Сделка с навью - Елена Гринева
Лука усмехнулся, какой же папоротник зимой? Старая ведьма несла чушь!
Подул ветер, начало смеркаться, деревья тонули в ночной темноте. Лука подумал, что ночь будет ясной, прямо как в его чудесном сне, только никаких тебе падающих звёзд, да лунных дев.
Впереди виднелись запорошенные снегом крыши деревенских изб, издали казавшиеся укрытыми белым покрывалом, вот только свет в окнах не горел.
«Неужели крестьяне не жгут свечи да масляные лампы по вечерам? Странно», – Лука нахмурился, обменялся обеспокоенными взглядами с Бориславом. Рядом долго и протяжно выла собака. Лука услышал звериный страх в этом вое, и ему самому стало не по себе.
Он натянул поводья, чтобы конь поскакал быстрее, дома приближались, навстречу ему выбежал здоровый чёрный пёс, но не залаял, прижал уши и скрылся за углом.
Борислав и Бойко хмурились, кто-то из воинов шептал: «Не к добру».
Лука выехал на большую дорогу между избами и остановился, замер, конь под ним испуганно заржал.
На покрытой сугробами земле лежали люди, неподвижные, как тряпичные куклы, снег рядом с ними окрасился в алый, а они не двигались, равнодушные и спокойные, мёртвые.
Лука слез с коня, подошёл к одному из деревенских, перевернул, прикрыл рукой остекленевшие глаза, расстегнул прохудившийся тулуп с алыми пятнами, к телу крестьянина пристыла кровь, красным растекшаяся на груди. Кто-то пронзил его мечом, лишил жизни одним движением.
Бойко глядел на женщину, лежавшую рядом, такую же мёртвую, с таким же красным порезом, и пожимал плечами.
Следы замел снег, вражеское войско, что убило деревенских, то ли затаилось в лесу, то ли покинуло место расправы.
Борислав успел осмотреть крестьянскую избу и вышел оттуда бледный, испуганный, одними губами прошептал:
– Колдовство. – Сплюнул. Выругался.
Лука оттолкнул его, зашел в покосившуюся калитку, услышал мычание из загона для скота – значит, животных никто не забрал, странно. Неужели, действительно чары?
Он открыл не запертую дверь в избу, прошёл в сени и заметил распростертого на полу босого мужика в штанах и рубахе с застывшим на рябом лице удивлением и красным пятном на груди. В хате рядом с обеденным столом, раскинув руки, смиренно лежала на половицах мёртвая женщина, одетая по-домашнему, словно собиравшаяся в сени, и погибшая в один роковой миг.
У всех мертвецов были одинаковые раны на груди, ни следов борьбы, ни украденного скота.
«Быть может, тут действительно замешана магия», – никогда раньше Лука не видел подобных чар. Он знал, что колдуны и ведьмы могут убить человека, но, чтобы целую деревню…
Лука вздохнул, поморщился от запаха крови и подумал: «Плохи дела, если это Велес уложил всех крестьян, значит, сила его велика».
Нестерпимо захотелось наружу, к холоду и снегу, туда, где не пахнет кровью. Лука приложил к носу ладонь и вышел.
Дружинники осматривали другие избы, Борислав что-то ворчал себе под нос – тот еще брюзга, даже Бойко выглядел растерянным и испуганным, словно увидел на заснеженной дороге лесного волка.
Лука шел вперед к капищу с деревянными фигурами пучеглазого Перуна и Сварога. Там окровавленных тел оказалось порядка на три больше и даже сквозь снег и мороз ощущался запах замерзшей крови.
Он запахнул поплотнее лисью шубу, прикрыл глаза, постоял так немного, не желая смотреть на убитых, затем вдохнул носом воздух и двинулся вперед, стараясь не замечать, как гулко бьется сердце.
Рядом с капищем из земли торчало толстое высокое бревно, окруженное полусожженными сухими ветками, да золой. Лука знал, что это за место – не раз видел на своем недолгом веку.
К таким бревнам, толстыми веревками привязывали ведьм и колдунов, чтобы сжечь, очистить от бесовской силы праведным пламенем.
– Да что здесь случилось? – Он задумчиво зачерпнул снег рукой и рассыпал его по воздуху.
Навряд ли деревенские пытались сжечь самого Велеса, который за неповиновение решил покарать их черной убийственной магией. Велеса боялись, от него откупались дарами, так откуда…
– Княже!– его позвал Бойко. – Мы нашли живую душу.
Лука обернулся. Бойко топтался на месте и выглядел растерянным:
– Молодую девицу. Ее лихорадит. Больше живых в деревне нет.
Лука разочарованно выдохнул и пошел вслед за другом. Поход на Велеса, суливший почет и славу, начал превращаться в странную игру нечистых сил, которые водили его за нос. Нужно было разобраться со смертью деревенских и…
Лука остановился как вкопанный.
На снегу рядом с калиткой убогой избы лежала дева в простом черном тулупе с непокрытой головой и смотрела пустыми синими глазами на небо, ее волосы, не заплетенные в косу, разметались светлыми кудрями по снегу.
Над девой склонились дружинники, но помочь подняться не пытались, просто смотрели, словно перед ними было чудо диковинное.
– Борислав говорит, что она может быть ведьмой, – тихо сказал Бойко, – вот никто и не подходит.
Лука глянул на нее еще раз – девица словно вышла из его сна про сказочную навь, только здесь в снегу и холоде выглядела она несчастной и одинокой.
Лука встал перед ней на колени, приподнял рукой ее за плечи, почувствовал, как дрожит под тулупом хрупкое тело.
Дева посмотрела с мольбой, сжала его руку своими холодными пальцами и прошептала
всего одно слово:
– Спасите…
Глава 11
Марьяна проснулась в палатке, чувствуя, как дрожат руки, будто ее ладонь до сих пор держит красавица из сна. Будто она все еще видит все глазами Луки, а рядом в немом удивлении застыл Бойко.
– Черт, нет никакого Бойко, – прошептала Марьяна, будто пытаясь убедить саму себя, – и дружинников тоже нет. Сейчас двадцать первый век, Лука чуть не утопил меня, а потом я отключилась.
Рядом послышалась чье-то мерное сопения.
Она обернулась и, увидев рядом с собой в палатке спящего козла, чуть не закричала, прямо как Афанасий прошлыми вечером.
– Ой, козлик.
Выглядел он безобидным.
«Пусть спит», – она уставилась на потолок, пытаясь привести в порядок мысли, размышляя о том, стоит ли говорить Луке об этом странном сне.
А вдруг демон придумает еще один мерзкий ритуал, чтобы разобраться, что с ней не так?
Может, ее сознание после нави ненадолго помутилось, вот и снится всякое.
И все же сон казался странным.
В нем Лука не был демоном. В нем Лука был человеком, очень древним человеком. Интересно где он сейчас? Снова бегает по лесу в виде черного пса?
Лука поймал двух зайцев, нарвал календулы и других трав, как просил святоша.
От голода сводило зубы, пришлось снова поохотиться на зверей. Их кровь казалось почти безвкусной, но другой еды у него не предвиделось Лука радовался и такому ужину.
