В Доме Змея - Илья В. Попов
Немудрено – впасть в немилость императора было себе дороже, тем более что клеймо предателей и без того еще долго будет заставлять с подозрением относиться ко всем, кто носит фамилию Ива, и смывать позор придется нескольким поколениям. Кенджи был уверен, что немалую лепту в это внесет и семья Като, которая пускай и не слыла очень богатой, но была весьма старинной и уважаемой, чтобы к ее мнению прислушивались даже представители Великих Домов.
Раскрывший убийство Нобу выполнил свою часть сделки и пообещал выслать пойманного с поличным синоби подальше из Каноку, как только все уляжется. Конечно же, при условии, что тот и носа не покажет в столице.
Разумеется, прием у императора, как и последнее испытание, перенесли на пару недель вперед, но вряд кто-то расстроился, так как пищи для пересудов и без того было предостаточно.
– Вроде тихоня тихоней, а на деле оказался тем еще мерзавцем, – задумчиво произнес Макото. Дело происходило накануне ужина во дворце, и они заглянули скрасить вечерок за стаканчиком-другим в гости к Червю, который пришел в такой восторг от их недавнего «подарка», что не поскупился на пару бочонков лучшего вина из дорогущей винодельни. – Жаль, ублюдок Исаро успел смыться, но мой отец пообещал за его голову столько денег, что уже совсем скоро она будет торчать на пике. Слушай, а ты действительно копался в кишках той твари?
– О, разумеется, – кивнул Червь, которому был адресован вопрос. – Я до сих пор не знаю, как вас и благодарить, – это просто уникальный экземпляр! Ни разу в жизни не видел столь удивительного создания! Жаль, что его не удалось взять живьем…
– Вообще-то он убил несколько человек, а потом пытался прикончить нас, – заметил Кенджи, делая глоток.
– Да-да, конечно, я понимаю, – тяжело вздохнул Червь. – Но все же, если бы мне довелось хоть одним глазком взглянуть на это существо вживую… поизучать его… поставить пару экспериментов… быть может, мы бы сумели использовать полученные знания во благо.
– Если вдруг встречу на севере что-то подобное – непременно постараюсь запихнуть его в клетку и доставить тебе в целости и сохранности, – полушутя пообещал Кенджи.
– Ты и в самом деле собираешься отправиться в Хрустальные Пустоши? – с сомнением произнес Шу. – Это ведь чистой воды самоубийство.
– А у меня есть выбор? – задал риторический вопрос Кенджи.
– Выбор есть всегда, даже когда кажется, что его нет, – глубокомысленно сказал Рю и дернул себя за накладную бороду. – Жнец сгинет в снегах и без твоей помощи, а пойдешь за ним – составишь ему компанию. Твой отец мертв, как и твой брат, как и Сато, как и все остальные, кого ты знал. Смерть Жнеца не вернет их к жизни и не поднимет из пепла твою деревню.
– Я знаю, – буркнул Кенджи. Отчасти он понимал справедливость этих слов, но также знал, что тлеющие в его душе угольки не потухнут, пока он самолично не пронзит сердце виновного во всех его потерях. Или хотя бы не увидит бездыханное тело мерзавца. – Однако Жнец не остановится и рано или поздно вернется закончить начатое. Я должен ему помешать. Любой ценой.
– Рю прав. – Это был один из тех редких случаев, когда Макото неожиданно поддержал старика и даже назвал его по имени, а не «брюзжащим старым хрычом». – Ни один из Святого Войска не вернулся домой, а их было несколько сотен. Жнец не пройдет и половины пути, а покажется нам на глаза еще раз – окажем ему достойный прием. Он остался совсем один, его прихлебатели мертвы или скоро помрут, так что просто одержи победу в Турнире и наслаждайся заслуженной славой.
На какой-то миг Кенджи заколебался, раздумывая: а не правы ли его друзья? Скорее всего, Жнец погибнет на севере сам, а нет – так затаится в белых пустошах на долгое время. Быть может, навсегда. Да и что с того, даже если Кенджи сумеет настигнуть его и победить в честном бою, – нужно еще вернуться назад, а это само по себе может стать тем еще испытанием. Тем более что кто-то из сидевших вокруг людей захочет составить ему компанию в его путешествии, а значит, Кенджи рискует не только своей головой, но и жизнями тех, кто за столь короткое время стал ему второй семьей.
Но… нет.
Кенджи будто снова услышал хруст шеи Тэмо, рев пламени, пожирающего их дом, увидел бледное лицо отца… Внутри Кенджи вновь начал разгораться тот знакомый огонек, и лишь большими усилиями он смог унять его, до белых костяшек сжав стакан.
Он должен сделать то, что пообещал самому себе.
Пускай даже и погибнув сам.
– Я подумаю, – уклончиво сказал Кенджи, уткнувшись носом в стакан, и, судя по быстрым взглядам его друзей, которыми они обменялись, каждый из них прекрасно все понял.
– К слову, старикан, ты чего до сих пор разгуливаешь во всем этом маскараде? – поинтересовался Макото, сменив тему. – Твои бывшие дружки вроде как передумали топить тебя в ближайшем колодце или я ошибаюсь?
– Я настолько привык к своему новому облику, что уже подумываю ходить в таком виде просто так, ради собственного удовольствия, – ответил Рю, кинул взгляд в висевшее прямо напротив него зеркало и довольно подмигнул. – Тем более, кажись, сейчас я выгляжу куда моложе.
– Тут ты прав, – согласился Макото. – Я бы тебе дал максимум лет сто двадцать, не больше. Ты, кстати, так и не рассказал, за что именно синоби стали точить на тебя зуб.
– Не рассказывал и не собираюсь, – отрезал Рю. – Не буду показывать пальцами, но прямо среди нас находится редкостное трепло, которому что расскажи – назавтра весь город судачить будет.
– Брось, – не унимался ничуть не обидевшийся Макото, хотя подколка явно предназначалась ему. – Давай так: ты расскажешь, что именно не поделил с Проклятыми, а я познакомлю тебя с одной девицей, которая просто без ума от историй про всяких наемных убийц и шпионов, а также, – он хитро прищурился, – предпочитает мужчин постарше. Чтоб меня отец наследства лишил, если я вру. По рукам?
– Ну хорошо, – немного поразмыслив, протянул Рю и заерзал на стуле, устраиваясь поудобнее. – В общем, как-то мне дали задание прикончить представительницу одного знатного Дома. Не буду вдаваться в подробности, кому и чем она успела насолить, скажу лишь одно – некоторые люди не поскупятся, лишь бы обеспечить своему отпрыску достойное будущее. В том числе и ценой жизни одной юной девицы, едва-едва встретившей двадцатую весну. Так вот, без труда пробравшись в комнату
