Сделка с навью - Елена Гринева

– Вот, значит, как. Козлик назначил посла в переговорах. Почему бы ему самому нам не показаться?

– Ты злой, – Марья толкнула его в бок, а затем взяла железную тарелку и налила суп из казанка, даже не спросив, кто готовил. Афанасий посмотрел на нее, как на акробата, готового перейти пропасть по узкому парапету, но молчал.

Лука вдруг подумал, что со стороны они выглядят забавно: выпучивший глаза монах, девица с тарелкой супа и демон из нави.

Марьяна вздохнула, разворошила носком ботинка траву и начала есть, не переставая рассуждать:

– Мы должны установить козлику гарантии безопасности.

– Гарантии безопасности? По телеку услышала? – Нахмурился монах, а затем тоже налил в свою тарелку суп, угрюмо покосился в сторону Луки, который отвернулся к пожухшему стволу дерева, не желая наблюдать за тем, как святоша скорбно ест «бесовскую похлебку». Его взгляд упал на девчонку.

Выглядела она взволнованной, в глазах возник странный лихорадочный блеск.

Лука не знал, с чем это связано, то ли с появлением нового блеющего попутчика, то ли с вчерашним блужданием под красной луной.

Наверное, так выглядят все вновь обращенные ведьмы, только что открывшие в себе способность черпать колдовскую силу из сумеречного мира. В книгах писали, что чародеи после первого похода в навь неуловимо меняются.

Она прикрыла глаза, вдохнула носом воздух, на миг Луке показалась, что кожа ее стала пергаментной, почти прозрачной, на ней как на карте видны темные прожилки сосудов.

Внутри кольнуло. То, что случилось вчера – необходимость, не его вина.

Существа, не рожденные в нави, могут первый раз попасть туда, находясь между жизнью и смертью, когда угасающее сознание тянется к сумеречному миру и невольно черпает оттуда силы. Поэтому колдовские дворы совершают обряд посвящения. Мерзкий обряд, но необходимый.

Теперь Марьяна связана с сумеречным миром и сможет ходить туда, когда пожелает.

Теперь она станет сильнее.

В воздухе повисла напряжённая тишина, пахло травой и мерзким варёным мясом.

Лука взглянул на полог палатки и тихо позвал:

– Демьян, выходи мы не будем тебя есть. Порадуй нас своим присутствием.

Афанасий хмыкнул, сдерживая улыбку, ведьма укоризненно качнула головой, когда из палатки раздался шорох.

Козёл вышел, откинув мордой полог, с гордо поднятой головой прошел мимо святоши и сёл рядом со своей защитницей, затем скорбно по-человечески вздохнул и обречено посмотрел на восходящее солнце, словно пытаясь сказать: «За что мне всё это».

– У нас с тобой переговоры, да? – Афанасий поставил тарелку на траву.

– Скорее допрос. – добавил Лука. – Расскажи, как выглядела Бажена, державшая тебя в плену, козлик.

В его исполнении «козлик» прозвучало совсем не так ласково, как у Марьяны, и Демьян напряг уши, сглотнул, глядя на кусты, видневшиеся из чащи.

– Бажена, – жалобно проблеял он, – обычно выглядела. Ни молодая, ни старая, средних лет, голос смешливый, волосы черные, длинные, заплетенный в косу, которая лежит на ее голове как корона. Кормила плохо, жухлой травой, давала погулять у своего дома, а дальше не пускала, смеялась, что на такого как я, даже чар тратить не надо, все равно не сбегу.

– Но ты сбежал, – подытожил святоша.

– Да, – с гордостью ответил Демьян, и Марьяна снова погладила его по холке.

Бажена держала говорящего козла в плену. Зачем? Проводила колдовские эксперименты?

Раньше в лес изредка заходили люди, возможно, она сумела чарами переселить душу одного из путников в тело зверя.

Лука ни разу не слышал о такой магии.

Значит, ведьма сильна, да и с виду не дряхлая старуха, хоть и живет не одну сотню лет.

– Как выглядит ее дом? – Задумчиво спросил монах.

Демьян беспокойно разворошил копытом траву:

– Похож на терем, сделан из дерева, внутри прихожая, комнаты, длинный коридор, лестница – а больше я ничего и не видел, колдунья держала меня на привязи, на вопросы не отвечала, только изредка рассказывала о большом каменном городе, где живет верховная, текут холодные реки и поют чайки.

А потом кидала мне сухую траву и говорила, что козлу глупому ничего в жизни не понять.

На поляне воцарилась тишина.

Они подошли к искомой точке. К ведьме.

Лука попытался её представить: дева без возраста с густой короной чёрных волос, наверняка горделивая и спесивая, обиженная на Серый двор, ведь по словам Марьяны верховная изгнала Бажену, запретила выходить из леса, обрекла на одиночество. О чем она может мечтать?

О мести, о крови, о власти…

Лука поморщился:

– Марья, скажи, из-за чего наша неуловимая хозяйка леса впала в немилость Серого двора?

Она вздрогнула, удивлённо посмотрела вдаль. Ее голос сейчас казался непривычно тихим:

– Бажена помогала ордену Чёрных братьев-экзорцистов – охотникам за нечистью, которые мечтали свергнуть Серый двор и прибрать власть над магами к своим рукам.

Лука поморщился, вспоминая проклятое клеймо.

– Да, Чёрные братья, – задумчиво произнёс Афанасий, – были такие, они продолжали дело новгородского Святого войска, хотели избавить мир от нечисти, а ведьм и колдунов, не разделявших их постулаты и заповеди, жестоко карали.

Говорят, у братьев был кодекс, основанный на Библии: «Не гневи бога, не колдуй перед закатом, не смей творить чары без благословения ордена».

Странными они были, этакие потомки святых войнов, изменившие их устои.

Марьяна хмыкнула:

– Ну да, святое войско убивало ведьм, а чёрные братья мечтали ими править.

Афанасий склонил голову на бок, улыбнулся:

– Не думал, что ты так хорошо знаешь историю магов.

Лука задумчиво посмотрел на Демьяна, к которому все разом потеряли интерес, увидел, как тот задумчиво переминается с ноги на ногу и явно испытывает неловкость.

Хотя какое Луке дело до эмоционального комфорта козла.

Он поднялся на ноги, подошел палатке Марьяны и начал ее складывать, чувствуя усталость и злость – вечные спутники последних дней:

– Сегодня мы продолжим нашу прогулку по лесу, будем искать ведьму.

– Нет, – Марьяна почти незаметно подошла к нему сзади. И когда она научилась так тихо ходить?

– Предлагаю отправиться к деревне, я видела её вчера в нави.

– Какой ещё деревне? – Лука нахмурился

Марья отвела взгляд и упрямо повторила:

– Здесь есть поселение, скорее всего заброшенное, думаю, там обитают призраки.

Афанасий присвистнул, козёл с удивлением на неё уставился, снова повисла тишина.

Как же эта тишина достала! Как в храме перед службой, когда от запаха ладана хотелось чихать и ломило тело.

Лука захотел тряхнуть девчонку за плечи, заставить следовать за ним и не нести чушь о призрачной деревне, не играть на его нервах.

Но та подошла еще ближе и заглянула ему в глаза:

– Она существует, поверь, также, как и