В Доме Змея - Илья В. Попов
Спустя короткое время они вновь встали друг напротив друга, переводя дыхание. Ни тот ни другой не нанесли сопернику и царапины, но это неважно. Оба понимали, что схватку может закончить единственный точный удар.
– Ты настолько ненавидишь императора, что готов предать собственный Дом и даже свой род? – поинтересовался Кенджи, пользуясь моментом.
– Да что ты знаешь обо мне, чтобы осуждать?! – фыркнул Кента. – Я младший сын в своей семье. Пускай я и куда талантливее старших братьев, которые способны лишь тратить отцовские деньги на шлюх и пьянки, но по традиции после его смерти мне не достанется ничего. Разве что жалкий клочок бесплодной земли где-нибудь на отшибе. Разве это справедливо? Жнецу же плевать на то, кто раньше выбрался из материнской утробы и чья кровь течет в твоих жилах. Он будет одаривать всех по свершенным делам. В Братстве все равны, не важно, пахал ли твой предок землю, торговал шелком или же подкарауливал путников с ножом в ближайшей подворотне.
– И умираете вы также все одинаково, – заметил Кенджи.
На этот раз он взял инициативу в свои руки, напав первым, широкими замахами и быстрыми уколами стараясь загнать Кенту в угол. Правда, без особого успеха. Кента ловко держал дистанцию, умело контратакуя каждый раз, когда Кенджи начинал его теснить. Наполненный лязгом стали воздух дрожал от напряжения, словно зверь, ожидающий крови. Однако ни Кенджи, ни Кенте не удавалось взять верх.
Но вот последний вдруг вскочил на ближайшую бочку и с хрустом вонзил меч в деревянный пол. Кенджи опустил глаза и увидел, что стоит прямо в мутной луже. Не успел он понять, что к чему, как Кента вновь заставил сталь сверкать молниями. Тело Кенджи словно разом пронзила тысяча игл – выронив меч, он упал на одно колено, выстукивая зубами барабанную дробь.
– Когда-то в юности мы так ловили рыбу, – злорадно усмехнулся Кента, глядя прямо в его перекошенное лицо. – Как видишь, на человеке этот трюк работает ничуть не хуже.
Превозмогая боль, Кенджи ухватился за лодыжки Кенты. Результат превзошел все ожидания Кенджи. Явно не ожидавший подобного, Кента невольно поразил себя своим же приемом. Выронив меч и клацнув зубами, он отлетел в сторону. Кенджи же кое-как поднялся на ноги. Однако перевести дух он не успел, так как Кента пришел в себя куда быстрее, чем ожидал Кенджи. Не тратя времени на поиски лежавшего где-то на полу оружия, Кента бросился на Кенджи с голыми руками.
И не сказать, что это сделало Кенту хотя бы чуть менее опасным. Кулаками он работал с такой скоростью, что Кенджи, до сих пор не отошедший от шока, с трудом блокировал его удары. Создать даже одного фантома у него не хватило бы концентрации, тогда как бьющийся с яростью загнанной в угол крысы Кента усиливал свои атаки воздушной стихией. Лишь каким-то чудом Кенджи успел перехватить кисть Кента – и увидел кончик иглы, застывший в ногте от его глаза.
– Ты и впрямь думаешь, что сумеешь победить, выскочка?! – прошипел Кента прямо на ухо Кенджи. – Меня с детства учили быть воином лучшие мастера Каноку!
– Жаль, что учение не пошло впрок и вместо воина ты превратился в отъявленного мерзавца, – ответил Кенджи.
Он резко ударил коленом прямо в живот Кенты. Тот отшатнулся и начал хватать воздух ртом, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Взмах локтем, хлопок по ушам, пинок под колено – Кенджи дрался так, как учил его Рю, а значит, забыл про мудреные, красивые, но невероятно предсказуемые комбинации, которыми пичкали учеников во всех более-менее известных школах. Вместо них Кенджи использовал грязные уличные трюки, нацеленные лишь на одно – уничтожить противника как можно быстрее.
Явно потерявший былую уверенность Кента теперь лишь защищался, даже не пытаясь пойти в контратаку. Правда, спустя короткое время он попробовал переломить ход схватки, ринувшись вперед, но этот жест отчаяния и определил его судьбу. Сделав вид, что хочет поднять упавший клинок, Кенджи на долю мгновения повернулся к Кенте спиной, кинул взгляд в зеркало, в котором отражался противник, в самый последний момент перехватил кисть Кенты, выломал ее, заставив его взвыть от боли и выронить иглу, а потом, не дав ей упасть на пол, поразил Кенту его же оружием. Отшатнувшись в сторону, Кента зашелся в приступе кашля, поднял руку и вытащил дротик с ядом из своей шеи.
– Хитро, – просипел он и медленно опустился на пол; его лицо начали покрывать алые пятна. – Победа есть победа, верно? Пускай и вырванная уловкой, достойной какого-то грязного синоби.
– Уж кто бы говорил, – бросил Кенджи. – Где Жнец? Выкладывай все, что знаешь! Живо!
– Он гораздо ближе, чем ты думаешь. – Лицо Кенты исказила кривая ухмылка, на губах же его запузырилась желтоватая пена. – И… не только… он… будь… ты… про…
Кента издал протяжный хрип, дернулся в последний раз и затих на полу, уставившись в потолок остекленевшим взглядом. Кенджи же устало привалился к стене и утер со лба пот. Что ж, кажется, у него получилось вытащить человека Проклятых из петли, тем самым оградив Рю от их мести. Главное, чтобы Нобу поверил рассказу Кенджи. Как-никак, кроме собственных слов, доказательств у него не было, и Кента все же не был обычным уличным головорезом, а происходил из знатного Дома.
– Неплохой бой, – раздался позади Кенджи до боли знакомый голос.
Несмотря на усталость от недавней драки, мышцы и рефлексы Кенджи сработали быстрее мысли. Подбросив ногой меч Кенты, он схватил его одной рукой за гарду, второй – за лезвие, резко развернулся и отправил клинок в полет – прямо в ухмыляющуюся морду уродливого демона, за которой Жнец скрывал свое истинное лицо. Раздался громкий звон – и одно из зеркал разбилось вдребезги. По залу же прокатился издевательский смех.
– Ты и впрямь думал, что все будет так просто? – насмешливо протянул Жнец, появившийся уже в соседней глади, кинул взгляд на тело Кенты и покачал головой: – А я предупреждал сопляка – не бросать тебе вызов в честном поединке. Гонора ему было не занимать, но вот на деле… Что ж, невелика потеря. Все равно он стал практически бесполезен после того, как сделал все, что от него требовалось.
– Ты не сможешь прятаться вечно, – сказал Кенджи, подойдя почти вплотную
