козла, – серебряное копытце, ты с нами?
Тот проблеял «Да» и засеменил за святошей.
И откуда в этом парнокопытном столько прыти?
Клубочек катился, Марьяна шла за ним следом, первая из их небольшой поисковой группы. Лука любезно пропустил её вперед, одарив недоверчивым взглядом.
Сейчас она уже жалела о том, что так упорно настаивала на своём, но ведь Динка из нави не зря показала деревню с «грустными людьми».
А может Марьяна слишком часто верит в знаки и предсказания?
В лесу становилось туманно и холодно. Солнце достигло зенита, и бледный жёлтый диск безмолвно нависал над ними.
Она оделась тепло, натянула куртку на свитер, но всё равно мерзла, погода казалась странной, вроде конец лета, но кончики пальцев успели озябнуть, пришлось их разминать, тереть друг о друга.
– И долго ещё идти? – Задумчиво спросил Афанасий.
– Потерпите немного, святой отец, – она натянула улыбку, но поймала мрачный взгляд Луки и отвернулась.
Лучше не думать о нём и о том вчерашнем сне, который весь день не давал покоя
и до сих пор казался таким реальным: запах снега, аромат хмеля в корчме, девица, выжившая в той несчастной деревушки.
Ночью Марьяна видела всё глазами Луки, нет, она была Лукой, а когда проснулась ощущала себя неуютно в собственном теле
Ей не хотелось привязываться к демону, делить с ним одни воспоминания, к тому же он говорил, что ничего кроме нави не помнит, тогда откуда…
Марьяна споткнулась о трухлявую ветку и растянулась бы посреди заросшей травой тропинке, если бы Лука не схватил её за руку, как всегда грубо, чуть не оставив на запястье синяк – настоящий Лука, далёкий от того грустного и доброго княжеского сына из сна, как луна от солнца.
– Ты устала?
Марьяна кивнула:
– Нужно сделать привал.
– Голова не кружится? – С беспокойством спросил Афанасий, а козлик тыкнулся носом в её ладонь.
Марьяна качнула головой. Она устала плутать среди собственных мыслей, которые перескакивали с Луки на Динку, что коротала дни в сумеречном мире совсем одна среди нечисти, в дали от мира живых.
Бедная, несчастная Динка…
Лука в мрачной тишине леса развёл костер, в свете огня его лицо выглядело таким же, как у воина из сна: задумчивым, отстранённым, меланхоличным.
Марьяна села напротив и начала греть руки, она подумала, что долбанный колдовской контракт принес относительную свободу только Луке, ей же приходилось только терпеть лишения и бесконечно долго бродить среди леса. Не честно.
Лука задумчиво посмотрел в даль, в его глазах танцевали блики пламени, казалась вся его фигура окутана приглушенным светом – настоящий демон, сотканный из темной магии.
Она вздохнула, отвела взгляд, подумала о том, что не хотела быть ведьмой, но судьба сталкивала её с магией снова и снова. Не даром говорили – беспощадная ведьмина доля написана на роду.
Афанасий раскрыл банку тушенки, прервав её мысли и хмуро заметил, что осталось еше пять, хватит на пару дней, а потом им придётся охотится или садить огород на поляне.
Демьян неожиданно засмеялся:
– Не забудьте посадить капусту, – добавил он и мечтательно провёл копытом по траве, – люблю капусту.
Похоже козлик сейчас самый счастливый из них – встретил людей, которые не держат его на цепи, а наоборот позволяют греться у костра и спать в палатке.
Остальные с каждым днём будут всё больше терять надежду встретить доброжелательную Бажену, готовую приютить путников.
А вдруг деревни в лесу не существует? Также, как Динки, Луки и Афанасия, всё это сумасшедшие фантазии Марьяны, и она в лесу абсолютно одна
– Абсолютно одна, – прошептал тихий голос, ледяное дыхание обожгло шею.
Рядом с ней сидела Мирослава, как всегда аккуратная и вальяжная. Колдунья перебирала на руках перстни и кольца, задумчиво смотрела в окно своего роскошного дома, где они сейчас находились.
Мирослава по-отечески дотронулась до марьиного плеча, и руку обожгло холодом.
– Ну что ж ты, милая, оставила мать совсем одну, ушла в лес, увела из-под носа демона, думаешь, самая умная? Пришлось мне Олесю пытать… Грустно, да?
А надо всего-то было отдать мне нечистого, да уйти с миром, но ты ведь не ищешь простых путей, девочка. – Изо рта Мирославы пахло холодом и илом, на столе горела свеча, глава неспешно провела рукой по возуху, и свеча погасла.
Марьяна снова осталась одна в темноте.
Ей стало тяжело дышать, пришлось закрыть веки, досчитать до десяти, чтобы успокоиться внушить себе, что это морок, на самом деле она греет руки у костра напротив Луки, смотрит в его странные сине-зеленые глаза. Тогда почему так холодно?
– Почему-почему, вечно ты задаешь глупые вопросы. – Рядом прозвучали тихие шаги. Зажегся свет.
Теперь Марьяна лежала на кровати в своей комнате и наблюдала за тем, как Динка собирает рюкзак и недовольно морщит носик.
На ней был любимый свитер с черным котом и потертые на коленях джинсы.
– С нами ведь все будет в порядке? – Динка внимательно посмотрела на Марьяну От этого пристального и серьезного взгляда сестры сжалось сердце.
Под лопаткой закололо, появилось странное чувство дежавю – такое уже было
два года назад, когда они собирались в лютый лес Бажены, чтобы наделать фоток и проверить себя на храбрость.
В Красном дворе ходили мрачные легенды о заколдованном лесе, но Динка поспорила с Белостоцкими на желание, и вылазка в обитель лютой ведьмы стала делом чести.
– Я положила фонарик, чипсы, чай в термосе, фоткаться будем на телефон, – загибала пальцы на руке предусмотрительная Динка. – Будет весело, правда? – Она слабо улыбнулась, и ее серые глаза в лучах заходящего солнца показались черными. Хотя ты знаешь, чем все закончится.
Тук-тук – застучали ее тапки по деревянному
