Его неслучайная попутчица - Мария Павловна Лунёва
Тогда вполне понятно его предложение. Он не понимает, что это может сказаться на моей репутации.
Я подумала и усмехнулась. Да к чему она мне теперь, репутация эта? Я больше всего опасалась, что у него там на уме. Кто он вообще? А вдруг переодетый разбойник?
Ага, на двуколке, хромой и со шрамами на лице.
Нет, он тот, за кого себя выдает.
И все же…
— Виола, ешь. Остывает, — Джо улыбнулся, словно зная, о чем я сейчас думаю.
— Я не смогу за это заплатить, — нехотя призналась. — Мне хватит и бульона.
— Виола, — он подался вперед, взял ложку и вручил ее мне. — Ты съешь все. И это не обсуждается. И платить ни за что не нужно. Я мужчина, желающий сделать леди приятное. Поэтому ешь и выкинь всякие глупости из головы.
Я снова уставилась на похлебку. Живот жалобно заурчал, вынуждая меня поддаться на столь ароматные соблазны.
Глава 3
Ночь прошла. Я наелась и даже поспала, положив голову на согнутый локоть. Правда, проснулась почему-то на плече этого странного дракона. Он сидел на стуле рядом и слегка обнимал меня.
Экипажа в нужную мне провинцию не оказалось, и вот…
Да, я сидела в двуколке и сама себе удивлялась. Ну как можно с незнакомым мужчиной в дорогу?
Остаться наедине с драконом и непонятно на сколько дней.
Но иного выбора у меня просто не было. В таверне куда страшнее. Там и ограбят, и на улице подловят.
И вообще…
Взглянув на расслабленного Джо, обняла себя за плечи, кутаясь в шаль.
Что это вообще за имя такое? Джо! Ну оно совершенно не подходило этому огромному широкоплечему гиганту. Снова взглянула на него и отодвинулась еще немного дальше.
… Двуколка медленно катилась по дороге. Небо освещали первые лучи солнца. Рассвет. Птички пели в кустах, ветер в листве гулял. И успокоиться бы. Но я не могла.
— Виола, еще немного, и ты просто вывалишься из экипажа, — уголки губ дракона дернулись. — Ничего я тебе не сделаю. И гнусных мыслей нет. Сиди нормально. А то я не знаю, то ли лошадью править, а то ли за тобой следить, чтобы вовремя поймать и спасти от падения.
Я замерла и облизнула пересохшие губы. Нет, я и сама понимала, как глупо выгляжу. Меня бесплатно согласились подвезти, а я еще и нос тут морщу. Но все же…
— Зачем вам мне помогать? — решилась на вопрос.
Он усмехнулся и покачал головой.
— Ну правда, я только вас стесняю. Это сиденье, конечно, широкое, но и вы не маленький, вам без меня куда комфортнее было бы.
— И скучнее, Виола. Я не люблю одиночество. И раз уж на моем пути появилась красивая леди, то чего мне теряться? Такая компания дорого стоит. Перестань так смущаться. Ну разве я похож на разбойника?
Я пожала плечами, но, услышав его тихий смех, спохватилась:
— Нет, ну что вы. Но…
— Ты забавная, Виола. Такая милая. Я офицер, правда, уже в прошлом. Много воевал на западе. Получил ранения. Признаться, лежал на стылой земле, в небо смотрел, и в какой-то момент уже подумал, что свой последний полет уже совершил. Смерть надо мной дышала, а в голове пустота. Даже вспомнить ничего хорошего не мог. Ни семьи, ни жены, ни детей. Сгинул бы там, и никто бы и не вспомнил.
Услышав такие откровения, смутилась. Не знала, что и сказать в ответ. Все слова какими-то глупыми казались.
— Полагаю, раз вы куда-то сейчас едете, то все же есть тот, кто о вас подумает.
Он покачал головой.
— Нет, Виола. Я и там не нужен. Хотя меня желают использовать. Втянуть в подлость, отвратительную сделку, на которую я точно не пойду. Так что еду расставить все по своим местам и заявить, что мне и одного раза хватило, чтобы всю жизнь под откос пустить. Ну а ты куда и зачем? К семье?
Он повернул голову и взглянул на меня. В глазах смешинки. И лицо такое доброе, открытое. И в то же время шрамы говорили о том, что он совсем не слаб и может быть опасным.
— Виола, ты витаешь в облаках, — уголки его губ приподнялись.
— У нас с тобой, кажется, одна цель визита. Я тоже еду сказать свое последнее «прощайте» и хлопнуть дверью. Похоронить прошлое и никогда к нему не возвращаться. И если я где сгину, тоже плакать не станут. Забыли о моем существовании уже очень давно.
— Семья? — он отвернулся, но я заметила, как погас его взгляд.
— Да. Хотя они давно уже мне не семья. Чужие люди, с которыми у меня одно родовое имя. Мне от них ничего не нужно, я и сама выживу. Образование у меня есть. Руки, ноги, голова работают. Не пропаду.
Вроде и уверенно сказано, а старая боль все равно обожгла сердце. Обида душила.
— Они что-то тебе сделали?
Он стегнул лошадь и снова взглянул на меня. Отклеившись наконец от стойки, я села ровнее. Вопрос, конечно, личного характера, а откровенничать с незнакомцем — опасное дело.
— Виола, ты опять паришь в облаках.
— Нет, — поджала губы, — они предпочли сделать вид, что меня нет. Лишний человек в новой семье отца. Меня предали, Джо. Но тебе, наверное, подобное незнакомо.
Хмыкнул.
— Напротив, очень даже понимаю, о чем ты. Только вот когда-то предал я. Поступил мерзко, чтобы угодить женщине, что заменила мне мать. Тогда я думал, что так правильно, но нет. Подлость есть подлость. Умирая, все об этом размышлял. Это была точка моего падения. Именно тогда, наступив ногой на свою совесть, я потерял себя. Теперь хочу все исправить. Как думаешь, можно простить такого, как я?
Он тихо засмеялся. А я призадумалась. Было что-то в его словах цепляющее.
— Не знаю, — я плотнее укуталась в шаль. — Выходит, не такой уж ты и хороший?
— Ну что ты, Виола, я сама доброта, — его смех стал громче. — И все-таки скажи, если бы те, кто обидел тебя, попросили прощения, смогла бы отпустить свои обиды?
— Нет, — ответ дался мне легко. — Я слишком много потеряла. Да что там, лишилась всего. Простить? А кто вернет мне семью? Детство? Тепло отца? Уют любимой комнаты? Дом, который я любила? Мечту о том, что будет брат или
